Путь к бессмертию. Том 1 - Shin Stark

— Что, нравится? — хмыкнул я.

И в следующую секунду слизень на невероятной скорости бросился ко мне. Я даже не знал, что он может быть таким быстрым!

Прыгнув в руку, он… проглотил Сферу.

— Выплюнь! Это не Камень Духа! — закричал я.

Но было уже поздно. За эти несколько секунд сфера полностью растворилась.

У меня задергался глаз.

— Эта сфера стоила как десять тебя! — зарычал я.

Но желание ударить гадкую слизь я подавил.

Мне оставалось только тяжело вздохнуть.

— Ладно… ты сегодня мне жизнь спас. Так что, жизнь за жизнь, как говорится. — пробурчал я. — Но если еще раз такое выкинешь, я из тебя чай заварю!

Слизень понятливо подергался.

— Ты ведь нихрена не понял?

Он снова дернулся.

Закрыв лицо рукой, я быстро решил оставить эту тему.

Вернувшись к пространственному мешочку я обнаружил тонкий свиток:

На обложке значилось:

«Взрывная Печать».

Я провёл пальцем по краю свитка и сразу убрал его обратно.

Если Лу хранил эту технику при себе, значит, она была ценной. Он не использовал ничего похожего в бою, следовательно, техника либо сложная, либо требующая подготовки. В любом случае, это было сокровище.

Я сидел на земле, и усталость куда-то ушла. Дрожь в руках тоже.

Осталась тяжесть.

И ясность.

Очень неприятная ясность.

Сегодня я убил впервые.

Но, скорее всего, не в последний раз.

Не потому, что мне понравилась кровь. Не потому, что я внезапно сошёл с ума. Просто путь, по которому я пошёл, устроен именно так. Каждый убитый враг — это не только снятая угроза. Это его Камни Духа, техники, травы, артефакты, связи, знания. Его ступень, которую ты разбираешь на части и встраиваешь в собственную лестницу наверх.

Жестоко?

Конечно.

Отвратительно?

Ещё как.

Но я слишком хорошо знал, что происходит с честными, удобными и слабыми людьми, чтобы сейчас прятаться от этого вывода за красивыми словами.

Именно поэтому сильные в мире бессмертных так быстро становятся чудовищами. Не только из-за власти. Не только из-за безнаказанности. Просто однажды они видят эту арифметику, а потом уже не могут её развидеть.

Один труп.

Сто тридцать семь Камней Духа.

Техника.

Травы.

Артефакт.

Месяц моей жизни в секте не дал мне и половины этого. Один бой — дал.

Я закрыл глаза и медленно выдохнул.

Вот где начиналась настоящая опасность.

Не Лу. Не Фан Цзюнь. Не старейшины.

Жадность.

Тихая, гладкая, разумная дрянь, которая никогда не говорит с тобой как безумие. Она говорит как помощник.

Ещё один враг — и ресурсов станет больше.

Ещё одна засада — и путь сократится на годы.

Ещё один труп — и ты приблизишься к бессмертию.

Так люди и сходят с ума. Не сразу. Не от злобы. От удобной математики.

Я открыл глаза и посмотрел на мешочек в своей ладони.

— Нет, — сказал я себе.

Так нельзя.

Если пойти за этой мыслью, я очень быстро превращусь не в бессмертного, а в голодную тварь, которая однажды переоценит себя и сдохнет в канаве, пытаясь урвать чужое.

Я обещал себе не рисковать больше необходимого. И не собирался выбрасывать это обещание только потому, что кровь внезапно оказалась выгодным вложением.

Выбрасывать уже полученный мешочек я не стал. Но прямо там, у реки, пахнущей тиной, мокрым камнем и смертью, я дал себе новое обещание.

Мне нужны правила.

Жёсткие. Без красивых лазеек и удобной лжи.

Когда можно убивать. Когда нельзя. Какой риск допустим, а какой является обычной жадностью под видом необходимости. Что считается угрозой. Что считается добычей. Где проходит грань между выживанием и безумием.

Если не провести эту грань самому, однажды её проведёт кто-то сильнее.

Обычно — по горлу.

Я поднялся на ноги.

Мешочек Лу исчез во внутреннем кармане. Свиток Взрывной Печати приятно оттягивал ткань. Река снова стала спокойной, лес — почти мирным, а следы в земле уже начинала прибивать первая мелкая морось.

Никто больше не найдёт Управляющего Лу.

Во всяком случае, я очень на это надеялся.

К пику Весенних Трав я доберусь уже ночью. Му Цинлань, возможно, будет недовольна задержкой. Но её недовольство можно пережить.

Старый Мин Хао, кажется, остался здесь — между бамбуком, рекой и чужим мешочком со ста тридцатью семью Камнями Духа.

Я посмотрел в сторону тёмной тропы и невесело усмехнулся.

— Ну что ж, — сказал я в пустоту. — Похоже, пора взрослеть ещё быстрее.

Дождь усиливался.

Холодные капли били по лицу, стекали за ворот, смывали пыль, кровь, следы Ци и запах лесной земли. Я никогда особенно не любил дождь.

Но сегодня был ему рад.

Он поможет мне жить дальше так, будто ничего не произошло.

* * *

Глава 12

К пику Весенних Трав я добрался уже глубокой ночью.

Выглядел я, мягко говоря, не лучшим образом. За спиной тянулся мешок с тем немногим, что я якобы вынес из хижины. На самом деле почти всё ценное давно лежало там, где чужим рукам до него не добраться, но показывать пространственный мешочек я пока не собирался. Чем меньше люди знают о твоих удобствах, тем дольше эти удобства остаются твоими.

Со стороны всё выглядело так, как должно: уставший мальчишка, которому дали новую работу, идёт по ночной тропе с мешком за плечами. Чтобы увидеть во мне что-то еще, наблюдателю пришлось бы быть слишком внимательным.

К счастью, в такой час внимательные люди мне не встретились.

Пик Весенних Трав уже ночью отличался от остальной секты. Не строгостью и не величием — скорее самой природой воздуха. На пике Тысячи Мечей, как говорили, даже камни хранили остроту Ци Меча. На Железном Облаке тело укреплялось быстрее, а на Небесных Молниях стихия грома будто сама искала учеников, достаточно глупых или смелых, чтобы пустить её в меридианы. Здесь же всё было мягче.

Туман стелился между террасами не как обычная сырость, а как дыхание земли. Влажный, прохладный воздух пах травами, камнем и чем-то живым, почти сладким. Ци в нём была плотной, но не давящей. Она не резала кожу, не колола нервы, а словно медленно окружала тело, предлагая дышать глубже.

Я невольно остановился на каменной ступени и прислушался к собственным ощущениям.

Значит, слухи о Драконьих Жилах под горами не врали. Секты не возникают в случайных местах. Облачный Меч тоже не стал исключением: вся долина была построена там, где духовная энергия проходила через землю густыми потоками. На окраинах секты культивация уже шла быстрее, чем в обычном мире, а на самих