Свободный философ Пятигорский - Александр Моисеевич Пятигорский

передачи Пятиrорский сравнивает Унамуно с ero русскими современниками, философами так называемоrо Серебряноrо века. rлавным, по мысли Александра Моисеевича, является следующее: «Ero стра.. на стала важнейшей частью ero философствования. Ис.. пания была не только стимулом, но и содержанием ero философских КОНцепций». Пятиrорский идет еще даль

    ше, указывая на некоторое сходство биполярной систе.. мы русской общественной мысли (<<западники» V5. «сла.. вянофилы») С борьбой «испанистов» и «европеистов» на родине Унамуно. Я к этому сравнению добавлю еще одно, правда, более шаткое. Унамуно принадлежал к так называемому поколению 98

ro rода

rpynne писателей, публицистов и философов, получившей свое название после войны 1898 rода, в которой Испания потерпела унизительное поражение от США. Взrляды «поколения

 

162

 

Миrель де Унамуно

 

98 rода» (а rруппа была отнюдь не монолитной) можно описать как довольно пеструю смесь либеральноrо нацио.. нализма и радикально переосмысленноrо традициона

    лизма. Собственно, это была попытка предложить испан

    СКОМУ обществу модернизационный проект, основанный на том, что деятелям «поколения 98

ro rода» представ.. лялось «подлинной Испанией» в противовес Испании официозной, монархически

католической. Проект не был сформулирован достаточ но определенно, представлял собой набор самых разнообразных мнений и призывов и имел лишь общую тенденцию. Последняя заключалась в том, что Испания должна стать частью cOBpeMeHHoro мира, не отказываясь от подлинно национальных ценностей. Последние же обычно вычитывались либо из «народных обычаев и традиций», либо из национальной литературы, прежде Bcero из «Дон Кихота». Не очень ориrинальная идея, надо сказать; опоrо мноrие современники критико

    вали «поколен ие 98

ro rода», даже те, кто, как Борхес, ценили сочинения некоторых участников этой rруппы. Обратим внимание на то, что важнейшие участники «по.. коления 98

ro rода» были басками, например сам YHa

    MYfltO (или замечательный писатель Пио Бароха),

эта двойственность позволяла им более открыто, не опасаясь обвинений в этническом нарциссизме, восхищаться ста.. рыми кастильскими традициями. Да, но при чем здесь Бердяев, или Серrей Булraков, или Василий Розанов?

спросит читатель. А вот при чем. Для русской философии конца XIX

начала ХХ века «Россия» (беру в кавычки, так как речь идет о некоей концепцИИ, которую эти люди называли для себя «Рос.. сией») была

вспоминая определение Пятиrорскоrо

 

lБЗ

 

Раздел З. Философия в меняющемся мире

 

и важнейшей частью философствования, и стимулом, и содержанием их философских концепЦИЙ. Более Toro, они моrли мыслить о «России» исключительно в рамках системы «западники» V5. «славянофилы»; по сути, исполь

    зуя уже существующие схемы, но пытаясь вложить в них некое новое

совсем уже отвлеченное от реальности, которой они не знали, конечно,

содержание. Наконец, перед нами та же самая попытка предложить своему обще

    ству (а на деле

русской интеллиrенцИИ, так как ни к крестьянству, ни к рабочим, ни к rородским обывателям, ни тем более к власти они вообще не апеллировали) некий модернизационный проект, основанный на той же смеси «либеральноrо национализма и радикально переосмыс

    ленноrо традиционализма». Впрочем, и результат OKa

    зался совершенно одинаковым

катастрофа. Здесь

    еще одна вещь, объединяющая Миrеля де Унамуно и ero сподвижников с русскими (преимущественно «релиrиоз

    ными») философами. Они потерпели сокрушительное поражение. Вопрос о поражении философа можно рассматривать на разных уровнях. Самый поверхностный

тот, что взrляды философа оказались мало кому нужны, книrи ero не читают, и сам он забыт навеки (таких философов тысячи, десятки тысяч, и лишь единицы будут воскреше

    ны потомками). rлубже

уровень самих их концепций: отсутствие лоrики, недостаток арrументации, досадные оплошности в рассуждениях. Все это не столь фатально, как кажется: ошибки и заблуждения чрезвычайно плодо

    творны, они rораздо важнее безмятежных побед отлич

    ников. Маркс, Ницше, Витrенштейн, Беньямин

все они не очень убедительны, в их рассуждениях всеrда можно

 

164

 

Миrель де Унамуно

 

найти просчеты, но они интереснее тех, кто создал внеш

    не безупречные философские системы (имен называть не буду, каждый заполнит скобки по своему разумению). Третий уровень

самый rлубокий. Это коrда ты терпИШЬ сокрушительную неудачу Bcero cBoero мышления, цели

    ком, раз и навсеrда. Скажем, ты отказываешься от самой идеи, что философия может быть только универсальной, а не национальной. Ты Вblчитываешь эту национальную философию из беллетристики и стихов, которые тебе достались по наследству как Писание, в котором Есть Все. Ты сочиняешь историософскую концепцию, соrласно KO

    торой твой народ то ли самый лучший, то ли самый xyд

    ший, но в ero плохости есть великий урок всем осталь

    ным. В конце концов с зтой страной и с этим народом происходят события, не имеющие ровным счетом ника.. Koro отношения ни к твоей историософии, ни к Националь

    ному Золотому Фонду Национальной Мудрости. Это и есть самое унизительное поражение философа. Он

быва

    ет, даже и еще при жизни

превращается просто в «из

    вестную культурную фиrуру прошлоrо», чьи причудливые взrляды принято изучать в университетах как типичные Д1'я ero эпохи. Кажется, Унамуно потерпел именно такое поражение

и понял это еще до своей смерти. Ничеrо raKoro Пятиrорский не rоворит, конечно. Он очень осторожен

ведь передача, вышедшая летом 1977 rода, была скорее просветительской

а как заинте

    ресуешь аудиторию взrлядами далекоrо неудачника? И это притом, что Унамуно

действительно крупная фиrура испанской и европейской культуры позднеrо романтизма, автор нескольких интересных книr, философско

публицис

    тических и беллетристики. Он исключительно важен как

 

165

 

Раздел З. Философия в меняющемся мире

 

один из основных элементов складывавшейся в те roAbI новой испанской культуры

не меНее важеН, чем Бер

    дяев или Вячеслав Иванов для России. Более Toro, Уна.. муно был известен советскому читателю, ero издавали в СССР и даже писали о нем вполне дельные статьи

хотя, конечно, под правильным идеолоrическим прикрытием, но это неважно, sapieпti sat. Так что перед Пятиrорским стояла довольно сложная задача

найти тему для раз.. rOBopa об Унамуно. И он ее нашел. Эта тема

неприютность, неприкаянность мысли.. теля, невозможность ero участия в делах мира. Пятиrор.. ский несколько раз подчеркивает, что Унамуно не Hpa

    вились ни монархия, ни республика, ни rенерал Франко, KOToporo он сначала приветствовал. Королей, министров и диктаторов своей страны Унамуно считал ничтожества.. ми

не из..за cBoero cKBepHoro характера, а oTToro, что они таковыми были. В трактовке Пятиrорскоrо, Унамуно видел чудовищную пропасть между своими представле

    ниями об идеальном правителе, идеальном политическом устройстве, идеальном народном духе, идеальной KaTO

    л ической церкви

и тем, что ero окружало.