Великая долина. О путешествии в ад, во Францию и обратно в детство - Морган Мейс

Так сложилось, что на момент, когда взяла да и померла джоанмитчеллова старшая сестра, Салли Перри, почти год как помер двоюродный брат Жизель Барро и она все еще оплакивала любимого кузена. И так получилось, что когда он был при смерти – к слову, мне кажется, что и он тоже умирал от рака, совсем как многие годы тому назад супруга Моне, Камилла, и совсем как старшая сестра Джоан Митчелл, Салли Перри, и как спустя всего несколько лет будет умирать сама Джоан Митчелл, – этот вот двоюродный брат Жизель Барро, композитора и подруги-помощницы Джоан Митчелл, этот неназванный кузен, коего Джоан Митчелл никогда и в глаза-то не видела, этот кузен Жизель Барро, будучи при смерти, сказал Жизель Барро, что если бы он мог, то хотел бы еще хоть разок перед смертью увидеть Великую долину. Но это ему не удалось. Потому что он умер. Вместо того, чтобы еще хоть разок увидеть Великую долину – вместо этого он умер. И на этом все.

Но что это, черт побери, такое – Великая долина? Ну, выходит, что Великая долина – это такое место, где двоюродные сестра с братом, то есть Жизель Барро и ее неназванный умиравший от рака кузен, играли когда-то в детстве. Существовало ли это место в действительности или нет – мне не вполне ясно. Возможно, это был просто сад во дворе, где они росли, и этот сад они звали Великой долиной. Или, быть может, это и вправду была величественная долина, которую местные окрестили «Великой», и у двоюродных сестры с братом сохранились чудесные воспоминания об этой прекрасной долине и усладах детства, о том, как они носились по этой долине и творили то всякое разное воображаемое и чудесное, что творили в то время французские дети. Как бы то ни было, умирающий кузен Жизель Барро, будучи уже на последней стадии, кажется, все-таки рака – короче, рак вписывается в мой рассказ лучше, поэтому будем считать, что это был рак, – этот молодой еще человек, умирающий от ужасного случая рака – может, у него была опухоль в том же месте, что и у Гертруды Стайн, я бы не удивился, – короче, этот молодой человек умер с желанием один последний разок увидеть это волшебное место, La Grande Vallée.

Джоан Митчелл эта история чрезвычайно впечатлила – и она решила эту Великую долину нарисовать. И сделала это. Нарисовала ее на двадцати одном необъятных размеров холсте. Она и вправду вложила в полотна с Великой долиной все свои силы. Оплакивая кончину старшей сестры, Салли Перри, и будучи глубоко тронута историей, которую ей поведала Жизель Барро, Джоан Митчелл взялась за мегасерийный картинный проект, достойный Моне.

XXII

Маленький экскурс в жизни детей, в то, как они воспринимают особые места, а затем в то, как этот их опыт можно передать в особенном стиле живописи – особенном стиле живописи, представлявшем особенный интерес для Джоан Митчелл

Отметим кое-что очевидное: поскольку Джоан Митчелл в Великой долине никогда не была, то и понятия не имела, как эта Великая долина выглядит – и, по правде, я даже не знаю, реальное ли это место или скорее детская выдумка. Как бы то ни было, у нее на руках – на руках у Джоан Митчелл, – не было ничего, кроме короткой истории, которую ей поведал кто-то другой, в нашем случае поведала женщина по имени Жизель Барро, чей двоюродный брат умер незадолго до того, как умерла старшая сестра Джоан Митчелл. Тем не менее Джоан Митчелл взялась за работу и в итоге написала двадцать одно полотно, некоторые – даже скорее двойные или тройные, и вместе эти холсты рассказывали историю сего волшебного детского места, куда часто наведывались Жизель Барро и ее вскоре-безвременно-почивший кузен. Нет смысла подробно анализировать эти холсты, которые Джоан Митчелл написала и окрестила циклом «Великая долина» – или, по правде, просто «Большая долина», поскольку нет нужды идти так далеко и переводить французское слово grande нашим словом «великий». Пожалуй, что в этом слове чересчур много величия. Кстати, как «Великая долина» это название вполне себе переводится тоже, но это вовсе не обязательно, поскольку французское слово grande может значить «большой» и в простейшем смысле – оно может быть, так сказать, и «большим», и «великим», и лично мне нравится, что такой вот вариант, «Большая долина», – он звучит по-детски, так сказали бы мальчик с девочкой: «Мы – в большую долину!», – так бы они прокричали взрослым, с хихиканьем убегая из дома во двор и в тайное свое место.

Такое вот место, «Большую долину», Джоан Митчелл взялась в 1983 году рисовать в своем масштабном цикле.

Описать каждое из этих полотен нам не под силу. На самом деле они в основном очень разные. Некоторые скорее ощущаются вертикальными, другие – горизонтальные. На многих есть такие участки, где все размазано и цвета сливаются в кашу, другие – более аккуратные, там цвета отграничены лучше. На многих из этих картин есть глубочайший синий, какой только можно вообразить. Просто представьте себе глубочайший синий, какой способны представить, – и будете правы, такой вот он на холсте. И этот синий нанесен на холст длинными и широкими мазками, а те идут по холсту одним, двумя или же тремя движениями вверх-вниз.

Порой участки этих синих размахов и-вверх-и-вниз создают впечатление, что это вода, но тут не уверен. Ну и неважно.

Прежде всего синий передает ощущение чего-то глубокого и как будто сокрытого. Я бы сказал, что это здесь самое важное. На некоторых полотнах можно увидеть вкрапления зеленого, прокладывающего себе путь через синий, зачастую – хотя и не всегда, – вполне уверенно заявляет о себе также желтый. Желтый нам сообщает, что это вот место, эта большая долина – это такое место, где скрыто радостное возбуждение – радостное возбуждение, которое просто выпрыгивает прямо из синего, будто из ниоткуда. Нужно углубиться в синий, нужно приблизиться к синему и предаться ему, а когда вы это сделаете – вас поприветствует своим целованием желтый. В одной из версий большой долины есть целая куча оранжевого – он спрятался прямо за синим. Капельку даже забавно – то, как оранжевый спрятался прямо за синим, хотя он вполне себе на виду, это как когда маленькая девочка просто стоит за фонарем или за чем-то таким и думает, что