«Магический» Третий рейх. Оккультные интерпретации нацизма - Дмитрий Александрович Жуков

ними и изрядное число их последователей, уверенно именуют СС «магической группой», увлеченной «сатанинской идеей»: «Тайная доктрина Черного ордена, никогда не излагавшаяся в документах, основывалась – мы считаем это доказанным – на вере в существование Властителей, бесконечно более могущественных, чем это можно себе представить». Те же авторы замечают: «Мы разделяем досаду общественного мнения – всем бы хотелось увидеть Гиммлера на скамье подсудимых. Но что бы мог сказать он в свою защиту на Нюрнбергском процессе? Судьи не нашли бы с ним общего языка. Он целиком принадлежал иному миру, иному порядку вещей и понятий». Далее, в характерной манере, Повель и Бержье утверждают: «Деятельность СС не вызвалась никакой политической или военной необходимостью. В концентрационных лагерях происходят посвятительные занятия магией. Это жертвенники, где производятся массовые жертвоприношения, чтобы добиться благосклонности Могуществ делу “Черного ордена”».

Т. Равенскрофт идет в деле деисториизации нацизма еще дальше, прямо возлагая всю вину за совершенные Гиммлером и его подчиненными злодеяния на некую потустороннюю сущность: «Планетарный двойник, или античеловек, завладевший телом и разумом рейхсфюрера СС, демонстрировал дьявольскую изобретательность: невинные душевые в банях превращались в газовые камеры, а невидимые радиоактивные лучи стерилизовали ничего не подозревавших подневольных рабочих»[156].

Без всяких сомнений, Гиммлер был человеком, непосредственно повлиявшим на облик и мировоззрение охранных отрядов и ответственным за все преступления этой структуры. Поэтому имеет смысл кратко коснуться его биографии и попытаться проследить, каким образом из благочестивого католика этот человек постепенно превратился в носителя курьезных религиозно-мировоззренческих взглядов.

Мировоззрение главы «Черного ордена»

Генрих Гиммлер родился 7 октября 1900 года в Мюнхене, в католической семье. Его отец был профессором филологии, убежденным монархистом и наставником принца Генриха Баварского (1884–1916). Последний стал крестным отцом будущего рейхсфюрера, и юный Гиммлер был частым гостем при дворе королевского дома Виттельсбахов. Воспитание будущего рейхсфюрера соответствовало консервативным традициям южной Германии, важнейшим элементом которых было неукоснительное следование религиозным догматам и соблюдение католических обрядов, – дневник юного Генриха полон записей о регулярных посещениях церковных церемоний.

Семья Гиммлеров. 1906 год

По мнению британского исследователя Питера Педфилда (1932–2022), «Генрих всегда был серьезным ребенком и глубоко верил в Бога». Его духовный мир складывался под влиянием германского романтизма и католицизма (узнав, что его возлюбленная причащается каждый день, Гиммлер записал в своем дневнике: «Это было самое радостное известие, которое я получил за последние восемь дней»). В мировоззрении юного Генриха переплелись истории о крестоносных рыцарях, эпические сказания о нордических воинах, героические мотивы творчества Рихарда Вагнера.

Гиммлер был вполне успешным учеником Ландсхутской гимназии, целью которой было «на религиозной основе воспитывать нравственное трудолюбие, дать более высокое общее образование в духе верности Отечеству и подготовить к самостоятельной умственной работе». В его аттестате зрелости от 15 июля 1919 года было записано: «Всегда вел себя благовоспитанно и отличался добросовестностью и прилежанием». При этом, в отличие от Гитлера, Гиммлер никогда не вынашивал планов стать священником – с самого детства он мечтал быть офицером[157].

17-летним юношей будущий рейхсфюрер вступил в ряды 11-го пехотного полка и стал фанен-юнкером. В 1918 году он окончил пулеметные курсы, но принять участие в боях уже не успел – Первая мировая война окончилась поражением Германии. Желание Гиммлера стать офицером не осуществилась. В эти годы он зачислился в Мюнхенский фрайкор (Freikorps, добровольческий корпус), чтобы бороться с «внутренними предателями» – коммунистами и евреями. С этого момента началась политическая деятельность Гиммлера, которую он совмещал с учебой на сельскохозяйственном отделении высшего технического училища при Мюнхенском университете.

До определенного момента Гиммлер оставался, по словам П. Педфилда, «благочестивым католиком, глубоко верующим молодым человеком, регулярно посещавшим церковь, и искренним патриотом, восторженно преклонявшимся перед солдатской доблестью». «Он верил в предназначение германской расы, но антисемитом был не в большей степени, чем считалось нормальным для представителей его класса и эпохи». Во время рождественских каникул он проявлял христианскую добродетельность: пек пирожки для старушек, читал книги слепым, играл на самодеятельных представлениях для бедных детей, жалел французских военнопленных, наблюдая, как грубо с ними обращаются бюргеры. 24 ноября 1921 года он записал в своем дневнике: «Визит к фрау Кернбургер. Бедная старушка… Вот истинная нищета. От голода и усталости она так слаба, что почти не может ходить… Как жестоки и безжалостны люди… Я принес ей булочек и, когда она отвернулась, добавил еще и маленькое пирожное»[158].

Однако с определенного момента Гиммлер перестал быть столь набожным и благочестивым. Этому явно поспособствовал круг его чтения. В начале 1920-х годов в библиотеке будущего главного палача рейха появилась расистская и антисемитская литература. Возможно, что интересу Гиммлера к расовым вопросам способствовала специфика самого учебного заведения. Исследователь С. Кормилицын отмечает: «Полученное образование серьезно повлияло на его мировоззрение. Дело в том, что в университете преподавались основы генетики, а также читался весьма основательный курс, посвященный селекции. В сочетании с охватившей тогда германскую интеллигенцию модой на евгенику… это дало весьма интересный эффект: молодой баварец самостоятельно пришел к выводам, вполне вписывавшимся в расовое учение, проповедовавшееся идеологами НСДАП»[159].

В круг чтения Гиммлера входили труды Хьюстона Стюарта Чемберлена («Это истина, которая убеждает: она объективна и антисемитски нейтральна! Поэтому она так убедительна. Это ужасное еврейство!»), «Справочник по еврейскому вопросу», сочинения по древней истории. По поводу какого-то сомнительного памфлета под названием «Бездумное кровосмешение – гибель Германии» Гиммлер писал: «Великолепная брошюра. Особенно ее заключительная часть, поясняющая, как снова улучшить расу. Просто чудесная и величественная с нравственной стороны вещь». Он погрузился в штудирование «Германии» Тацита, «Старшей Эдды», «Песни о Нибелунгах» и древнеиндийских трактатов – «Вед» и «Бхагавадгиты». У Тацита он позаимствовал образ «нравственно чистых и благородных» германских предков, у древних индусов – преклонение перед кастовым строем. Гиммлер интересовался различными проявлениями элиты у различных народов. Он восхищался не только древнеиндийскими кшатриями, но и японскими самураями, а также римскими преторианскими гвардейцами…

Определенный интерес представляют такие прочитанные Гиммлером книги, как «Спиритизм», благодаря которой он «по-настоящему поверил в спиритизм», и «Второе зрение» профессора Фридриха цу Бозена, посвященная парапсихологическим явлениям, астрологии и гипнозу[160]. В конце 1924 года Гиммлер прочел два романа Германа Гессе: «Демиан» и «Сиддхартха». В аллегорической притче «Сиддхартха» описывается индуистская доктрина кармы и реинкарнации, интересовавшая будущего главу СС.

Некоторые исследователи полагают, что Гиммлер в начале 1920-х годов вообще стал антихристианином и неоязычником, поскольку принадлежал к молодежной фёлькиш-группе «Общество артаманов» (Artamanen-Gesellschaft), объединявшей сторонников антиурбанистических и расистских идей. Общество было основано в 1924 году двумя представителями движения фёлькише – писателем Бруно Танцманом (1878–1939) и фермером