Император песчаных карьеров. Том 2 - Антон Панарин

Что бы изменилось, если бы она помогла кому-то не за звонкую монету? Тому же безмозглому обкурившемуся пацану. Или вот хоть этому пирату — Рагнару Железной Руке? Ведь можно было и помочь. Послушать ученика, или кем там ему приходится этот молодой, странно спокойный парень, предлагавший отработать долг?

Вылечить, увидеть счастливую улыбку человека, вновь встающего на ноги после безнадёжных, казалось бы, травм? Чтобы неделю спустя вместо заслуженного гонорара получить стрелу под лопатку в подворотне? Спасибо, господа хорошие, увольте. Насмотрелась такого…

— Только золото, — глухо повторила она владони. Затем тяжело перевела дыхание и открыла глаза.

В кошеле, содержимое которого было небрежно высыпано на стол, оказалось ровно четыреста девяносто восемь золотых монет. Считала девушка быстро и безошибочно, но на всякий случай перепроверила дважды. За лечение малолетнего наркомана она запросила тысячу. Первые полсотни были ей вручены (и пересчитаны) ещё в полдень — все до последней монетки.

— Ну не дураки ли? — вздохнула лекарка, мысленно сделав пометку при повторном обращении вместо скидки запросить двойную цену.

Она задумчиво потрогала рамку фотографии. По стеклу скользнул мутный блик. Девушка задумчиво взяла рамку, покрутила в тонких, профессионально чутких пальцах, протёрла пыль — по-простому, краем рукава — и вернула на стол.

А потом сняла тонкий серебряный браслет, опустила его на горку золота — и монеты непостижимым образом исчезли. Надев браслет обратно на запястье, госпожа Валерия отправилась умываться.

Ей хотелось хоть немного отдохнуть. Ведь если её предположения верны, не далее как через пару часов сюда опять заявятся гости и потребуют её срочно мчаться на помощь и всё-таки исцелить…

* * *

Продажа награбленного заняла полдня. У Якуба были свои каналы, свои скупщики и нужные люди, которые умели превращать горячий товар в звонкую монету быстро и без лишних вопросов.

Стихийные кристаллы ушли первыми, их раскупили мгновенно, потому что в пределах Пустоши кристаллы были даже ценнее золота. Золото и серебро конвертировали через менял, чтобы не светить свеженаграбленные имперские монеты. Конечно, обмен шёл с процентом, но даже после всех комиссий сумма получилась такой, что у Барсы глаза полезли на лоб.

Когда подсчёт был окончен и доли распределены, Барса лично принёс мне и Кашкаю тяжёлые кошели. Кожаные, увесистые, набитые золотыми монетами, которые весело и сыто позвякивали при каждом движении.

— По две тысячи двести двенадцать золотых на каждого, — сообщил Барса. — Чистыми, после всех расходов и комиссий. Неплохо для одного утра, а?

Больше, чем пять тысяч золотом. Я держал свой кошель в руке, чувствуя его вес, ощутимо оттягивавший ладонь, и мысленно прикидывал: две тысячи — лекарке за Рагнара; оставшееся на снаряжение, припасы, одежду, и может быть, если повезёт, на то чтобы раздобыть нормальный транспорт.

Целое состояние по меркам этого мира, несколько годовых зарплат обычного горожанина. Заработанное за одно утро, одним ограблением, без единой пролитой капли крови.

В прошлой жизни за такие деньги мне пришлось бы пахать лет пять, если не больше, экономя на обедах и откладывая с каждой получки. Здесь хватило одного рассвета, немного магии, безумного шамана с колыбельной и четырнадцати пиратов, согласившихся не убивать.

— Спасибо, — сказал я Барсе и протянул руку. — Было приятно с вами поработать.

— Взаимно, салага, — Барса пожал мою руку с такой силой, что хрустнули суставы. — Если надумаешь ещё раз выйти на дело, знаешь, где нас найти. С таким командиром я готов хоть в пекло.

Мы с Кашкаем попрощался с командой, и вернулись город тем же путём, через западную стену и овраг, только на этот раз подъём дался легче, потому что дождь уже давно прекратился и камни подсохли.

Славно вышло, что с местными пиратами мы сработались. Вот бы ещё все остальные дела прошли так же гладко…

Глава 13

В таверну мы ввалились под вечер, мокрые, грязные, уставшие, но с деньгами. Якуб встретил нас у стойки и молча кивнул наверх, давая понять, что Рагнар жив, но лучше ему не стало. Я поднялся по лестнице, заглянул в комнату и увидел Гелиоса.

Он сидел у кровати капитана и смотрел на него с отрешенным выражением человека, вынужденного нести вахту у постели умирающего, но не имеющего при этом ни малейшей возможности ему помочь.

Рагнар выглядел ещё хуже, чем когда мы уходили. Серо-жёлтый цвет лица стал откровенно землистым, дыхание участилось, на лбу выступил холодный липкий пот, а губы приобрели такой оттенок синевы, что мне стало страшно. По-настоящему страшно, без всяких корпоративных метафор и профессиональных оценок. Это был глубокий, животный страх, который испытывает каждый, столкнувшись со смертью лицом к лицу.

— Зови лекарку, — сказал я Якубу. — У нас есть деньги.

Якуб коротко кивнул и заковылял вниз по лестнице куда быстрее, чем можно было ожидать от человека с деревянной ногой. Вернулся он через пятнадцать минут вместе с девушкой, которая вошла в комнату с тем же деловитым видом, что и два дня назад. Только на этот раз на её лице мелькнула тень удивления, когда я выложил перед ней на стол два увесистых кошеля.

— Две тысячи золотых, — сказал я. — Как условились.

Лекарка открыла один кошель, заглянула внутрь, взяла наугад монету, проверила на зуб и кивнула с таким видом, будто две тысячи золотых были рядовой суммой, которую любому работяге платили каждый вторник.

— Да, этого более чем достаточно, — ответила она и, завязав кошели, убрала их в свою сумку.

Я сделал шаг назад, ожидая масштабного действа. Магических пассов, светящихся рук, потоков энергии, сложных ритуалов с заклинаниями на древних языках. Всего того, что должно сопровождать исцеление человека, находящегося на пороге смерти, за баснословные деньги.

Девушка достала из кармана маленький футляр. Раскрыла его и вытряхнула на ладонь одну-единственную пилюлю. Крохотную, размером с горошину, тёмно-зелёного цвета, ничем не примечательную, и весьма похожую на те витаминки, которые я глотал в прошлой жизни каждое утро, запивая кофе и наивно веря, что они спасут меня от весеннего ослабления иммунитета.

Лекарка подошла к кровати, приподняла Рагнару голову, раздвинула ему губы пальцами и аккуратно положила пилюлю в рот. Потом взяла со стола кружку с водой, влила несколько капель, помогая проглотить, и опустила голову капитана обратно на подушку.

И всё.

Я стоял и ждал продолжения. Ждал, что сейчас начнётся что-то ещё. Второй этап. Третий. Закрепляющая процедура. Контрольный осмотр. Хоть что-нибудь, что оправдало бы две тысячи золотых, ради которых нам пришлось грабить имперский корабль.

Но лекарка уже шагнула прочь от кровати, отряхнула руки и повернулась к нам с видом человека, только