Свободный философ Пятигорский - Александр Моисеевич Пятигорский

жизнь устроена так и только так. Невероят.. но наивно верить в реализацию идеала. Даже смешно и неприлично для взрослоrо человека. Но для Унамуно это не вопрос приличия

он действительно считал, что еле.. дование идеалу, вне зависимости от обстоятельств, сколь бы смешным это ни казалось,

путь к бессмертию. Отто.. ro он и писал о Дон Кихоте. KorAa Пятиrорский rоворитоб этом

мне так слышится, я не настаиваю, но все же

    он rоворит о себе. Собственно, о судьбе настоящеrо фи.. лософа.

lбб

Миrел ь де Уна муно

Беседа Александра Пятиrорскоrо о Миrеле де YHaMY

    но вышла в эфир Радио Свобода 19 aBrycTa 1977 rода.

Плохо это или хорошо, но замечательный испан.. ский философ Миrельде Унамуно (186+--1936) был в одном очень важном отношении похож на своих русских коллеr начала нашеrо века. Ero собствен

    ная страна БЬUlа для Hero важнейшей частью ero философtтвования. БЬVIа не только стимулом, но и содержанием ero философских концепций. Кроме России с ее западниками и славянофилами, только в одной стране, столь же периферийной по отноше.. НИЮ к Европе,

в Испании

интеллиrенция бьта разделена по мировоззрению на две rруппы: «испа.. нистов» И «европеистов». К этому можно добавить, что сам Унамуно бьUl к тому же еЩе и баском, что нисколько не облеrча.. ло ero личной ситуации. Родился он в Бильбао в довольно бедной дворянской семье и с детства то и дело наблюдал вспышки rражданской войны. То.. rда еЩе можно бьUlО наблюдать rражданскую войну и не быть убитым. Потом в юности университет в Мадриде, который он блестяще окончил. Затем по

    сле нескольких лет неустройства, заполненных в основном чтением и напряженным думанием, место профессора в знаменитейшем испанском универ

    ситете в Саламанке, rде позднее он стал ректором, затем вице"ректором, а незадолrо до смерти

по.. четным вечным ректором. Вот и вся внешняя кан.. ва ero некороткой жизни, если не считать счаст"

167

Раздел ,. Философия в меняющемся мире

ливоrо брака и эмиrрации во Францию. Он умер среди потрясений rражданской войны, еще не oco

    знавая, что это уже не Испания, а весь мир сотря

    сается в предвестии ожидающих ero катастроф. Он же думал об одной Испании, о ее почве, ее вере, ее славе. И он же с самой своей юности бьUl в откро- венной оппозиции ко всякому испанскому прави.. тельству, к испанскому патриотизму и даже к испан" скому католицизму. Во MHorOM ero личная позиция по отношению к испанскому католицизму БЬUlа близка позиции Достоевскоrо по отношению к Русской православ

    ной церкви. Но бьUlО и одно важное отличие. Если в центре Bcero мыптения ДОСТоевскоrо стоит BO

    прос О существовании Боrа, то в центре мышления и Bcero чувства Унамуно стоит вопрос о бессмертии души. Отсюда первая ero философская концепция: донкuxотuзм. В Дон Кихоте Унамуно видит как бы две линии жизни. Одна

это мечты о славе, о по.. беде, о справедливости. Но это только втор осте.. пенная, внешняя линия, несущественная для дон- кихотизма и для Дон Кихота. Обо всем этом может мечтать и нормальный средний человек. Внутрен- няя же линия

это мечта о бессмертии, мучитель.. ное стремление души к вечности, которое и делает Дон Кихота безумцем в rлазах нормальных средних людей. На самом деле он

не безумец, он

здо- ровый человек из плоти и крови, который хочет только одноrо: не умереть. И rлубинным своим чув- ством, инстинктом духа Дон Кихот понимает: что- бы продолжать жить, необходимо сделать невоз"

168

Миrель де Унамуно

можное, даже если это полный абсурд. Тем более если это полный абсурд. В противном случае он по

    rибнет физически от безысходноrо отчаяния. Бе

    зумие есть здесь лишь следствие BHyrpeHHero здо

    ровья. Но оно есть и символ вечной траrедии не только отдельных людей, но и целых народов и культур. Унамуно считал, что задача Испании

не сохранение отживших традиций и не возвращение утерянноrо политическоrо моrущества, а излуче

    ние и радиация, как он rоворил, этоrо стремления к бессмертию на дрyrие народы. Он думал, как pyc

    ские славянофилы о России, что только Испания может это сделать. Пусть она будет Дон Кихотом среди стран мира,

а не периодом или эпизодом в мировой истории. И здесь мы подходим, пожалуй, к самому инте

    ресному моменту во всем философствовании YHa

    муно: к ero пониманию или, может быть, лучше сказать, чувству истории. И в этом он совсем уни

    кален, одинок среди философов

современников Первой мировой войны. Как ход, течение событий, чередование изменений, как осуществление Toro, что называют исторической необходимостью или исторической закономерностью, история, по MHe

    нию Унамуно,

это самая бессмысленная из всех бессмысленных вещей мира. Но она приобретает совсем иной, реальный смысл, коrда мы понимаем ее как (я цитирую) «ход проявления божественной мысли на человеческой ПОчве». Понимаемая так история не имеет конечной человеческой цели. Она не есть исполнение предyrотовленной, поставлен

169

Раздел З. Философия в меняющемся мире

ной заранее задачи. Она ведет к забвению, к бес

    сознательности, к полной потере ощущения себя во времени. Духовная традиция народа или Bcero мира

    это не история, а вечное настоящее. Чтобы объяс

    нить эту странную идею, Унамуно вводит особое понятие интроистории, то есть Bcero Toro, что ле

    жит внутри BpeMeHHoro ее процесса и не может быть затронуто происходящими во времени внеш

    ними социальными, политическими, экономиче

    скими и культурными процессами. Эта интроисто

    рия заполнена моментами, каждый из которых скрывает в себе вечность настоящеrо. Дон Кихот на самом деле не бьUI романтиком, мечтающим о рыцарском проитом. Все, что он делал,

это rлу

    бокое переживание вечноrо настоящеrо. Унамуно rоворил, что, как только это переживание в тебе окончится, в этот самый момент ты умер, ты стал внешней историей, ты стал отжившим фактом, в который превратИJIИСЬ мноrие народы и культуры проnтоrо. Замечательно, что эта тоска по бессмертию иноrда выражалась в чем

то близком к ИДее про

    cToro биолоrическоrо выживания. И это тем более замечательно, что в своей собственной жизни YHa

    муно подошел к пределам, коrда остаться в живых начало становиться проблемой. Отсюда странное и, я бы сказал, странно

экзистенциальное отноше

    ние испанскоrо философа к войне, и rражданской войне в частности. В юности он воспринимал rраж

    данскую войну как феномен, свойственный ero Ha

170

Миrель де