Засечная черта Московского государства XVII века - Александр Иванович Яковлев

бил кнутом и батоги, смотря по человеку и по вине. А будет нетчики учнут избегать или хорошитца, и ты б тех поместей и вотчин велел имать приказщиков и старост и лутчих крестьян и в день на тех приказщиках, на старостах и на крестьянех нетчиков велел править нещадно с утра до вечера, а на ночь метал в тюрьму, покаместа нетчики сполна будут. И ослушником потому ж велеть чинить наказанье, смотря по вине и по человеку. А собрав нетчиков, доложа боярина князя Дмитрея Михайловича, отсылать на засеки»[310]. Грамота эта была отправлена Колтовскому 29 мая. Не видно, чтобы дальнейший сбор деловцов с Р. уезда был успешнее, несмотря на добрый десяток выговоров, адресованных Колтовскому с Москвы и Тулы.

Коломна. Распоряжение о сборе с К. посада и уезда к. воевода кн. И. И. Шаховской получил 2 апреля. Ему велено было выслать с К. посада и уезда на Почесскую и на Веркушскую засеки с 384 четей без третника 1918 чел. и 383 лош.[311] Изобразить отдельно ход сбора с посада не можем.

Укрепления Рязанской засеки между Переславлем-Рязанским и Зарайском. XVII в.

Тотчас по получении грамоты Шаховской послал для сбора в уезд 20 пушкарей и затинщиков, а на К. велел кликать биричам на торгу, «чтобы к сошные всяких чинов люди деловцов и лошеди к веневскей к Веркошской засеки вели на Коломну тотчас безо всяково переводу». До 4 апреля никто к нему не явился[312]. Сбор вообще пошел туго. 9 апреля от кн. Шаховского в Разряде была получена отписка, в которой он доносил о сопротивлении к. служилых людей. Он писал следующее: «Коломничи, дворяне и дети боярские, Назарей Хотунской, Матвей да Кирилло Дубенские, Степан Иванов с., Василий да Микита Павловы д. Огалины, Иван Никитин с., Иван Тимофеев с. Бабынины, Ортемей да Иван да Фотей Наумовы, Мартын да Григорей Ивлаховы, Иван Карпов, Михайло Борыков, Сидор Норов, Денис Ильин, Офонасей Похвиснев, Федор Колтовской, Гаврила Шерефединов – и все коломничи, дворяне и дети боярские, приехали ко мне, х. т., на Коломну апреля в 5 де и деловцов и лошадей к Веневской засеки не дали, а сами, г., дворяне и дети боярские в деловцах хотели на правеж ставитца, и я, х. т., без твоего г. указу править на них деловцов не смею, – что им сказана твоя г. служба. А боярские, г., и околничих, и думных людей, и столников, и стряпчих, и патриарши, и архиепископли, и епископли, и монастырские прикащики, и крестьяне с деловцами на Коломну апреля по 5 число не бывали ж…» Шаховской просил указаний, как ему поступать. Демонстрация коломничей вызвала в Москве неудовольствие, и Разряд отвечал строгим выговором самому Шаховскому и приказанием принять репрессивные меры по отношению к ослушникам. Грамота по этому поводу на Коломну послужила образцом для аналогичных грамот другим воеводам, – приводим ее поэтому полностью. «И как к тебе ся наша грамота придет, обращается Разряд к Шаховскому, и ты бы дворяном и детем боярским и всяким служилым и жилетцким и уездным людем сказал (на обороте вставлено: что крымской царь нынешнего лета на наши украйны хочет приходить болшой войною), и мы, великий государь, жалея о православных крестьянех (на обороте вставлено: послали ко всем засекам воевод и голов, а велели им быти на засеках и засеки) велели поделать и совсем укрепить, чтобы с Божьею помощью теми засеками православных крестьян от войны крымского царя и воинских людей сберечи и православных крестьян в плен и в росхищенье не выдать. И они бы, дворяне и дети боярские, и всяких чинов служилые и жилетцкие и уездные люди для избавы православных крестьян к Веневской засеке деловцов и лошеди отпустили против нашего указу сполна тотчас (на обороте вставлено: а что им к Веневской засеке против нашего указу сошных деловцов и лошадей не дать, и им в том по нашему указу велено отказати, и они б, не дожидаясь на себя болшие нашие опалы, к Веневской засеке сошных деловцов отпустили тотчас безо всякого мотчанья, чтоб Веневскую засеку укрепить до приходу крымсково царя и царевичей и болших воинских людей). А, сказав, с Коломенсково посаду и с уезду с поместей и с вотчин бояр наших и околнпчих… и со всяких земель против платежных книг против списков деловцов и лошеди взял, а послать к Веневской засеке. А которые люди в деловцах учнут отказывати, и ты б тех велел имати и велел их бить батоги, а которые в деловцех учнут отказывати озорничеством и учинятца в большом непослушанье, и ты б тех велел бить кнутом по торгом, чтоб, на то смотря, иным неповадно было так воровать, и на ослушникех деловцов велел править во весь день нещадно, а на ночь ослушных велел сажать в тюрьму (на обороте вставлено: а что с Коломны и с Коломенсково уезду сошных деловцов и лошедей в котором числе и с кеми имянем к Веневской засеке отпустишь, и ты б о том к нам отписал, а о тех людех, которые в сошных деловцех учнут отказывать, к нам не писал – делал бы еси им наказанье, а сошных деловцов правил). А однолично б тебе тем порадети, чтоб с Коломны и с Коломенсково уезду к Веневской засеке деловцов и лошеди взяти против платежных книг со всех без обходу, чтоб в том в засечном деле против платежных книг никому в избылых не быть. А только ты (на обороте вставлено: против нашего указу с Коломны с посаду и с уезду с помесных и с вотчинных со всяких земель против платежных книг сошных деловцов вскоре не сберешь и к Веневской засеке деловцов и лошедей с Коломны не отошлешь и учнешь коломенским посадцким и сошным людем) в тех деловцех норовить или вперед к нам на ослушников учнешь писати и от того у них учнешь имать посулы или кормьц и тебе от нас за то быть в великой опале и в большом раззоренье и в ссылке безо всякие пощады»[313].

Репрессии Шаховского возымели свое действие. К 19 апреля он отправил на засеки 1440 чел. с лошадьми (т. е. 75 % потребованного количества), собранных с К. посада и уезда с поместных и с вотчинных земель московских служилых людей и с монастырских земель, но все-таки «опроче поместных и вотчинных земель коломян-дворян и детей боярских[314]. Это «опроче» сделано, по-видимому, Шаховским на свой страх, потому что в инструкции Разряда на такое