Принцип Черчилля. Стань личностью — добьёшься успеха - Хельге Хессе

и победы Лейбористской партии. И вот Эттли в своем письме указывает Черчиллю на упомянутые неблагоприятные изменения, обвиняет Черчилля, что тот не читает даже специально для него составленных кратких резюме проектов, а поэтому заседания длятся по многу часов. Он обращает внимание Черчилля на впечатление многочисленных ответственных представителей обеих партий как в самом кабинете, так и за его пределами. Они считают, что для Черчилля мнение двух членов кабинета без портфеля — лорда-хранителя печати (в 1942 году близкий друг Черчилля Бивер-брук сменил Эттли на этом посту) и министра информации (друга Черчилля Брэндена Брэкена) — имеет большее значение, чем мнение собственно отраслевых министров.

Черчилль пришел в ярость, высмеял Эттли при сотрудниках, но потом ответил коротким письмом: Эттли может быть уверен, что Черчилль «всегда будет стараться извлечь пользу из его советов». Однако ничего не изменилось. И это несмотря на то, что даже члены военного кабинета из партии Черчилля, по данным Роя Дженкинса это были Иден, Литтлтон, Андерсон и Вултон, безусловно разделяли точку зрения Эттли.

Можно ли приписать уменьшению руководящей роли Черчилля и массированные бомбардировки в последние дни войны, в частности налет на Дрезден в феврале 1945 года, когда погибло предположительно более 30 000 человек? Черчилль предоставил полную свободу действий в ведении воздушной войны маршалу авиации Артуру Харрису. На Ялтинской конференции Черчилль уступил напору Сталина, который требовал еще сильнее бомбить немецкие города. Нет сомнений, что с бомбардировкой немецких городов связывали надежду приблизить конец войны и уменьшить собственные потери. Но сомнение, было ли это решение неизбежным, остается.

Летом 1945 года, во время Потсдамской конференции Черчилль узнал, что проиграл парламентские выборы в Великобритании. Британцы доверили Эттли и его Лейбористской партии руководство страной в послевоенное время. Черчилль не смог предложить избирателям убедительной концепции для решения совершенно новых проблем, возникших перед страной и лежавших в первую очередь в социальной и экономической сферах. Его мысли все еще были о войне. К этому следует добавить, что он устал, здоровье его ухудшилось. Во время воины его не пошалили ни инфаркты, ни апоплексические удары. Ему было почти семьдесят один год. И все же, несмотря на поражение на выборах, он не мог оставить политику, а значит, и не мог смириться со своим положением во втором эшелоне. В следующие годы он был руководителем консервативной оппозиции. В 1951 году, в возрасте почти семидесяти семи лет, Черчилль снова выставляет свою кандидатуру и выигрывает выборы. В октябре Черчилль во второй раз становится премьер-министром. Но хотя он снова полон энергии, полон идей и проектов — в первую очередь объединение Европы стало для него делом, которое он не только отстаивал, но в которое вкладывал всю душу, — все равно ему приходилось считаться с неважным самочувствием.

Попытка Черчилля во время второго премьерства решающим образом влиять на послевоенную политику не была особенно успешной еще и потому, что он утратил основные качества, способствовавшие его величайшим успехам, — интерес к деталям и резкий, но конструктивный обмен мыслями.

В эти годы Черчилля подвела даже его когда-то выдающаяся самоорганизация. Но главное, для Черчилля руководство стало слишком привычным делом, слишком само собой разумеющимся, и он думал, что никто — все равно, о каком политическом вопросе шла речь, — не может быть хотя бы приблизительно так же хорошо осведомлен, как он. Черчиллю казалось, что ему больше не надо «проталкивать» свои идеи, поэтому он перестал пускаться в дискуссии. Он избегал возражений.

Объяснять все только его солидным возрастом было бы слишком просто. Черчилль не смог избежать опасности, которой подвергается любой человек, огромным трудом добившийся чрезвычайного успеха: постепенно он поверил, что его положение и опыт позволяют ему судить обо всем лучше всех, начал полагаться на свою репутацию и власть и не заметил, как (отчасти из-за собственной инертности) теряет авторитет. Он начал упрямо отстаивать свое мнение, вместо того чтобы, поставив цель, в деловой обстановке искать верные пути ее достижения.

В период своего второго пребывания на посту премьер-министра Черчилль почти не читал бумаг, которые ему доставляли. Когда-то энергичный подход к делу сменился поведением патриарха. Ошибка, гибельная для любого руководителя.

14

ТАЛАНТ ОБЩЕНИЯ

Если хочешь доказать что-то важное, не старайся быть изысканным или ловким. Пользуйся кувалдой, бей сразу, вернись и ударь еще раз. А потом нанеси третий, сокрушительный удар.

Черчилль был убежден, что все сообщения следует формулировать кратко, четко и выразительно, желательно с деловыми, яркими предложениями, как надо действовать. Он считал «чистой ленью» нежелание «сжимать мысли до разумного объема». Поэтому в августе 1940 года он разослал всему военному кабинету «меморандум», где изложил требования ко всем документам, которые должны раздаваться членам кабинета. Он требовал, чтобы в будущем все бумаги были краткими и содержали только основные пункты затронутой темы. Эти пункты должны быть оформлены в виде параграфов или отдельных предложений. Все, что необходимо для объяснения или лучшего понимания, должно быть написано в приложении.

«Толщина этого документа хорошо защищает его от опасности быть прочитанным» — так он однажды прокомментировал слишком большой отчет.

Черчилль использовал все имевшиеся в то время средства связи: радио для обращений к британскому народу; телефон для непосредственного и постоянного личного контакта, например, с Рузвельтом, находящимся по ту сторону Атлантики; многочисленные ежедневные «меморандумы» и записки для сообщения всем командным структурам и штабам сведений о последних идеях, действиях и приказах. В многочисленных письмах Черчилль информировал о происходящем глав государств и правительств стран-союзников и британских доминионов. И делал это доверительным, неформальным тоном и ясным языком.

Нельзя забывать и о публицисте Черчилле, умевшем в статьях и книгах популяризировать не только свои идеи, но и самого себя. Уже первые свои статьи он, тогда еще только рвущийся в политику молодой человек, использовал для критики военного руководства и агитации за себя и свои идеи.

Но самое яркое впечатление Черчилль производил благодаря своему ораторскому дару.

Вне всяких сомнений ораторское искусство Черчилля было важным элементом его успеха.

В своем раннем сочинении «Основы риторики», написанном во время военной службы в Индии, он восторгался: «Из всех способностей, данных человеку, ни одна не имеет такой ценности, как дар риторики. — И, словно догадываясь о своей будущей жизни: — Тебя могут выкинуть из партии, тебя могут предать друзья, тебя могут лишить должностей — но, если ты обладаешь властью над словом, ты все равно будешь внушать страх».

Черчилль умел извлекать максимум из своих речей: во-первых, он пропагандировал свои идеи, причем делал это в свойственной ему