Зимний дворец, Дворцовая набережная и Эрмитаж. Прогулки по Петербургу - Алексей Викторович Домбровский

Первый этаж здания обработан рустом, как и нижний ярус Малого Эрмитажа, а оконные проемы такие же высокие и узкие, с полуциркульным завершением. Центральные окна и два боковых окна второго яруса также имеют полуциркульное завершение, а остальные прямоугольные. Все окна второго яруса обрамлены простыми наличниками. Над ними имеются сандрики в виде небольших карнизов. Окна третьего этажа небольшие, почти квадратные, и обрамлены с трех сторон простыми наличниками. Фасад украшают львиные маски в замковых камнях окон и неброские барельефы работы скульптора Ф.Г. Гордеева.

В целом фасад Старого Эрмитажа является характерным примером безордерного оформления в классическом стиле, часто используемом в конце XVIII в. Это придает ему простой, но одновременно и монументальный вид. Фасад несколько оживляют небольшой ризалит в центре и два небольших ризалита по краям, которые выступают из плоскости фасада.

В западной части Большого Эрмитажа находился большой двухсветный 12-колонный зал. По его периметру на арках устроили обходную галерею, которая охватывала внутреннюю часть зала по овалу. Благодаря этому он назывался Овальным залом. Колонны аркады имели сложный композитный ордер. В трех углах зала образовались ниши кабинетов, а в четвертом углу сделали винтовую лестницу, которая вела на галерею.

Стены Овального зала окрасили краской, именовавшейся «екатеринбургская зелень» – это зеленая минеральная краска, цвет которой придавал растолченный в порошок малахит. Потолок украсил плафон с аллегорической сценой «Добродетели представляют русское юношество богине Минерве» кисти художника Г.Ф. Дуайена. В углах располагались рельефы работы скульптора А. Бернаскони.

В Овальном зале находилась так называемая «Русская библиотека», собранная Екатериной II. Она насчитывала почти 40 тысяч томов. Императрица писала в 1790 г. М. Гримму: «Мой музей в Эрмитаже состоит, не считая картин и лоджий Рафаэля, из 38 тысяч книг, четырех комнат, наполненных книгами и гравюрами, 10 тысяч резных камней, приблизительно 10 тысяч рисунков и собрания естественнонаучного, заполняющего две большие залы».

В восточной части Большого Эрмитажа комнаты образовывали две параллельные анфилады – Внутреннюю и Внешнюю. Окна Внутренней анфилады выходили во двор, а Внешней анфилады – на набережную Невы. Практически всю ширину здания занимал только большой двухсветный Восьмиугольный зал. Здесь первоначально собирались устроить театр, но это намерение так и не осуществили, так как в начале 1780-х гг. решили строить для театра отдельное здание. Для временного театрального зала отдали помещения на первом этаже, под Овальным залом. Там театр и работал вплоть до конца 1785 г.

Известный врач и естествоиспытатель И.Г. Георги в конце XVIII в. писал о роскошной отделке помещений Большого Эрмитажа следующее: «Ряд комнат на берегу Невы украшены с наизящнейшим вкусом, полы штучные, потолки с живописью, большие закругленные окошки с зеркальным стеклом, хрустальные паникадилы, шелковые занавесы с кистями, богатые камельки или печи, двери с зеркалами, угловые столы, богатые часы, софы, и тому подобное убранство заполняло помещения».

Все три этажа Большого Эрмитажа связывала устроенная в его восточном ризалите довольно узкая лестница, вход на которую был с набережной. В последующем, в 1843–1847 гг., эта лестница перестраивалась по проекту архитекторов Н.Е. Ефимова и В.П. Стасова. Она приобрела торжественный, парадный характер и с тех пор дошла до наших дней без изменений. С нее сделали проходы к «Лоджиям Рафаэля» и в Эрмитажный театр. После этого за ней закрепилось название «Театральная лестница».

В целом внутренняя планировка и отделка помещений, в которых развесили приобретенные Екатериной II картины западноевропейских мастеров и разместили ее коллекции гравюр гемм и камей, были характерны скорее для зданий дворцового назначения. Впрочем, новое эрмитажное здание и использовалось не только для размещения коллекций предметов искусства, но и для проведения Больших эрмитажных собраний и других светских мероприятий.

Сохранив в целом фельтеновскую планировку, в 1786–1791 гг. ряд помещений первого этажа Дж. Кваренги переделал в жилые комнаты, затем в 1805–1807 гг. он переделал и ряд помещений на втором и третьем этажах, постаравшись наилучшим образом приспособить их для хранения эрмитажных коллекций. Большой двухсветный зал, в котором ранее хотели устроить театр, стал главным залом парадной анфилады. Впрочем, отделка его была весьма скромной, чтобы не отвлекать внимания от развешанных на стенах в 3–4 ряда картин. Наиболее роскошным элементом оформления Большого зала стали, пожалуй, живописные панно по фризу помещения. Их выполнил венецианский художник Ж.-Б. Падованино.

Комнаты на третьем этаже архитектор превратил в залы для коллекций эстампов, рисунков, монет и медалей.

В 1816 г. ремонт отделки помещений Большого Эрмитажа (лепки, живописи и т. д.) проводился под руководством архитектора Л. Руски. Известно, что в этих работах принимали участие лакировщик Я. Семенов и бронзовщик Ф. Келлер.

В 1828 г. восточную часть первого этажа Большого Эрмитажа и вовсе отдали для проведения заседаний Государственного совета (проходили здесь до 1885 г.), а западную часть передали Комитету министров. Для удобства со стороны набережной Невы в западном ризалите здания сделали специальный подъезд, который получил название «Советский». Это название, разумеется, не имеет никакого отношения к советской власти, а обязано своим появлением работавшему тут Государственному совету. А старый подъезд, через который посетители попадали на Театральную лестницу, стал именоваться Малым подъездом.

Заседание Государственного совета. Рис. М.А. Зичи, 1885 г. Изображено одно из последних заседаний Госсовета в Зале заседаний Большого Эрмитажа (с 1885 г. Госсовет стал заседать в Мариинском дворце). В центре, под портретом Александра II, сидит председатель Госсовета великий князь Михаил Николаевич, перед ним, стоя, докладывает государственный секретарь А.А. Половцев. Слева на стене портрет Николая I

Уже в конце своего царствования Николай I решил изменить назначение парадных залов второго этажа, отдав их под дворцовые нужды. Хранившиеся в них картины перенесли в только что построенное здание Нового Эрмитажа, а архитектору А.И. Штакеншнейдеру поручили выполнить перестройку помещений Большого Эрмитажа. Еще одной важной причиной предпринятой перестройки являлась необходимость связать здания Большого Эрмитажа и Нового Эрмитажа в единый комплекс.

Работы по реконструкции начались в 1851 г. Подрядчиком выступал уже известный нам Н. Дершау, который занимался перестройкой здания Малого Эрмитажа. Деревянные перекрытия и стропила, учитывая пожар 1837 г., заменили металлическими, изготовленными на заводе Берда. Подняли полы, заново выполнили отделку комнат и залов. Вместо фельтеновского Овального зала А.И. Штакеншнейдер построил парадную лестницу, на которую посетитель попадал через ближний к Малому Эрмитажу подъезд. Как и подъезд, эта лестница стала называться Советской лестницей.

Вестибюль лестницы украсили четыре монолитные колонны из красного олонецкого (шокшинского) порфира, а его стены облицевали искусственным мрамором. Широкая лестница из белого итальянского мрамора на промежуточной площадке расходится на два боковых марша и выходит на большую площадку на уровне второго этажа. Эту площадку вдоль стен окружают беломраморные сдвоенные каннелированные колонны коринфского ордера. На потолке красуется живописный плафон