Стальной прибой - Джек из тени

Для меня Торвальд был не просто точкой на карте, он давно стал логистическим хабом.

Я стоял на небольшом пригорке за городом и курил, глядя, как сотни нанятых (и хорошо оплачиваемых, что для местных широт вообще нонсенс) работяг отсыпают щебнем длинную, уходящую за горизонт насыпь. Гномы-бригадиры бегали с нивелирами, орали дурниной, если кто-то косячил с уклоном. Железная дорога, пока только зачаток, тонкая пуповина, которая в будущем свяжет этот перевалочный пункт с Мидгардом, где прямо сейчас ковыряли точно такую же стройку.

А левее, там, где земля уходила в низину, уже виднелись контуры будущего канала. Маги земли, щедро проплаченные золотом из трофейной казны мятежников, вгрызались в породу, соединяя Торвальд с основной речной артерией Лангра. Если этот проект выгорит (а он выгорит, я лично пристрелю любого саботажника), мы сократим путь от наших степных рубежей до столицы королевства почти на пять суток. Пять гребаных суток! В условиях войны это не просто преимущество, это абсолютная, недосягаемая монополия на скорость переброски войск и припасов. Мечты, конечно… Но фундамент уже заложен. И бетон в нем схватился намертво.

Из Торвальда мы наконец-то нырнули в портал. Шаг сквозь мерцающую пленку — и мы дома. В бывшем герцогстве Вальдемар, которое теперь официально, со всеми международными реверансами, именовалось королевством.

И вот тут начался цирк, которого я, признаться, не ожидал.

Я ведь уже говорил, что Элизабет за корону порвет кого угодно голыми руками? Так вот. Как только мы вышли из портала, меня оглушило.

Столица кричала от радости. Нет, не так. Она БУХАЛА. В три смены, не снижая темпов производства винтовок и патронов.

Весть о том, что их герцог (а заодно и герцогиня) теперь полноправные монархи, признанные соседями, долетела сюда быстрее нас, понятно чьими стараниями. И, что самое для меня удивительное, этот статус оказался важен не только для спесивых дворянчиков, которые теперь могли гордо задирать носы перед соседями. Для обычных крестьян, мастеровых, кузнецов и легионеров это стало натуральным национальным праздником.

— Ты посмотри на них, — хмыкнул я, стоя на балконе замка и глядя на иллюминацию внизу. Народ гулял. Где-то пели пьяные голоса, где-то уже кому-то били морду (исключительно из праздничных побуждений, судя по радостным крикам). — Им-то какая разница, как меня называть? Налоги меньше не станут, пахать придется даже больше.

Элизабет, стоявшая рядом, царственно повела плечом. На ней уже было новое платье, а на пальце мерцал перстень с измененным гербом. Она просто лучилась от осознания собственной значимости.

— Это гордость, Михаил. Обычная человеческая гордость, — снисходительно пояснила моя супруга, поглаживая живот. — Они живут в королевстве, которое заставило считаться с собой древние государства. Для простого человека осознание того, что его государь равен старым королям, иногда важнее куска мяса на ужин.

Я лишь хмыкнул. Спорить с беременной женщиной, дорвавшейся до высшей власти, — занятие для самоубийц. Весело им? Ну и пусть гуляют. Лишь бы станки не останавливались…

Утро началось с того, что у меня затекла левая рука, причем полностью. До состояния бесчувственного полена.

Я приоткрыл один глаз. В спальне царил полумрак, сквозь тяжелые шторы пробивался тусклый рассветный свет. Попытался пошевелиться и понял, что лежу в эпицентре натурального капкана.

Слева, придавив мне руку и закинув на меня ногу, спала Урсула. Орчанка мирно похрапывала, её дыхание щекотало мне шею. Справа, уткнувшись носом мне в грудь, свернулась клубком Лира. Причем один из её хвостов каким-то образом оказался у меня на лице, перекрывая доступ к кислороду.

Я аккуратно, по миллиметру, начал высвобождать руку из-под орочьего захвата.

— Вот жеж… — прошипел я шепотом, когда затекшие мышцы пронзило тысячей иголок. — Надо кровать новую заказывать. Метров пять в ширину. И каркас из легированной стали, а то хрустит уже всё…

Урсула недовольно хрюкнула во сне, перевернулась на другой бок, стянув на себя половину одеяла. Лира мгновенно, не просыпаясь, придвинулась ближе, заполняя освободившееся пространство. Тепло, уютно, но дышать реально нечем.

Выпутавшись из этого царства Морфея, я босиком пошлепал к столу, где с вечера был оставлен кувшин с водой и накинул халат. Голова гудела — вчерашние приветственные тосты с офицерами штаба давали о себе знать.

В дверь негромко постучали.

— Ваше величество? — приглушенный голос Эрика. Мой адъютант явно не спал.

Я приоткрыл дверь. Эрик стоял вытянувшись в струнку, несмотря на ранний час, выбрит, форма с иголочки. В руках запечатанный тубус.

— Чего тебе не спится, Эрик? — я забрал тубус, взвесив его в руке. Хм, срочная депеша?

— Пакет из Степи, Ваше величество. Прибыл полчаса назад. Комендант Каменного Круга велел передать лично в руки, как только проснетесь.

— Понял. Сделай мне ту черную дрянь, и покрепче.

Я закрыл дверь, прошел к окну и сорвал печать. Развернул плотный пергамент. Текст был написан почерком начальника гарнизона орков. Я вчитался, и остатки похмелья как рукой сняло. Брови сами поползли вверх.

'Железному Вождю докладываю. Три дня назад к степным рубежам вышел неустановленный отряд. Около четырех сотен разумных. Идут под белыми флагами, агрессии не проявляют. Разбили лагерь в десяти полетах стрелы от Каменного Круга. Состав смешанный, расовую принадлежность некоторых определить не можем. Люди, пара высших эльфов, кто-то похожий на полукровок. Вооружены до зубов. Экипировка нестандартная. По докладам шаманов, в отряде присутствуют маги, причем довольно сильные.

На контакт вышли сами. Прислали переговорщика без оружия. Вели себя подчеркнуто вежливо и корректно. Никаких требований не выдвигали. Провиант у нас не просят, всё свое. Чего нет, готовы купить. Заявили следующее: им нужен личный разговор с Железным Вождём, королем Михаилом. На мое заявление, что вас в Степи нет, переговорщик ответил: «Мы в курсе, что Его Величество сейчас занят в Лангре. Мы подождем, время у нас есть».

Они не пытаются проникнуть в город, не шпионят. Просто сидят и ждут. Переговорщик просил передать дословно: «У нас есть, что предложить Его величеству. Как государю, и как просто человеку».

Ждем ваших распоряжений. Усилить патрули? Атаковать?'.

Я перечитал текст дважды. Опустил бумагу на стол.

В спальне раздался тихий шорох. Лира, мгновенно перешедшая из состояния глубокого сна в режим полной боевой готовности, села на кровати. Одеяло соскользнуло с её плеч. Глаза кицунэ уже рассматривали мое лицо.

— Что там, милый? У тебя вид такой, будто тебе лично налоги выписали.

— Хуже. — Я бросил пергамент на кровать. — К нам приперлись гости. И судя