Попаданка в ненужную герцогиню Лилового дракона - Юлий Люцифер

Я медленно вернулась в дом.

Мне предстояло расстаться с большим, чем я думала в первый день. Я уже могла это признать. И все еще хотела прийти в палату, закончить наш брак, а потом увидеть Дамиана снова.

Глава 9. День, когда мы расстались

Глава 9. День, когда мы расстались

Лора дважды спросила, оставляем ли мы романс в программе, прежде чем я поняла, что она обращается ко мне.

— Простите. Да, оставляем. Вы же говорили, певице он хорошо удается.

— Я говорила, что ей нужно еще поработать над концовкой, — мягко поправила Лора и закрыла папку. — Селеста, может быть, сегодня не стоит?

Я посмотрела на разложенные листы. Мы собирались обсудить третий музыкальный вечер, выбрать дату и отправить первые приглашения. Все это было мне интересно. Я сама позвала Лору и до ее прихода успела составить список, но теперь каждое упоминание будущей пятницы заставляло вспоминать о другом дне, который наступит раньше.

До развода оставалось четверо суток.

— Стоит, — ответила я. — Иначе я до вечера просижу с одним и тем же листом. Давайте сначала решим, когда собирать гостей. Пятница через двенадцать дней вам подходит?

Лора сверилась со своими записями. Мы выбрали время, обговорили репетицию и оставили в программе две пьесы, которые она давно хотела сыграть. За романсом я уже следила внимательнее. Лора напела начало вполголоса, пояснила, где певице неудобно брать дыхание, и я наконец перестала смотреть на календарь.

К обеду на столе лежала готовая программа. Я переписала ее начисто, а Лора занялась приглашениями для знакомых, которые просили предупредить раньше. От двух предыдущих вечеров остались хорошие отзывы, часть гостей хотела вернуться.

Марта принесла чай. Пока мы пили, я рассказала, что Дамиан пригласил меня во вторник закончить нашу комедию. Сегодня у него было несколько встреч в замке; об этом он написал накануне. Я знала, что он занят, и все равно прислушивалась, когда во дворе останавливалась повозка.

— Значит, я правильно не стала приносить вам другую книгу, — сказала Лора. — А то у меня есть одна, после которой вы не скоро доберетесь до его сундука.

Я улыбнулась. Историю о незнакомом сундуке она уже слышала, вместе с моими не слишком удачными попытками повторить голос сердитой тетки.

— Принесите потом. Только, пожалуйста, без большой семейной ссоры на первых страницах.

— Тогда придется выбрать внимательно.

Она отломила кусочек печенья и некоторое время смотрела в чашку. Я поняла, что она хочет спросить о четверге, и сама сказала, во сколько назначена встреча.

— В десять. Юстина будет там раньше. Все уже готово.

Лора кивнула.

— Хотите, я приеду к вам вечером?

Мне стало легче еще до того, как я ответила. Я уже думала об этом, но не решалась просить: у нее были уроки, собственные заботы, и мне не хотелось распоряжаться ее днем.

— Очень хочу. Только если вам удобно.

— После пяти буду свободна. Зайду по дороге домой.

Когда Лора ушла, я собрала листы и проверила письмо Дамиана. Оно лежало там, где я его оставила, в верхнем ящике маленького стола. Я прочитала несколько строк и с удивлением заметила, что все еще улыбаюсь его короткой приписке: он обещал не заглядывать в конец комедии без меня.

Мне хотелось ответить сразу, хотя о встрече мы уже договорились. Рассказать, какой романс выбрали, спросить, не слишком ли он устал. Я достала бумагу, написала приветствие и надолго остановилась.

Я дописала короткое письмо, запечатала и вернулась к программе. Впервые за день мне удалось заняться ею, не проверяя, сколько осталось до четверга.

Эдмунд приехал на следующий день.

Марта сообщила о нем, когда я разбирала ответы на приглашения. После городского приема мы не виделись. Я отложила письма и велела проводить его в гостиную.

Он снял перчатки, спросил о здоровье и дождался, пока я предложу сесть. На этот раз даже не посмотрел на бумаги у меня на столе.

— До четверга еще есть время, — начал Эдмунд. — Я надеялся, вы с Дамианом за эти дни все уладите.

— Мы уладили. Придем в палату, как назначено.

Он поджал губы, затем заговорил мягче:

— Селеста, ты понимаешь, о чем я. Я видел вас на приеме. Вы танцевали, он весь вечер был рядом с тобой. Если между супругами все наладилось, зачем доводить до официального разрыва?

— Мы приняли решение. Причины касаются нас двоих. Мне не нужно, чтобы ты их одобрил.

Эдмунд провел ладонью по колену, разглаживая ткань.

— Семья тоже имеет к этому отношение. После твоей свадьбы Маренов стали принимать иначе. Люди привыкли к определенному положению. Ты можешь позволить себе не думать об этом, но остальным придется отвечать на вопросы.

— Какие именно?

Он взглянул на меня, словно я нарочно не понимала простых вещей.

— Почему герцог расстался с нашей родственницей. Что произошло. Не было ли чего-нибудь, о чем мы предпочитаем молчать. Ты знаешь, как легко от одного неудачного разговора страдает репутация всей семьи.

Я слушала, пытаясь вспомнить, спросил ли он хоть раз, почему я сама хочу уйти. Выходило, что больше всего мы обсуждаем чужие вопросы после ужина.

— Если тебя спросят, ответь, что мы развелись по взаимному решению, — сказала я. — Ничего придумывать не нужно.

— Это не остановит разговоров.

— Возможно. Но я не останусь замужем, чтобы тебе было легче объясняться со знакомыми.

Эдмунд откинулся на спинку стула. Некоторое время мы смотрели друг на друга.

— Ты очень изменилась после аварии, — произнес он.

Я выдержала его взгляд.

— Я многое переосмыслила.

— Тогда подумай еще вот о чем. Пока Дамиан расположен к тебе, этот дом кажется вполне надежным местом. Но расположение мужчины может измениться. Сегодня он позволяет тебе принимать гостей, оплачивает расходы, закрывает глаза на упрямство. После развода ему ничто не помешает прекратить помощь.

Я почувствовала, как внутри снова поднимается злость. Он ведь даже не спросил, на какие средства я живу.

— Кленовый дом получен по наследству. Деньги тоже. Это мое имущество, и Дамиан не оплачивает наши музыкальные вечера. Если ты до сих пор этого не знал, теперь знаешь.

— Я не разбирал ваших счетов.

— Тогда не говори о них как о чем-то тебе известном.

Он посмотрел