Будни британских охотников. 1770–1870 - Владимир Ильич Пилюгин

охотничьих собак, что приносило ему доходы. Дэниела Ламберта из Лестера, как успешного заводчика и эксперта по вопросам разведения охотничьих собак и бойцовых петухов, в графстве знали все.

В 23 года Дэниел весил уже 203,2 кг при росте 180,3 см, но все еще оставался сильным и активным, а в 26 лет плавал с сидящими на его спине двумя мужчинами среднего телосложения, что позволило Э. Чертону, публиковавшемуся под псевдонимом Omega, сравнить его с Левиафаном, плывущим в океане. Как воспоминал в 1838 году У. Гардинер, несмотря на огромный вес, Дэниел сохранял удивительную легкость походки. Он придерживался умеренности в еде и часто проводил эксперименты с голоданием, но это не способствовало снижению его веса. А когда он не сдерживал аппетит, то мог съесть за один присест целую баранью ногу124.

Рис. 88. Дэниел Ламберт – замечательная большая тыква из маленькой Британии

К 1801 году вес Ламберта достиг 250 кг. Его лошадь больше не могла носить на себе столь тяжелого седока. Теперь полнота не позволяла ему охотиться, принимать участие в курсинге и скачках, но он продолжал заниматься разведением бойцовых петухов, сеттеров, пойнтеров, спаниелей и терьеров, которых дрессировал и натаскивал до совершенства. У. Д. Друри в книге «Британские собаки» упомянул, что Дэниел Ламберт был известным заводчиком и «имел представительный кеннел», в котором содержались и разводились в том числе бедлингтон-терьеры125, а Роудон Б. Ли в книге «История и описание современных собак» положительно отозвался о племенной деятельности Ламберта и писал о его знаменитой породе черных пойнтеров126. По свидетельству современников, выведенная Ламбертом в 1806 году сука терьера была лучшей в Англии, за нее ему предлагали 100 гиней, но он отказался ее продавать, и собака оставалась у него до конца его жизни.

В 1805 году в связи с реорганизацией пенитенциарной системы в Соединенном Королевстве Дэниел Ламберт был освобожден от обязанностей смотрителя тюрьмы Брайдуэлл. В знак признания его заслуг магистрат назначил ему пожизненную пенсию в 50 фунтов в год. К этому времени он достиг веса 319,4 кг с объемом талии 2,84 м и объемом ноги 0,93 м, так что пошив костюма обходился ему около 20 фунтов стерлингов. Подшучивая над его размерами, Э. Чертон писал: «Лестерский призовой бык упал бы в обморок от зависти и унижения, увидев намного превосходящие его размеры» (рис. 88)127.

Дэниел упорно отказывался взвешиваться, хотя его друзья в шутку часто предлагали воспользоваться весами для крупного рогатого скота. В том же году они пригласили Дэниела посетить петушиные бои в Лафборо, и он не смог отказать себе в таком удовольствии. С большим трудом Ламберту удалось боком протиснуться в дверь кареты. Через какое-то время его спутники под ничтожным предлогом вышли из нее, оставив это «чудо природы» одного. Карета с Ламбертом проехала по весам. После того как его друзья вычли вес кареты, который узнали заранее, они сообщили Ламберту, что он весил почти 318 кг. Это весьма огорчило Дэниела. Как сострил Э. Чертон, «самый жирный боров в свинарнике Эпикура был всего лишь поросенком по сравнению с ним».

Тяжело переживавший свою полноту, Ламберт оставил все прежние занятия, впал в депрессию, вызвавшую у него чувство беспомощности, и почти перестал выходить из дому. Ежегодная пенсия не покрывала расходы Ламберта на жизнь, а тучность не позволяла ему найти новую работу. Он отчаянно нуждался в деньгах. Друзья советовали ему переехать в Лондон и выставить себя в качестве феномена, зарабатывая на этом деньги, но Ламберт отмахивался от их предложений, хотя не знал, как найти выход из создавшейся ситуации.

Рис. 89. На улице Пикадилли в Лондоне

Убедить Ламберта совершить поездку в столицу удалось только некоему мистеру Пирсону. После встречи с Пирсоном Ламберт в течение нескольких часов обдумывал его совет и наконец решился извлечь выгоду из своей полноты, которая до этих пор приносила только неприятности. Он сделал выбор – раз он не может работать, не может содержать кеннел, то надо ехать в Лондон и начать зарабатывать деньги, показывая себя публике.

2 апреля 1806 года перед приездом в Лондон Ламберт дал объявление в газете The Times:

Выставка. – М-р Дэниел Ламберт, из Лестера, величайший курьез в мире, в возрасте 36 лет весит более пятидесяти стоунов (700 фунтов, или 315 кг). М-р Ламберт примет посетителей в своем доме № 53, Пикадилли, напротив церкви Св. Иакова с 12 до 5 часов. – Плата за вход 1 шиллинг.

На Пикадилли за деньги показывали себя уродцы, гиганты, карлики, очень худые и очень толстые люди (рис. 89).

С учетом своего веса Ламберт заказал специальную карету и 4 апреля 1806 года отправился в Лондон, где на Пикадилли снял комнаты и начал принимать «высокородных и простолюдинов». Ян Бондесон приводит выдержку из репортажа, опубликованного в газете The Times:

За последние два дня поток модных посетителей в дом мистера Ламберта <…> был очень велик. Встреча с человеком его необычных размеров (весом не менее пятидесяти стоунов, или 700 фунтов), обладающим обширными знаниями, самыми приветливыми и приятными манерами, а также совершенной непринужденностью в разговоре, превзошла наши ожидания, какими бы высокими они ни были. Зрительниц было больше, чем представителей другого пола, и было слышно, как многие из них заявляли, как сильно они восхищаются его мужественным и умным лицом128.

Журналист газеты The Morning Post, посетивший Дэниела Ламберта 13 апреля, был

впечатлен его умом и приветливыми манерами, а также вежливостью, с которой он отвечал на многочисленные вопросы аудитории. Не менее 400 человек пришли посмотреть на это «чудо человеческих масштабов» с двенадцати до пяти часов129.

Действительно, многих влекло посмотреть на эту «огромную массу плоти». Со слов Чарльза Диккенса, «один банкир в Сити хвастался, что позволил себе поучительное зрелище стоимостью в один фунт стерлингов», посетив Ламберта двадцать раз130. К Дэниелу относились не как к уродцу, а как к чуду природы. Кроме того, он был общителен и остроумен с посетителями, а его большие познания в полевых видах спорта и опыт разведения охотничьих собак привлекали в его дом как городских, так и сельских джентльменов. Продажа охотничьих собак способствовала его материальному благополучию.

Одним из первых институтов в XVIII веке, возникших из организационных структур ярмарок и рынков, был Лондонский аукционный рынок Таттерсолла, открывшийся в 1766 году в Лондоне недалеко от Гайд-парка, бывшего тогда окраиной городаa.

В 1806 году на аукционе Таттерсолла Ламберт продал за 218 гиней девять собак, выращенных и тщательно подготовленных им к охоте, которых он привез из Лестера: черную суку сеттера Пегу – за 41 гинею, сеттера Панча – за 26 гиней, сеттера Браша – за 17 гиней, сеттера Боба – за 20 гиней, сеттера Беллу – за 32 гинеи, сеттера Баунса – за 22 гинеи, сеттера Сэма – за 26 гиней, суку пойнтера Шарлотту – за 22 гинеи, суку пойнтера Люси – за 12 гиней. В 1818 году Уильям Б. Дэниел отметил, что собаки были проданы Ламбертом ниже рыночной стоимости131, причем стоимость пойнтеров была ниже, чем сеттеров, что свидетельствовало о росте популярности последних. Черные пойнтеры Ламберта были известны в стране, и, как писал в книге «Собака» (1872) Идстон,

Дэниел Ламберт, толстый вундеркинд из Лестера, по праву прославился своей породой черных пойнтеров, хвосты которых были оставлены такими, какими их создала природа, и в этом отношении он опередил свое время132.

(Здесь следует отметить, что до первой трети XIX века владельцы легавых собак обычно купировали у них хвосты в связи с распространенным мнением, что движение хвоста отпугивает дичь.)

Из разных уголков страны съезжались толпы любопытствующих, чтобы увидеть Ламберта.