Зимний дворец, Дворцовая набережная и Эрмитаж. Прогулки по Петербургу - Алексей Викторович Домбровский

кисти французского художника Г.Ф. Дуайена, который ранее находился на потолке Овального зала. Вестибюль украшают четыре монолитные колонны из красного олонецкого (шокшинского) порфира. На площадке второго этажа установили огромную вазу из малахита, изготовленную на Урале, на Колыванском императорском гранильном заводе.

Отделкой помещений второго этажа занимались лепщики И. Косолапов, И. Яишников и братья П. Дылёв и А. Дылёв, мастера-столяры И. Баев, В. Штром, С. Тарасов и А. Тур, живописцы И. Гох, М. Зичи, М. Майков, К. Поль и Н. Тихобразов. Проекты новых интерьеров комнат и залов выполнял сам Штакеншнейдер.

Парадная Внешняя анфилада начиналась с Приемной. Ее стены украшали позолоченные пилястры и живописные вставки, выполненные художником К. Полем, а потолок украшали росписи, выполненные живописцем Н.И. Тихобразовым. На резных дверях были укреплены фарфоровые медальоны, а над дверьми находились десюдепорты кисти художника М. Зичи. Дополнительную торжественность Приемной придавали восемь колонн из зеленой яшмы.

В корне изменилась и прежде скромная отделка двухсветного Большого зала. Теперь его стены стали украшать не картины, а колонны и пилястры из красного шокшинского порфира. На уровне второго яруса стены облицевали искусственным мрамором. По фризу сохранились три живописных панно кисти Ж.-Б. Падованино, к которым добавилось еще четыре, написанных художником Ф.А. Бруни. На панно изображены морские нимфы и тритоны. Потолок украсили плафоны работы художника Н.А. Майкова.

Два камина инкрустировали вставками из ляпис-лазури и декорировали колоннами из уральской яшмы, выполненными мастером Г. Налимовым. Над дверьми поместили шесть овальных барельефов с портретами известных российских военачальников – А.В. Суворова, М.И. Кутузова, П.А. Румянцева, Г.А. Потемкина, И.Ф. Паскевича и В.М. Долгорукова. Эти барельефы сделал скульптор Д.И. Иенсен. Дверные филенки покрыли ажурной инкрустацией из пластин панциря черепахи и меди.

В отделке прочих парадных помещений Внешней анфилады были использованы итальянский мрамор и уральский камень, полы покрыли наборными паркетами из ценных пород дерева, стены украсили мозаиками и росписями.

Отделывая помещения первого этажа, архитектор постарался придать им облик, характерный для важных правительственных учреждений. Стены в части комнат оклеили бумажными обоями красного цвета с золотыми орлами государственного герба. В других комнатах стены просто окрасили в различные цвета. На потолках художник К.П. Беггров выполнил роспись, имитирующую лепку. Незатейливые карнизы по краю потолков выполнил лепщик А. Балин. Мебель изготовили известные мастера-мебельщики А.И. Тур и П.Г. Гамбс.

Наиболее торжественно отделали залы для заседаний Государственного совета и Комитета министров и комнаты присутствий. В зале заседаний Госсовета стены обили малиновым бархатом с вышитыми золотыми орлами, а в зале Кабинета министров – зеленым бархатом. В комнатах присутствий стены закрыли дубовыми панелями с резными панелями. Вдоль потолков сделали лепные карнизы и фризы.

Перестройка Большого Эрмитажа продолжалась почти 10 лет. Все это время А.И. Штакеншнейдер разрабатывал проекты новой отделки помещений, которые стали выглядеть гораздо более торжественно, цветисто и эклектично. Первоначальная фельтеновская и кваренговская классическая простота их оформления оказалась, к сожалению, утрачена. Архитектор несколько изменил и отделку фасада, в частности, он увеличил окна третьего этажа, но в целом прежний характер оформления фасада был сохранен.

Великий князь Николай Александрович. Худ. К.С. Зарянко, 1850-е гг.

После воцарения Александра II парадные залы и гостиные Внутренней анфилады второго этажа предназначались для сына Александра II – великого князя Николая Александровича, наследника российского престола. Цесаревича назвали в честь деда, Николая I. Великий князь был помолвлен с датской принцессой Дагмар, но во вовремя путешествия по Италии в апреле 1865 г., в возрасте 21 года, он скончался в Ницце от туберкулезного менингита. Престол унаследовал его младший брат, Александр (Александр III), который женился на принцессе Дагмар, а своего старшего сына назвал Николаем (будущий император Николай II).

В связи со смертью Николая Александровича залы и комнаты Внутренней анфилады оказались не востребованы. В них стали селить прибывающих во дворец иностранных гостей. Внешняя анфилада до 1899 г. использовалась для экспозиции картин французских художников. В 1885 г., после того как Государственный совет и Комитет министров перебрались в Мариинский дворец, освободились и помещения на первом этаже Большого Эрмитажа. В них разместили выставку искусств Средних веков.

Часть картин из других помещений (в том числе картины и книги из уничтоженного в ходе перестройки Овального зала) перенесли в специально построенный архитектором Лео фон Кленце Новый Эрмитаж. Освободившиеся комнаты стали использовать в качестве жилых помещений для дворцовых служащих, а само здание часто именовали седьмой запасной половиной Зимнего дворца. В здание Нового Эрмитажа в 1899 г. перенесли и картины из залов Внешней анфилады. После этого помещения реставрированы под руководством архитектора Н.И. Крамского.

Генерал-фельдмаршал П.Х. Витгенштейн. Худ. Дж. Доу

Стоит также вспомнить, что в 1812 г., во время войны с Наполеоном, серьезно опасались за сохранность эрмитажных коллекций. Эти опасения особенно возросли после занятия наполеоновской армией Москвы. Дорогу на Петербург защищал сравнительно немногочисленный отряд русских войск. Из административных учреждений начали вывозить дела, из Публичной библиотеки – книги, а из Эрмитажа – картины и скульптуры.

В городе сгустилось напряжение. О степени этого напряжения говорят воспоминания графини Р.С. Эделинг о приезде Александра I на богослужение в Казанский собор, где на площади императора встретила огромная толпа жителей города: «Взволнованные лица, на нас смотревшие, имели вовсе не праздничное выражение. Никогда в жизни не забуду тех минут, когда мы вступали в церковь, следуя посреди толпы, ни единым возгласом не заявлявшей своего присутствия. Можно было слышать наши шаги, и я была убеждена, что достаточно было малейшей искры, чтобы все кругом воспламенилось».

Основания для беспокойства действительно были. Однако путь двигавшимся на Петербург французским войскам 19 июля 1812 г. под деревней Клястицы преградил 1-й отдельный пехотный корпус под командованием генерала П.Х. Витгенштейна. Состоялось сражение, в результате которого французов разбили, потеряв около тысячи человек пленными, они отступили. В сентябре к корпусу П.Х. Витгенштейна присоединилось петербургское ополчение. Его численность превышала 16 тысяч человек, которые свели в 18 пеших дружин и 2 кавалерийских полка. Опасность захвата Петербурга французами была устранена.

После проведенной архитектором А.И. Штакеншнейдером в середине XIX в. перестройки, здание Большого Эрмитажа дошло до наших дней почти без изменений. В настоящее время в помещениях на первом этаже располагаются администрация и дирекция Государственного Эрмитажа.

Эрмитажный театр

А теперь обратим наше внимание на здание, стоящее на другой стороне Зимней канавки. Это здание Эрмитажного театра. Театр – одно из наиболее любимых развлечений Екатерины II. Его представления часто сопровождали «эрмитажные собрания» и осуществлялись в залах Малого Эрмитажа, но они были для этого малы и плохо приспособлены. В 1783 г. решили построить новое здание театра.

Мы уже говорили, что в северо-западном ризалите Зимнего дворца В.В. Растрелли устроил помещения для театра, который назывался «Оперный дом». Он занимал бо́льшую часть ризалита, а его окна выходили на Дворцовую площадь и в сторону Адмиралтейства.