Вечные Пески. Том 9 - Лео Сухов

Копейщики уже занимали позиции у окон и дверей. Лучники рассыпались по галереям второго этажа, а местами устраивались на крышах, откуда имелся хороший обзор на двор. Солнце, коснувшись горизонта, мало-помалу закатывалось за него. Люди торопливо завершали последние приготовления.

А я продолжал шептать. Песок во дворе, не переставая, крутился вихрями. А из этих вихрей вставали всё новые и новые воины. Один за другим они шли к провалу и спрыгивали вниз, непосредственно к спуску в туннель, готовясь встретить тех, кто скоро полезет из-под земли.

Я не знал, сколько нам придётся здесь держаться. Как бы ни спешило сюда объединённое войско, оно отставало, и не на день, а на несколько. Большие армии быстро не перемещаются, это неприятный закон жизни. А тут ещё приходилось и всех врагов по пути зачищать, и трупы в обязательном порядке жечь…

В общем, на какой срок мы здесь окопаемся, пока неясно было.

И тем не менее… Одно то, что мы дошли до Келаана, уже нельзя было назвать иначе, как немыслимой удачей. И очередной невероятной авантюрой, в которой уцелели наши буйные головы. Мы прошли через земли, практически занятые демонами, прорвались к городу, битком ими набитому, и заткнули собой, как пробкой, выход из туннеля под рекой.

И если после такого о наших бойцах не начнут слагать легенды и петь песни, то, видимо, придётся стать божеством, чтобы напоминать людям, кому они обязаны своим существованием. Шучу, конечно. Не собираюсь я метить в пантеон. Это не мой путь.

Между тем, сотня лучников разошлась в стороны рядом с провалом. Вытащив первые нашёптанные стрелы, бойцы принялись пускать их вниз, в сплошную темноту перед «нашёптышами». И первые же из стрел нашли себе цель.

Демоны были тут уже давно. Стояли в темноте, смотрели, ждали ночи. Ну или хотя бы сумерек. До них было, считай, рукой подать. Ровные шеренги дауров. Пауки, что сидели по вертикальным поверхностям. Песчаные люди, которым не было числа, и Кровавые Персты.

Особенно впечатляли исаи, застывшие на стенах, будто гигантские чёрные насекомые.

По рядам людей понеслись тревожные шепотки. Я дёрнулся было всех подбодрить. Хотел уверенно сказать, что мы не умрём сегодня. Да и завтра, вероятно, не умрём. И вообще, нам ещё жить да жить. Но я не мог отвлечься, создавая новых и новых песчаных воинов. К счастью, Ситранис с Истором и Тадаром не сплоховали. Проехались вдоль шеренг, что-то бодро и уверенно объясняя людям.

«Нашёптыши», между тем, едва умещались на спуске. С каждым новым воином их первый ряд оказывался ближе к врагу. Тени вокруг удлинились, мало-помалу заливая мир темнотой. Солнечного света оставалось всё меньше. Не отвлекаясь от создания «нашёптышей», я успел заметить, как над дворцом встал купол из чёрного песка.

Мы напали первыми… Возможно, в этом был символизм, не знаю. Но почему-то, когда вниз, в темноту туннеля, понеслась «волна холодного света», когда она обрушилась на первые ряды врагов, стирая их обратно в чёрную пыль, из которой они родились — мне стало резко легче…

Да и бойцам, судя по радостным вздохам, полегчало.

Возникло ощущение, что это не мы пришли в смертельную ловушку, а демоны приползли за своей смертью. Ну а мы — просто те, кто её им принесёт.

Мы перестали быть вечно отступающими. Мы стали теми, кто сам идёт в атаку. И пусть это было под силу только одному отряду, жалким шестнадцати тысячам бойцов из всех остатков человечества… Но ведь мы, такие, были. И сейчас мы были именно там, где и должны быть.

«Нашёптыши» сдвинулись ещё на пару шагов вперёд. Их чёрные топоры взмыли над головами, готовясь нанести первый удар. Сумерки сгустились, ночь окутала мёртвый город, и демоны, наконец, ответили, бросившись в атаку.

Откуда-то из темноты туннеля донёсся страшный рёв. Тем, кто хотел выйти и убивать, очень не понравилось, что их самих убивали. Вот только на их оскорблённые чувства нам было плевать. На миг оторвавшись от шёпота, я обвёл взглядом лица ближайших бойцов. Сосредоточены, зубы сжаты, руки крепко сжимают оружие. Все мои люди, кого я видел, понимали: впереди нас ждёт долгая и сложная ночь.

Не будет красивых сражений. Не будет бешеной скачки и победных таранных ударов.

Будет нудная, долгая и грязная работа. Её просто надо сделать. Чтобы ни один сучий демон больше не перешёл с правого на левый берег Тихой.

Мы стояли на последней границе человечества. И не собирались её уступать бездушным выродкам.

Глава 208

Пять ночей. Пять ночей мы держали выход из туннеля. И это были не только тяжёлые ночи, но и не самые лёгкие дни. Орда рвалась на левый берег Тихой, и только мои песчаные воины да купол из чёрного песка позволили нам избежать невероятных потерь.

Первая ночь была, пожалуй, одной из самых простых. Снаружи, в городе, демоны бродили вокруг нашей позиции, натыкались на защиту из чёрного песка и уходили прочь. Они не видели и не чувствовали нас. А высших в городе не нашлось, чтобы указать им цель.

Купол всю ночь работал безупречно. Снаружи нас так и не побеспокоили. Зато внутри, в туннеле, было жарко. Песчаные люди и Кровавые Персты лились сплошным потоком. К счастью, они не умели бегать по стенам, как пауки и исаи. Те атаковали со стен и даже с потолка. Они карабкались по вертикальным поверхностям, цепляясь за малейшие выступы. Их было много. Очень много.

Мои песчаные воины встречали их у самого выхода из туннеля. Я выстроил «нашёптышей» в подобие царского строя, сотворив и воинов с топорами, и воинов с копьями. Они заполнили всё пространство спуска во внутреннем дворе.

Жизненная сила текла в воздухе густыми потоками. Каждый убитый демон дарил мне энергию, а я втягивал её, обращая в новых «нашёптышей». Они вставали из земли и занимали место павших. И всё равно орда медленно давила оборону.

Чуть полегче стало, когда энное число демонов показалось из-за края туннеля. Тут присоединились кочевники со своими луками. Они встали по бокам от провала и пускали стрелы вниз, целя в тех, кто пытался обойти «нашёптышей» по стенам.

Затем к ним стали присоединяться копейщики, атакуя тех, кто слишком близко подбирался к краю обрыва.

Мы убивали. Они лезли снова. Мы убивали. Они снова лезли. Было ли это боем? Сложно сказать. Я всё-таки привык, что в бою хотя бы одна сторона держится за жизнь. А здесь, внизу, у нас под ногами, сошлись существа, не знавшие страха и