Дневник 1917–1924. Книга 1. 1917–1921 - Михаил Алексеевич Кузмин

и скучаю, не пишу. Ходили с Юр., растратились на булки и в нашем café. Вера Ал<ександровна> звонила, как было весело вчера в маскараде. Звали нас, но не могли найти. Вечером Юр. уходил. Зашел к Бронштейну, но тот ничего не дал. Я скучаю страшно. Звонил Ландау, их не было. Вот так. Встретили Кагана, идет на чествование Горь<кого>.

31/19 (понед.)

Утром ходил к Григорьеву, глупо мечтая о еде и тепле. Денег там, против обыкновения, не было. Уходит из газеты, предлагал мне, да я не смогу. Дома Юр. сидел уже. Побежал куда-то, а я к Бурцеву. Видел там Шпильмана. Купил рахата и пил чай в «Люнаре»18 с Козлинским. Юр. еще не было. Есть нечего. Играл «Rosencavalier»19 и говорил по телефону. Слезкин говорит, что на днях. Это хорошо бы. Ломали голову о деньгах. Звонил Попелле, но сия сквалыга отказала. Вчера кутили у инженера, сегодня организовано на Захарьевской. От нас всё секреты. Почему мне это досадно. Особенно, если это устраивали Ландау. Решили пойти в «Привал», хотя В<ера> А<лександровна> и не очень звала нас. Она нервно сидела в печке со своими премьершами и ждала звонка. Пообедали. Прибегали дети. Привалили красноармейцы, которые безобразили, потом извинялись. Юр. надулся, зачем я заплатил по счету, зачем жду В<еру> А<лександровну>, чтобы проститься и т. п. Ругались немного. Дома он побыл, но все-таки рассуждал вроде мамаши. Тепло так-то и неплохо.

300 р.

Апрель 1919

1/19 (вторник)

Пошел рано к Исаичу. Выдал. Дома есть нечего. Мамаша капризничает, стонет. Пошли покупать разные разности. Гости долго не шли. Не хватило чашек, т. к. пришли Ландау, О<льга> А<фанасьевна> и Сашенька. Но хватило всего. Костя принес бутылку красного. Кажется, было уютно, хотя рисунки Ходовецкого и хаяли. И когда ушли, было светло и тепло. Только деньги все вышли.

3000 <р.>

2/20 (среда)

Ходил к Григорьеву. Там приносят всякие продукты. Хотя и мамаша купила сегодня яиц. Впрочем, это было после обеда. Утром я выходил за папиросами и книгами. Заходил в кафэ. Теплая погода. Юр. нервничал, швырял тарелками из-за масла. Пришел Сашенька. Пили чай, не хватило сладкого. Юр. побежал купить, – самовар погас. Всё неудачи. В лавке разложились. Вернулся Борис. В<ера> А<лександровна> довольна, кажется. Набросились на книги. Обедали там и пили чай. Кое-какая программа автоматически происходит. Дома ели чечевицу. Теперь не холодно.

250 <р.>

3/21 (четверг)

Тепло. Что-то делал. Юр. пришел рано. Звонил я в разные места. Побежали в «Литературу». Ничего. Не очень пристают. Юр. купил мне Турнеброша1. В лавке раскупаются мои книги. Подарили 2 альманаха с Ходовецким. Вышло солнце. В «Привале» вчера кормили ужином и Рейнвейном. Вообще тихо веселятся. Кто-то там имеет зуб против нас, Львов. И отшил от лавки, и холодок с Тяпой, и фестиваль у Менделеевых, все мне внушает подозрение. Тяпе я тоже не очень-то доверяю, при ее дружбе с Исаевичем она могла бы больше, ну, Бог с ней. Подарила мне альманах с Ходовецким и поила чаем с самодельной неважной пастилой. Бежал домой, встречаю Юр., милого, бледного, худого, идет в кинемо. Пошли вместе. Плохая драма. Дома пили чай и ели кашу. Рано лег.

4/22 (пятница)

Получил от Исаича, но ничего не заплатил. Купил масла много. Вечером я был на «Голубом ковре»2. Встр<етил> В<еру> А<лександровну> и отпр<авился> в «Привал». Юр. вызвонили. Церетелли просил пройти за кулисы для автографа. В «Привале» был ужин в честь Бобиша3. Подпили и подъели хорошо.

3000 <р.>

5/23 (суб.)

Утром был в плохую погоду у Григорьева. Выходили с Юр., купили булочек. В café все убрано. Вечером к Тяпе, но было скучновато и голодновато. Действительно, они гримасничают что-то. Сегодня голод какой-то. Юр. ругался.

200 <р.>

6/24 (воскр.)

Не помню, что было. Деньги выходят. Совсем не помню, где и почему были. Кажется, в кинемо. Вечером был Юр. сослуживец, писарь, не очень приятный, даже в примитивном отношении. Я старался быть любезным и, кажется, было не очень плохо.

7/25 (понед.)*

Что же было? ничего нет. Пронин звал в «Привал». Пошли в театр. Там Тяпа, Маленькая etc. Шли засветло. Юр., как гувернер, с мальчиками. Долго чего-то ждали. Потом Борис начал пробы вин и сбежал от нас.

8/26 (вторн.)**

С утра денег не было, но мне не хотелось есть и было весело. Выбежал к Бурцеву – после чая. Юр. принес хлеб. Выскочили. Принес. Шел в «Лит<ературу>» с Геркеном. Там Сологуб, Гумилев, Венгерова etc. Дали больше. Купил папирос, меду и ничего не осталось. Выходили. Броншт<ейна> не застали, а деньги истратили. Погнал меня Юр. в «Привал». Там темно. Ландау собир<ается> читать пьесу Княжнина. У В<еры> А<лександровны> денег нет. Гринберг не приехал. Едва ли завтра. Пронин бегал за вином и не достал. Шел домой, свалил<ся>. Юр. уже спал. Поели, и он побыл.

560 <р.>

* В тексте Дневника: 6/25.

** В тексте Дневника: 7/26.

9/27 (среда)

Сидел писал. Не выходил, а было солнце. Юр. побежал что-то продать, принес конфеток. Пили чай, топили печку. Побрел с узлами в «Привал». Там масса народа обедает: Мейерхольд, Кругликова, Добужинский, Асаф<ьев>, Романов. Юр. долго не начинал лавки. Съели пирожных на 300 р. Мокрота на улице невообразимая. Домой пришли рано.

10/28 (четверг)

Что же было? Юр. продавал что-то. Я поплелся к Святловскому. Тот взбешен, зачем не издают его книги, клянется мстить до сед<ь>мого колена, уверяет, что денег они не получат. Плелся в отчаяньи домой. Гога говорит, что вздор, что в понедельник деньги будут. Что-то делал дома. В театр не пошли. А звали нас Беленсоны. Ели кашу хорошую.

11/30 (пятница)

Писал все. Юр. посоветовал пойти самому. Я застрял и не пошел на собрание. И Исаич выдал. Шлепали по воде далеко. Дома ели поздно. Пили чай. Играл свои вещи. Скучно мне и болит бок. Свет дали на час. Вечером есть было нечего. Все меня беспокоит. Особенно «Союз» и его деньги4. На ночь натирал меня Юр. скипидаром.

717 <р.>

12/30 (суббота)

Что же было? Совсем болен. Приходил Сашенька. Я лежал. Юр. выбегал 20 раз. То за тем, то за другим. Рано лег я. Не пошел к Тяпе и никуда. Скучно мне чего-то.

13/31 (воскресенье)

Что же было. Долго сидел, писал. Бок легче. Юр. принес каши из казарм. Погода прелестна. Тепло и благорастворенно. Ходил к Бронштейну. Там обедают и пьют чай с пирожным разные дамы, получают масло,