История Соединенных Штатов Америки. Судьбоносные события страны, прошедшей путь от разрозненных колоний до сильнейшей мировой державы - Генри Стил Коммаджер

государства вообще и особенно интересовались историей греческой, швейцарской и нидерландской конфедераций, а большинство делегатов много читали из области политической теории. Они приняли принцип, по которому следовало точно определить функции и полномочия национального правительства и оставить все остальные функции и полномочия в ведении штатов. Полномочия центрального правительства, как нового в американской истории явления, необходимо было перечислить не только в общих статьях, но также изложить их как можно подробнее.

Конечный результат

Наряду с этим изложением конституции шла разработка схемы национального аппарата, в основу которого тоже был положен один общий принцип. Было решено произвести разделение власти на власть законодательную, исполнительную и судебную, поставив их в такой взаимосвязи, которая дала бы возможность гармоничного сотрудничества, и вместе с тем так уравновесив их, чтобы ни одна из них не смогла господствовать над двумя другими. Эта идея XVIII в. – идея равновесия сил была, по существу, концепцией Ньютона в политическом преломлении. Утверждение этого принципа явилось естественным следствием колониального опыта, подкрепленного писаниями Локка и Монтескье, с которыми было знакомо большинство делегатов. Американцы считали, что правительство превращается в деспотическое тогда, когда один из этих трех элементов становится господствующим. Естественным было и то, что законодательная власть, подобно колониальным легислатурам и британскому парламенту, должна была состоять из двух палат. Не все хотели единой исполнительной власти; но под влиянием аргументов, указывавших на пример единой исполнительной власти в колониях и в штатах, противники ее отказались от своей идеи.

Решение создать двухпалатный законодательный орган помогло разрешить коренные разногласия, возникшие на конвенте в вопросе о правах малых и больших штатов. Малые штаты утверждали, что, как и при конфедерации, они вправе располагать такими же правами, как и большие штаты, что малый Коннектикут никогда не должен попираться большим Нью-Йорком, а малый Мэриленд – большой Вирджинией. Большие же штаты доказывали, что власть должна быть пропорциональна величине, численности населения и богатству отдельных штатов.

По достигнутому в конце концов компромиссу, в сенате малые штаты представлены на равных началах с большими штатами, но в палате представителей места распределяются в соответствии с численностью населения. Когда дело дошло до исполнительной власти, главной трудностью было выработать систему выборов. Если бы президент избирался конгрессом, то это ставило бы его в известную зависимость от законодательной власти и нарушало, таким образом, равновесие властей. Прямое голосование населения казалось неосуществимым ввиду того, что население Соединенных Штатов было разбросано на огромной, все расширявшейся территории, а средства сообщения были плохие; следовательно, населению трудно было бы сосредоточиться на одном или на нескольких кандидатах; избиралось бы множество кандидатов одновременно, и никто бы из них не мог получить необходимого большинства голосов. В конце концов было решено создать коллегию выборщиков, причем на долю каждого штата было положено число выборщиков, равное общему числу его сенаторов и членов палаты представителей (конгрессменов). На практике эта система стала действовать совсем не так, как думали ее основатели, ибо они не предвидели возникновения партий, что, кстати, произошло немедленно. Что касается третьей власти – судебной, – было решено, что судьи должны назначаться президентом, с совета и согласия сената и, при условии безупречности поведения, занимать эту должность пожизненно.

Нельзя не поражаться изобретательности и мудрости, проявленными авторами конституции. Они создали самую сложную форму правления из всех, когда-либо и кем-либо выработанных, самую уравновешенную и наиболее прочно застрахованную от злоупотреблений. Все три вида власти независимы друг от друга, но взаимосвязаны, и каждый из них ограничен двумя другими. Принятые конгрессом законопроекты становятся законом только после их утверждения президентом. Президент, в свою очередь, должен представлять на утверждение сената многие из производимых им назначений и все заключаемые им договоры. Кроме того, конгресс может привлечь президента к ответственности и сместить его. Судебная власть решает все связанные с законами и с конституцией дела и, поэтому, вправе истолковывать конституцию и законы. Однако судьи назначаются президентом, утверждаются сенатом и тоже могут привлекаться к ответственности конгрессом. Ввиду того, что сенаторы избирались легислатурой своего штата[12]на шестилетний срок, президент избирается коллегией выборщиков, а судьи назначаются, только палата представителей из всех государственных органов находилась под непосредственным давлением со стороны общественности. Кроме того, продолжительность полномочий должностных лиц – от двух лет до пожизненного срока – столь различна, что полную смену личного состава быстро произвести невозможно – разве что путем революции.

Некоторые историки, рассматривая конвент в роли экономической, а не политической конференции, заявляли, что конституция содействует «классу» владельцев недвижимого имущества, коммерсантам и кредиторам. Однако следует опять напомнить, что в 1787 г. Америка была страной, где почти все – фермеры, плантаторы, лавочники, люди свободных профессий – были зажиточными, классовых различий было мало и они не были острыми. Обеспеченность, безусловно, шла на пользу всем. В таком экономическом толковании есть поэтому доля правды, но оно может легко привести к преувеличенным выводам.

Решения, которыми конвент обеспечил достаточную силу федерального правительства для того, чтобы оно было в состоянии поддерживать порядок и охранять имущество, при других обстоятельствах могли оказаться причиной опасных раздоров. Большая часть этих решений, однако, была вынесена после кратких и спокойных прений. Федеральному правительству добровольно и полностью передали право собирать налоги, тем самым давая ему возможность запоздалого погашения государственного долга, восстановления кредита и ассигнования средств на общее благо. Правительство получило право производить займы, устанавливать единую систему пошлин, налогов и акциза и принимать общие для всех законы о банкротстве. Ему была дана власть чеканить монету, устанавливать меры протяжений, емкости и веса, давать патенты и авторские права, создавать почтовые отделения и строить почтовые дороги. Ему была дана власть создавать и содержать армию и флот, а также регулировать межштатную торговлю. В его ведение были целиком переданы все вопросы, касавшиеся взаимоотношений с индейцами, международные отношения и войны. Федеральное правительство получило право вмешиваться во «внутренние беспорядки» штатов в том случае, если о помощи просит легислатура или губернатор штата. Оно могло принимать законы о натурализации иностранцев, и ввиду того, что общественные земли находились под его контролем, правительство могло принимать новые штаты в Союз на основе полного равноправия со старыми. Было решено, что у правительства должна быть собственная столица на территории округа, не превышающего по площади 10 квадратных миль. Короче говоря, согласно замыслу его основателей, федеральное правительство с самого начала было сильным органом, а вскоре – в результате истолкования конституции Верховным судом – стало еще сильнее. Сила федерального правительства явилась естественной реакцией на слабость конфедерации.

Штаты, однако, тоже остались сильными. Они сохранили за собой полноту власти в вопросах местного самоуправления, и именно