Он, она и мозг. Взгляд нейробиолога на наши сходства и различия - Маркус Хейлиг

бы сработало. Их мышцы больше, чем у грабителей, и они защищают вас от возможных угроз. В лучшем случае вам удалось добиться образа жизни, который на какое-то время устроил обе стороны. Цена, которую приходится платить за защиту, казалась приемлемой с учетом извлеченной вами выгоды.

Все больше индикаторов говорят о том, что сейчас значительные группы мужчин все быстрее оказываются в хвосте общественного развития.

Но со временем защитник хотел все больше и больше. В конце концов, вы задумались, насколько это лучше ограбления. Но теперь уже не так просто вырваться из этой взаимозависимости. Тут мне приходят на ум строки одной из моих любимых поэтесс, Сильвии Плат:

…Не Бог, а свастика ты,

Небо отступит от такой черноты.

Фашист каждой женщине мил,

Сапогом ударив в лицо, покорил

Сердцем изверга, такой же изверг, как ты[157].

III

Угнетение женщин мужчинами происходило на протяжении почти всей истории человечества. И только в современности, с приходом либеральной демократии, люди стали сомневаться в правильности такого порядка вещей, и у нас появилась возможность его изменить. Оказалось, что несправедливость, которую тысячелетиями считали божьей волей, можно уменьшить или устранить совсем за каких-то полвека. В этом сейчас лидируют страны Скандинавии, хотя работа еще далека от завершения. Но мне хочется верить, что мы уже прошли большую часть пути и осталось совсем чуть-чуть. В других частях света эта работа еще только началась, и успокаиваться пока рано. Мужчинам и женщинам во всем мире нужно продолжать бороться против угнетения женщин. Но масштаб и значение этой задачи могут скрыть от нас новые вызовы нашего времени. Пока промышленные страны прокладывают путь в будущее, развитие может повернуть в совершенно неожиданном направлении. Все больше индикаторов говорят о том, что сейчас значительные группы мужчин все быстрее оказываются в хвосте общественного развития.

Чуть меньше пятидесяти лет назад почти половина населения США была занята в сельском хозяйстве, где была неоценима мужская физическая сила. Несмотря на то, что с тех пор сельскохозяйственное производство выросло в несколько раз, доля занятых в нем людей снизилась до 2 % населения. Полвека назад примерно треть всех американцев получали зарплату на промышленном производстве, где для выполнения обязанностей требовались координация и мышечная сила. Сейчас этот показатель составляет менее 10 %, и в последнее время снижение только ускорилось. Многие думают, что экономический кризис стал причиной исчезновения рабочих мест в промышленности, но статистика говорит о другом. Кривая постепенно опускалась и резко нырнула вниз в начале нового тысячелетия (Рисунок 9). Причины этого пока неясны. Желающие обвинить в этом глобализацию могут сказать, что именно в 2001 году Китай вступил во Всемирную торговую организацию, и мировой рынок открылся для его товаров. Другие могут сказать, что именно в начале века в производственных процессах начали активно применять компьютерные технологии, из-за чего стала пропадать необходимость в физическом труде. Поль Кругман, экономист и лауреат премии Государственного банка Швеции по экономике памяти Альфреда Нобеля, считает, что все это нужно учитывать, но были и другие факторы[158].

Рисунок 9. Рабочие места в промышленности по отношению ко всему рынку труда США. Федеральное бюро статистики труда США. Источник: Федеральный резервный банк в Сент-Луис; https://fred.stlouisfed.org/series/MANEMP, 2017-05-25.

Что бы ни было причиной, это развитие полностью изменило правила игры. Многие годы рабочие места в сельском хозяйстве и промышленном производстве формировали рынок труда для мужчин без высшего образования. Выпускников школ ждали фабрики в американском Детройте, шведском Тролльхеттане и в других промышленных городах западных стран. В послевоенные годы эти рабочие места открывали среднему классу двери в мир. Материальные условия становились все лучше, позволяя мужчинам из рабочего класса создавать семьи, покупать жилье и проводить отпуск по всему миру. Множество людей получили доступ к жизни, о которой меньше века назад они не могли и мечтать, некогда доступной только немногим из привилегированных людей. Повышение уровня жизни укрепило веру в будущее. Получая зарплату на автозаводе, судоверфи и металлургическом комбинате, рабочий мог купить дом и машину и был на сто процентов уверен, что в будущем его жизнь станет еще лучше. А его дети должны были познать еще больше радостей жизни. Материальное благосостояние стало мерилом успеха. Понятно, что у этого роста были и очевидные проблемы, но легко критиковать, если вы сами можете похвастаться подобным благосостоянием.

В конце XX века звезда необразованных мужчин стала заходить. Для успешной конкуренции на рынке труда все чаще было необходимо высшее образование, а эту нишу заняли женщины. В своем изумительном исследовании журналистка Эмма Лейнсе предлагает статистику и примеры из жизни, отражающие это развитие[159]. Она пишет, что уже в 1990 году Швеция стала одной из первых стран мира, добившихся равенства между полами в сфере высшего образования. Количество мужчин и женщин, получавших высшее образование, было одинаковым. С тех пор шведские женщины рванули вперед, и сейчас почти половина из них имеют высшее образование, тогда как у мужчин этот показатель составляет лишь 36 %. Шведский опыт показывает будущие тенденции, и он не уникален. Последние двадцать лет в университетах всего мира учится больше женщин, чем мужчин.

Лейнсе поехала в городок Йоккмокк на севере Швеции, чтобы узнать, как складывается жизнь мужчин, которые остаются на платформе, когда поезд образования забирает вместо них женщин. С тем же успехом она могла поехать в Пенсильванию, Огайо или Мичиган – штаты Индустриального пояса США, а оттуда на угольные шахты Западной Вирджинии или Кентукки. Картина везде одинаковая: старые фабрики закрылись, а новые, если и появляются, выглядят иначе. На современных высокомеханизированных производственных линиях собирают машины, национальность которых больше не связана с названием. Среди пяти марок машин, лидирующих в списке «сделанных в США» в 2016 году, первое, третье и четвертое места занимают «Ниссан», «Хонда» и «Тойота». «Мерседес», на котором ездил мой сосед в Бетесде, штат Мэриленд, был собран в Алабаме. Цепочка, создающая дополнительную стоимость продукта, стала глобальной. Компоненты успевают пересечь множество границ, прежде чем мы получим готовый продукт. Этот процесс контролирует компьютерная логистическая система. Количество рабочих мест, необходимых для получения готового продукта, постоянно снижается. Остающиеся рабочие места требуют все меньше мышечной силы и координации и все больше знаний.

Для успешной конкуренции на рынке труда все чаще было необходимо высшее образование, а эту нишу заняли женщины.

Пока продолжается это развитие, необразованные мужчины сидят в барах, смотрят футбол и не понимают,