Путь к бессмертию. Том 1 - Shin Stark

— Этот младший согласен.

— Не торопись, — спокойно сказала она. — Работа непростая. Если загубишь растения, будешь наказан. Если соврал о своих навыках — пожалеешь ещё сильнее.

— Я не лгал.

По крайней мере, в том, что немного разбираюсь в растениях. Если она когда-нибудь захочет взглянуть на мой огород, разговор может стать куда менее приятным, но сейчас это была проблема будущего. А будущее у меня появлялось только благодаря этому разговору.

Старейшина чуть кивнула.

— Хорошо. Меня зовут Му Цинлань.

Имя легло в память сразу, как острый лист на воду.

Му Цинлань.

Красивое, холодное имя. Ей подходило.

— С этого дня ты переходишь во внешний сад моего пика, — сказала она. — Формально останешься слугой, но жить будешь там. За растения отвечаешь головой.

Очень справедливая система. Я даже почти улыбнулся.

— Этот младший понимает.

— Посмотрим.

На этом разговор закончился.

Никаких тёплых обещаний. Никакого «не бойся, я тебя защищу». Только работа. Но вместе с этой работой я получил достаточно прочный щит, чтобы не умереть раньше времени.

Иногда этого более чем достаточно.

Из комнаты я вышел с чувством человека, которому не отменили казнь, но отложили её на неопределённый срок.

А за время можно стать сильнее.

Достаточно сильным, чтобы однажды самому решить вопрос с Фан Цзюнем.

Из пагоды я ушёл быстро. Задерживаться после такого было глупо. Если мне дали возможность перебраться под крыло старейшины, её нужно было хватать обеими руками и всеми оставшимися конечностями.

И нет, это не Небесное Дао внезапно устроило мою судьбу. Я сам пять дней сидел в пагоде. Сам заметил старейшину раньше. Сам выбрал момент и сам пошёл на риск. Небеса тут ни при чём.

Плевал я на Небеса. Я сам творец своей судьбы.

До хижины я почти бежал. Отчасти потому, что боялся встретить людей Фан Цзюня. Отчасти потому, что хотел как можно скорее закончить сборы, пока судьба не передумала.

Ши Юэ встретил меня у порога ленивым подпрыгиванием.

— Собирайся, — сказал я ему. — Мы, кажется, переезжаем.

Если бы шар слизи умел удивляться, он, вероятно, удивился бы.

Собирать, впрочем, было почти нечего. Пара смен одежды, несколько мелких записей, которые я делал для себя, да пустой мешок для вида.

Всё по-настоящему ценное — украденные Ши Юэ свитки, камни духа, костный порошок, семена и прочая мелочь, за которую мне не хотелось бы объясняться перед старшими, — хранилось в пространстве Жемчужины. А Жемчужина всегда была при мне.

Когда я закончил, хижина выглядела почти так же, как раньше. Только теперь в ней уже не оставалось меня.

Я постоял на пороге пару вдохов. Не из сентиментальности.

Эта развалюха не была домом в красивом смысле слова. Но здесь я пережил первый месяц в секте. Здесь прорвался на первый уровень. Здесь едва не сошёл с ума от медитации. Здесь воровал, прятал, выращивал и выживал.

Для такого места — уже немало.

— Ладно, — сказал я в пустоту. — Не скучай без меня.

Потом развернулся и пошёл вверх по тропе.

С мешком за спиной. С Ши Юэ, спрятанным под одеждой. С ворохом проблем, которые никуда не делись, а только сменили форму.

Фан Цзюнь всё ещё оставался угрозой. Просто теперь, прежде чем добраться до меня, ему придётся учитывать имя Му Цинлань. То есть, убить меня он может только двумя способами — послать самоубийцу, который убьет меня, а после будет казнен сам. Или же дождаться, пока я не окажусь там, где не будет свидетелей.

Других вариантов у него нет.

В мире бессмертных иногда и такое считается удачей.

Правда, совсем без приключений уйти я всё равно не смог.

— Наконец-то я тебя нашёл, Мин Хао! — донёсся сзади гневный голос.

Глава 11

— Наконец-то я тебя нашёл, Мин Хао!

Голос ударил в спину так резко, что я остановился почти сразу. Обернулся — и на короткое мгновение даже растерялся.

Управляющий Лу.

Вот уж кого я меньше всего ожидал увидеть на этой тропе.

За всё время в секте мы встречались по-настоящему только один раз: тогда он лениво бросил меня у подножия гор, даже не объяснив, где жить, что делать и как не сдохнуть в первые же сутки. После этого я пару раз замечал его издали и каждый раз благоразумно смотрел в другую сторону.

Теперь Лу стоял посреди тропы с таким лицом, будто я лично сжёг его дом, отравил любимую собаку и ещё посмел попросить расписку.

Я сразу почувствовал его Ци.

Третий уровень Концентрации Ци.

Не Фан Цзюнь, конечно. Но и не тот противник, с которым мне хотелось бы остаться один на один — тем более с мешком за спиной и Ши Юэ под одеждой.

Выглядел Лу скверно. Глаза налились кровью, волосы растрепались, одежда была мятой, будто он давно не спал или слишком долго метался по секте, собирая остатки собственной злости. Оба варианта ничего хорошего мне не обещали.

Я медленно поставил мешок на землю и сложил руки.

— Управляющий Лу. Не ожидал такой чести.

— Заткнись, — прорычал он.

Значит, разговор будет коротким.

Я быстро огляделся. Тропа пустая. Ни учеников, ни слуг, ни случайных свидетелей, которым вдруг захотелось прогуляться именно здесь. Над лесом сгущались тучи; если пойдёт дождь, он быстро смоет следы и заглушит любые звуки.

Место было выбрано слишком удачно для человека, который пришёл просто поговорить.

Лу шагнул ближе, и вместе с ним ко мне придвинулась его ярость. Не вспышка раздражения, не обида, а густая, успевшая настояться ненависть. Такую не выплёскивают сразу. Её прокручивают в голове часами, кормят собственными оправданиями, пока она не становится единственным понятным ответом на всё.

— Ты хоть понимаешь, что из-за тебя теперь происходит в моей жизни? — спросил он сквозь зубы.

Я предпочёл бы сказать, что не понимаю и понимать не хочу. Но вежливость иногда спасает дольше, чем честность.

Сейчас он всего на один уровень старше меня. Поэтому мне нет причин пресмыкаться перед ним.

— Не имею ни малейшего понятия. — честно сказал я.

Лу усмехнулся так, что лучше бы уж ударил сразу.

— Да ты мне всё сломал, крысёныш.

Я промолчал. Люди вроде Лу часто сами охотно рассказывают, чем именно их задели. Главное — не мешать.

Он и не заставил себя ждать.

— Ты посмел перейти дорогу Фан Цзюню. Потом спрятался в пагоде. А когда он не смог добраться до тебя, пришёл ко мне.

Вот как.

Я, конечно, не переходил Фан Цзюню дорогу. Он сам на меня наступил,