Записки водолазного старшины. Взгляд зоолога-натуралиста - Сергей Юрьевич Гагаев

К чему пришли

В целом экспедиция удалась, нами собран богатый гидробиологический материал и сделаны выводы о распределении животных в заливе Прюдс, а также начата закладка биологического мониторинга. Почти полное отсутствие жизни на суше Природа компенсирует её потрясающим обилием и разнообразием под водой.

Представьте дно, покрытое 15–20-ти сантиметровым ковром из красных водорослей, где питается масса самых разнообразных животных удивительных форм и фантастической расцветки. Десятки видов морских звёзд и ежей, голотурий, многощетинковых червей, асцидий, все животные так прекрасны, что не перестаёшь удивляться совершенству природных творений. Мир безмолвия, мир неожиданно ярких красок, мир ожидания чуда – вот что такое подлёдное антарктическое царство!

Дорога домой. Вид на майну снизу. Темные линии – спусковой (по которому спускается и поднимается водолаз) и сигнальный (с помощью которого водолаз получает команды, отвечает на них и сообщает о своем самочувствии и намерениях) концы. Фото С. Ю. Гагаева.

Если говорить о том, что является «самым-самым» в нашем деле, и оставить на первом месте возможность видеть мир моря таким, каков он есть, то на второе место можно поставить возвращение в родную среду. По этому случаю могу привести слова Бориса: «Самое приятное – это когда выходишь на поверхность и переключаешься на атмосферный воздух».

Признаюсь вам, на днях я снова начну прыгать через верёвочку и не только потому, что мне нужно быть в хорошей физической форме, а от радости, что осенью может случиться неожиданное – мы отправимся продолжать свою работу в Антарктике.

Второе пришествие на станцию Прогресс

Хочешь стать барабулькой,

Славной рыбкой морской –

Утопай и не булькай,

Распрощайся с тоской!

В. Шефнер

У меня в руке пластиковая баночка с трупиками витаминов. Я называю так поливитамины, в отличие от живых, спрятанных в различных свежих и вкусных продуктах. Все знают, что без витаминов не обойтись. Особенно при тяжёлой физической работе, вдали от дома, на чужой земле (правильнее бы было сказать, на чужом льду), даже если почти круглые сутки светит солнце… Вид этой баночки вызывает у меня следующие мысли…

Нас пятеро. Мы ждём своей высадки с борта ЭНС «Академик Фёдоров» на станцию Прогресс. Судно бьётся третьи сутки о двухметровый припай. Берег играет с нами в прятки. Кажется, что он периодически приседает на корточки, укрываясь за айсбергами.

Нам уже всё равно, поскорее бы попасть на берег и приступить к работе. Почти месячное вынужденное безделье утомило, сердца и души рвутся к действию.

Наконец дождались. Вертолёт забит нашими пожитками: ящиками с легководолазным снаряжением – снарягой, одеждой, банками и фиксаторами для материала. Мы сидим поверх этого барахла и громыхающая «железяка» тащит нас в будущее.

Джу и мне уже знаком этот ландшафт по предыдущей экспедиции – плоский каменистый берег, переходящий в холмы из застывшей лавы. Нигде ни травинки, рыжая земля и раскрашенные хозяйственные постройки, выше – кладбище ржавой техники, слева – здание дизельной, столовая, старые маленькие домики-балки – временное пристанище полярников, основное здание общежития «Лена» сгорело около 2-х месяцев назад. Мы ещё не знаем, где будем жить, но знаем, что с жильём скверно.

Снова в «черепахе»

Наши предположения оправдались. «Черепаха», здание, где мы нашли приют в прошлом, занята почти полностью. Осталась пустой угловая комнатка. Помещаемся там вчетвером, таково количество спальных мест на двухярусных нарах, Фёдор находит пристанище в соседней «келье».

Импровизированную лабораторию размещаем в проходном коридоре у выхода из домика. Самодельный дощатый стол накрываем полиэтиленовой плёнкой. Сооружаем из подручных средств столик для весов. Стульями нам послужат вьючные ящики. Приводим в рабочее состояние микроскоп и бинокуляр[45]. Здесь в течение 3 месяцев нам предстоит обрабатывать материал, который мы соберём: сортировать животных, считать экземпляры, взвешивать, фиксировать, этикетировать.

Вид с порога Черепахи. Фото С. Ю. Гагаева.

Станция Прогресс. Фото В. В. Потина.

Первые ночевки особенно впечатляют после комфортабельной каюты судна. Стоковый ветер, который дует в основном по ночам с ледяного купола и достигает ураганной силы, обдаёт нас своим ледяным дыханьем сквозь щели подветренной комнатушки. Электрическая батарея не спасает. Джу заклеивает наиболее продувные места скотчем. Советуем ему не тратить зря усилий, а лучше прикрепить свой спальник к нарам, чтобы не сдуло на пол.

Коллеги спят одетыми. Утверждают, что так теплее. Самовнушение всесильно. Я предпочитаю раздеваться донага и укрываться одеялом, а сверху добавляю климатическую куртку – так совсем не холодно, а главное, тело получает полновесный отдых.

Главное, во время подкрепиться. Фото В. В. Потина.

По утрам делаю зарядку на открытом воздухе, возле нашего жилища: машу гантельками, скачу, прыгаю, бегаю под гору и вверх, на удивление поморникам, пока не согреваюсь окончательно. При этом не устаю любоваться пейзажем в стиле Рокуэлла Кента. Облившись холодной водой из ведра за углом дома, бужу парней. Гуськом выдвигаемся на завтрак в столовую…

У порога жилища. Фото В. В. Потина.

Здесь можно жить? Фото В. В. Потина.

К моему сожалению, приобщить ребят к утренней зарядке мне так и не удалось. Наверное, время для молодых ещё не пришло, они и так чувствуют себя превосходно, а «матёрым» тяжело ломать свои привычки.

Подготовка к спускам

К месту работы, как и в прошлую экспедицию, добираемся через перевал. Основное снаряжение, т. е. компрессор, акваланги, гидрокостюмы мы доставили на берег бухты вездеходом, с собой носим мелочи: ведёрки для материала, питонзы, фотобокс с фотоаппаратом, поддёвку после просушки.

Работы на льду начаты через два дня. Решено приступить к спускам в заливе Нелла, на устойчивом льду, где не ждёшь сюрпризов от айсбергов. Перед отъездом на средства РАЭ куплены гидрокостюмы, регуляторы и компрессор.

Прежде, чем уйти под лёд. Фото В. В. Потина.

Нужно подогнать, точнее, испытать новое оборудование, проверить, как оно ведёт себя в здешних условиях – под двухметровым льдом и при почти двухминусовой температуре воды, по сравнению с привычными «Садко» и АВМ-ми.

С приготовлением майн из-за сравнительно тёплой погоды больше хлопот. Лёд пропитан влагой, и стоило пробурить лунку хотя бы на несколько сантиметров, она тут же заполнялась водой. Наша бензопила может заглубляться на сорок сантиметров и проку от неё немного. Прошедшая зима была более суровой, поэтому и толщина льда около двух метров.