Проклятие черничного пирога - Виола Редж

— Мы вам помогли? – спросила девочка. – Теперь полиция не будет вас подозревать?

— Вы мне очень помогли, — ответила я. – А с полицией мы как-нибудь разберёмся.

Должно быть, старшие Причерсы с облегчением выдохнули, когда я ушла. Потому что в благодарность к юной свидетельнице я ещё минут десять рассказывала, как любила в школе рисовать и как потом без проблем могла бы поступить в Королевский колледж искусств, а после стать художницей. И как счастливы были бы мои родственницы, если бы я выбрала эту мирную и спокойную стезю.

Когда я попрощалась с семейством священника и вышла на улицу, летняя жара уже вступила в свои права. Я даже пожалела об отсутствии на голове хоть какой-нибудь шляпы. Но яркое солнце заставило скорее добраться до дома госпожи Финч, где сиротливо дожидалась машинка братьев Левандо. Можно было бы сесть и уехать без лишних разговоров, но госпожа Финч сегодня очень выручила. И не один раз. Я толкнула калитку и зашла внутрь.

Удивительно, но в доме снова оказался Оливер Роудс.

— Опять отменили заседание? – спросила я вместо приветствия.

— Сегодня у меня не присутственный день, — объявил он с ухмылкой. – Зато удалось побывать в Наследственной палате.

— И что вы узнали? – в этот момент любопытство полностью пересилило мою неприязнь к этому человеку.

— В некотором смысле ничего, зато в другом – очень многое, — ответил он. – Кстати, вы не в курсе, где моя старушка Милдред?

— Часа полтора назад была с мэром Малверстоком. Они обсуждают идею проведения благотворительного вечера памяти убитой госпожи Вудстон. А что, она ещё не вернулась?

Он развёл руками и крикнул:

— Мэри, принесите нам с мисс Стокс холодный мятный чай!

Мэри как будто ждала его слов с готовым подносом, потому что и минуты не прошло, как она появилась в гостиной и поставила перед нами по чашке.

— Пирог подавать не буду, — сообщила она, — скоро обед, ещё аппетит попортите.

— Какой пирог? – заинтересовался адвокат.

— Сначала вы расскажите, что узнали в Наследственной палате, — отпивая глоток освежающего напитка, сказала я.

— Узнал, что информация о полковнике Фицджеймсе засекречена, — ответил он будничным тоном. – Теперь есть повод побеспокоить одного генерала, за которым остался небольшой долг.

Я обдумала его слова. И ещё раз обдумала. Получалось, что полковник – какая-то важная птица, раз даже в Наследственной палате, где проверяют наследников от и до, осталась ссылка на секретность.

— Как думаете, что это может быть?

— Понятия не имею, — пожал плечами он, — но выясню обязательно. Теперь ваша очередь. Что за пирог?

Делиться с ним не особенно хотелось, но если не я, то Мэри или госпожа Финч всё равно расскажут ужасную историю выпавших из моей жизни полутора часов.

— Да что вы? Впервые в жизни – черничный пирог? – насмешливо уточнил он. – А разве всех девочек не учат готовить? Варить кашу, печь пироги? Тётя Милдред рассказывала, что даже сдавала экзамены по домоводству.

— Современной девушке не обязательно уметь готовить, — ответила я то, что отвечала своим тётушкам безумное количество раз. – Поверьте, я найду куда потратить время, сэкономленное от стояния у плиты.

— Вот поэтому современные мужчины предпочитают своих тётушек, — широко ухмыльнулся он. – Нет, серьёзно, мисс Стокс, вы считаете, что этот пирог стал результатом злого колдовства?

— Не знаю, — честно ответила я, — но это было что-то сродни помешательству. Кстати, ваша тётя и Мэри сказали, что мой пирог получился вкуснее пирога Джорджины.

— А вы умеете заинтересовать, — адвокат поднялся и крикнул: — Мэри, неси пирог!

— Не боитесь? – спросила я его спину и напомнила про возможно приворотный эффект черничной выпечки.

— После этого я просто обязан попробовать, — выдал он ехидно. – Мэри!

— Не дам я вам сладкое, господин Оливер, — нарисовалась на пороге кухарка, — мисс Стокс глупости говорит, а вы аппетит перебьёте. Я пробовала её пирог, нету в нём никаких приворотов.

Я была ей очень признательна, потому что лишних проблем ни с полицией, ни с влюблённым адвокатом категорически не желала.

— Мэри, это как понимать? – изумился адвокат.

— Мэри права, — в доме наконец-то появилась его хозяйка, — сначала нормальный обед, потом сладости. Здравствуй, дорогой.

Госпожа Финч подошла к племяннику и поцеловала его в щёку. И я снова позавидовала их трогательным родственным отношениям.

— Ладно, — проворчал Роудс, — только ради тебя, моя старушка.

Он заботливо усадил Милдред на диван и стал расспрашивать про самочувствие.

— Сегодня всё хорошо, — ответила она. – Мисс Стокс уже рассказала тебе про Патрика и Фицджеймсов?

— Не успела, — я покачала головой. – Но самое главное, госпожа Финч, сказала сегодня Милли Причерс! Она уверена, что в день убийства Джорджина и полковница вышли из вязального кабинета в одну и ту же дверь. Не в ту, что в холл, а в ту, что в буфетную. Полковница вышла последней, как вы и говорили, но у туалетной комнаты оказалась раньше, чем мисс Элвуд.

— Давайте проверим по таблице, — азартно воскликнул адвокат, — где записи?

Записи принесла всё та же верная Мэри вместе с чашкой мятного чая для хозяйки. А пока мы с госпожой Финч вводили её племянника в курс остальных дел: явного приворотного воздействия на Патрика Вудстона и полного беспамятства полковницы Фицджеймс.

Потом мы пытались вписать в таблицу время, когда полковница исчезла за дверью в буфетную и когда она появилась у двери в туалетную комнату. И у нас не складывалось.

— Буфетная в доме Вудстонов – проходная комната, — рассуждал адвокат, — оттуда можно попасть в столовую, гостиную и вязальный кабинет. Кстати, когда мисс Стокс обнаружила убитую, дверь в столовую была заперта, поэтому туда так долго никто не мог попасть.

— А полковнице пришлось бы пройти через столовую, чтобы попасть в коридор, ведущий к туалету, — подхватила я. – Или выйти на улицу через террасу, обойти дом и вернуться через боковую дверь.

— Но она не выходила, — улыбнулся Роудс. – Кажется, у нас появился подозреваемый.

— А ещё она отказалась рассказывать, что говорят в Пик-Вотерсе о проклятии черничного пирога, — пожаловалась племяннику Милдред. – И я ещё, старая