8 секунд - Ася Федотова

Он говорил и говорил, а я смотрела на его лицо. На длинные ресницы, на прямой нос, на волевой подбородок, на губы. Кожа на лице покраснела, покрылась испариной, влажные волосы потемнели до иссиня-черного оттенка.

Успешный, богатый, молодой, красивый, щедрый... Почему он так долго был один? Сколько у него секретов? Я почти ничего не знала о его бывших отношениях. До меня. Костя на эту тему разговаривать не хотел и всегда увиливал, ловко переводя беседу в иное русло.

Надышавшись сухим паром, мы наперегонки ныряли в воду, беспечно смеясь.

А потом он меня любил. Началось все именно в бассейне.

В один миг Костя подплыл, прижал меня к бортику, выставив руки по обе стороны и поцеловал. Сначала нежно и без напора. Но мы оба были голыми, мокрыми, пьяными. Поэтому вскоре поцелуй перерос в нечто жаркое и одурманивающее, а его руки принялись жадно ощупывать и ласкать мое тело.

Это была длинная ночь. И одна из немногих, когда от секса с мужем я получила удовольствие, когда во мне проснулось желание. Настоящее. Пусть даже не настолько сильное, как с Русланом. Не сбивающее с ног волной неугасаемой похоти и не взывающее к первобытным инстинктам.

А на следующее утро я вспомнила, что забыла распечатку с практическое работой по ценообразованию, которую нужно было сдать. Поэтому пришлось заезжать домой. Костя решил не дожидаться меня в машине, а подняться со мной в квартиру. И лучше бы он этого не делал. А еще лучше было бы проехать на подземный паркинг и прямо оттуда подняться на лифте. Но обстоятельства сложились так, как сложились.

— Вероника Анатольевна, — обратился ко мне консьерж, когда мы с мужем поздоровались с ним, направляясь в сторону лифтов. — Тут вам... букет. Я говорил, что вас нет, но курьер настаивал...

Глава 25 Руслан. На репетиции

Эндшпиль — 10

— Придешь на репетицию сегодня? — мурлыкнула на ухо Катя, пока я, лежа на кровати, пялился в потолок.

— Приду, обещал же, — ответил девчонке и поцеловал в висок, отвлекаясь от белой пустоты.

Она подалась участвовать в Студвесне. Пела песню и играла на гитаре. Красиво и грустно.

За последнее время вообще много чего произошло.

С каждым новым днем, с каждой прошедшей неделей я все сильнее и сильнее погружался в вязкое болото, где ждала улыбающаяся и на все ради меня готовая Катя, радостная мама, которой моя девушка очень понравилась, тихие, почти целомудренные, мать вашу, вечера. Сонную атмосферу разбавляли лишь злой до чертей Самойлов после своей неудачи подвинуть меня в команде по баскету, да, Керимов с Грифом.

У Керимова в семье произошла трагедия — у отца случился инсульт. Именно в тот день, когда он обо всем узнал, мы и помирились. Я поймал его во дворе универа, предложил помощь, поддержал, как мог. Дэн переехал жить в родительский дом и разрывался между больницей, где лежал отец, мамой, Лолкой, и учебой. Всем нужна была его помощь, пока отец приходил в себя, бро остался в семье за главного мужика.

А потом он сам не выдержал и заболел. Мы с Грифом подсуетились, чтобы Дэн не парился и восстанавливал здоровье. Но не только мы. Лерчик тоже. Короче, у них все завязалось в итоге. Дымников там больше даже на горизонте не маячит. Бро был влюблен и счастлив. Да так приторно сладко, что аж на зубах скрепит.

Первое их появление в универе вместе, как парочка, навело шороха. Девчонок бомбило недели две, не меньше. Не втыкали, почему Дэн их таких красивых, стройных, прекрасных просто тупо поимел один разок и слился, а вот на Юшкину свою смотрел с нескрываемым обожанием и в обиду ее никому не давал. Всем рты позатыкал, кто хоть как-то посмел про Лерчика обидно высказаться.

А у Грифа вообще капец. Залетевшая Еська — еще то наказание. Все же начудили они на вечеринке. Упились оба и отожгли. Прервать беременность там уже вообще не вариант. Че то у Еси со здоровьем. Но Тема сливаться не стал. Повел себя по-мужски. Никаких чувств между ребятами нет. Еська вообще не во вкусе Грифа. Он любит, скорее, вот у таких, как Катя. Кротких, тихих, милых. А Гриф не во вкусе Еси, потому что та все еще сохла по Керимову и периодически интересовалась у меня в мессенджере, как у него дела, как отец, как отношения с Лерчиком. Она четко осознавала, что ей там места уже нет и не будет, но что ж поделать, когда сердце нифига не понимало.

— А после? — спросила Катя, потеревшись кончиком носа о мою скулу.

— У меня тренировка по баскету. Скоро игра с Вышкой, нас гоняют по полной.

— Хочешь пойдем вместе, я подожду?

Катя часто торчала на моих тренях. Сидела на трибунах и занималась своими делами, пока я играл.

— Давай, — обыденно согласился в ответ. Ни радости, ни раздражения. Просто ровно.

Единственное напрягало, так это активность Самойлова. Он к Катьке явно яйца подкатывал. И подкатывал не просто так. Че то ему нужно. Подвинуть меня в команде не смог, решил, походу, вдогонку говна на вентилятор накидать.

— А вечером, может, опять время вместе проведем? — спросила Катя, игриво очерчивая своим тонким пальчиком линии на моем животе.

Я не приглашал ее жить со мной. Как и Ками. Единственная, кого я бы хотел видеть рядом с собой двадцать четыре на семь, это... Ясно, кто. Но о ней лучше вообще не вспоминать. Весна меня немного приободрила, и я уже меньше стал загоняться по поводу Стрельцовой. Даже верилось, что смогу полностью забыть. Осталось совсем чуток, и свобода.

Ух, я бы вздохнул. Стоит лишь наступить тому дню, когда проснусь, вспомню эту суку и почувствую... ничего. НИЧЕГО!

Катя не настаивала, не просила, вообще никак не мусолила тему ее переезда в мою квартиру. И тем самым вызывала только уважение. Ками вот очень хотела притащить ко мне свою кучу вещей, чтобы все здесь по своему вкусу захламить. Но Катя не их таких. И мне это очень импонировало в ней.

— Поехали на канатку? — предложил спонтанно. Скорее для себя. Просто вспомнилось, как мы со Стрельцовой туда-сюда в кабинке через реку катались. Был вечер, пусто, огни города и мы. Я не мог от нее оторваться. целовал жадно. пока она тихо посмеивалась и цеплялась за мой затылок, перебирая волосы своими коготками. — По ту сторону рыбный рестик открыли новый. Говорят, ничего такой. Хочешь? Ты же любишь рыбу.

Катя довольно пискнула и прижалась к