Невозможность социализма. Левые идеи на службе у новых элит - Дмитрий Александрович Давыдов

2020 году[467]. Эти вложения обеспечат появление новых рабочих мест и модернизацию энергетики, которая начнет приносить некую прибыль. Однако вероятнее всего, это максимум того, что сможет выжать из себя обремененная долгами мировая экономика. На большее средств не хватит (на момент написания этих строк в США очередной раз подняли потолок госдолга под общие разговоры о грядущем дефолте). Тогда, по всей видимости, потребуется пожертвовать всем остальным, что предполагалось к реализации «Новым зеленым курсом»: бесплатное образование, всеобщая доступная медицина, качественное и доступное жилье для всех и т. д. (не говоря о голоде и социальных проблемах в беднейших странах). Все более или менее обстоятельные попытки подсчитать, какова реальная цена полной реализации «Нового зеленого курса» в США, приходили к тому, что средств на это не хватит (затраты выше всех доходов всех домохозяйств)[468]. То есть осуществимость быстрого энергетического перехода[469] подразумевает неосуществимость всего того, за что боролись более старые левые «материалисты», отстаивающие интересы бедных и социально уязвимых. Выбор в итоге сводится к следующему: страдания и смерть многих миллионов уже сейчас живущих на планете Земля, либо (гипотетические) страдания и смерть из-за глобального потепления тех, кто будет жить в будущем. Казалось бы, перспективы выглядят равноценными. Но люди голодают и страдают уже сейчас, в то время как будущее неизвестно.

Но даже если мы вдруг дойдем до состояния, когда «зеленая» энергия действительно экономически станет намного выгоднее, чем ископаемое топливо, это не ликвидирует разногласия по поводу будущего планетарных ресурсов. Напротив, как мы убедимся далее, оснований для конфликтов и расколов станет только больше.

Далее мы постараемся показать, что с «зелеными» аргументами против капитализма не все так однозначно, как это представляют некоторые левые авторы. Вместо того чтобы стать набором объединяющих и солидаризирующих идей, энвайронменталистские дискурсы все чаще противостоят не столько капитализму, сколько друг другу. Основная проблема заключается в спорах о ценностях и приоритетах перед лицом суровой реальности, требующей неизбежных жертв. Это проблематично для левых политических традиций, всегда опиравшихся на идею эгалитарного и/или «изобильного» посткапиталистического будущего. Как бы разные авторы ни пытались совместить идею борьбы за интересы бедных и представителей рабочего класса с различными «зелеными» перспективами, ценности защиты окружающей среды неизбежно вступают в противоречие со стремлением к материальному благополучию как можно большего количества людей на Земле.

* * *

Как мы уже отметили, несмотря на чрезвычайную актуальность экологических проблем, среди левых (и не только) политических теоретиков мало единства даже по самым общим вопросам. «Зеленая» проблематика не столько объединяет различные левые движения, сколько добавляет ряд новых противоречий, по поводу которых возникают идейные расколы.

В принципе, политические разногласия среди левых вряд ли кого-либо удивят. Уже давно левые разных мастей спорят о средствах и желаемых целях, а также опираются на разные социальные силы. Среди современных левых, акцентирующих внимание на экологической критике капитализма, много авторов, придерживающихся диаметрально противоположных взглядов на желаемые цели и средства в деле достижения экологической «устойчивости». Здесь есть реформисты и радикалы, социал-демократы/социалисты и анархисты и т. д. Однако, как мы увидим далее, разногласия среди «зеленых» теоретиков порождены не только разным ви′дением способов достижения цели (в конце концов, и классики марксизма и анархизма спорили скорее о средствах, нежели о конечной цели своей борьбы (коммунизм)), но и принципиальными ценностными расхождениями, делающими достижение консенсуса труднодостижимым, если не невозможным.

Можно выделить две основные группы авторов, критикующих капитализм с экологической точки зрения, хотя будем иметь в виду, что это деление условно.

Первая группа – это авторы вроде Дж. Рифкина[470] и Р. Фюкса[471], то есть те, кто полагает, что решение экологических проблем не противоречит капитализму и/или экономическому росту (развитию). Обозначим их как сторонников «зеленого» роста. Как многие из них считают, капитализм при «зеленом» росте следует сильно изменить, потребуется восстановить былую силу государства всеобщего благосостояния для решения экологических проблем (инициативы вроде «Нового зеленого курса»). Но это не противоречит модернистской логике дальнейшего роста и развития. Их посыл таков: нужно перестать вкладываться в добычу ископаемого топлива, ввести налог на эмиссию CO2, срочно инвестировать в «зеленую» энергетику (обычно предлагается строить как можно больше солнечных и ветряных электростанций). Это, по убеждению сторонников «зеленого» роста, станет рано или поздно рентабельным (или где-то уже стало), решит две проблемы одновременно: доступной энергии и сохранения окружающей среды.

Разумеется, среди данных авторов есть свои оптимисты и пессимисты, рьяные критики капитализма и те, кто выступает за глубокие реформы. Так, Ребекка Хендерсон придерживается умеренных взглядов: забота об окружающей среде не противоречит капиталистической логике накопления. Иными словами, это нечто вроде публичного капитала[472] как совокупности ценностных установок и социальных норм, позволяющих капиталистической логике выживать путем рациональной рефлексии на более высоком уровне, нежели выбор рядовых потребителей. Как считает Хендерсон, сегодня уже тысячи фирм ставят перед собой более высокие цели, чем повышение финансовой прибыльности, ведь будет сложно зарабатывать, если прибрежные мегаполисы уйдут под воду. Она убеждена, что капитализм нужно реформировать: постепенно изменить финансовую систему, чтобы инвестиции с помощью новых рейтинговых систем оценивались не по критерию дальнейшей прибыльности, а по социальной ответственности принимаемых решений; организовывать «корпорации общественных благ», совмещающие получение прибыли с достижением общественных целей; вкладываться в солнечную энергетику, которая в США уже предлагает больше рабочих мест, чем угольная, атомная и ветряная энергетики, вместе взятые. Ее обнадеживает тот факт, что молодые поколения (она говорит о миллениалах) готовы жертвовать материальными вещами ради заботы об окружающей среде, что подчас предприниматели несут большие издержки, когда в социальные сети просачиваются соответствующие сюжеты о потогонных или «грязных» производствах. Наконец, она рассматривает различные примеры того, как инвестиции в устойчивые производства оказывались выгодными, демонстрируя тем самым, что подчас основным препятствием является лишь стремление к быстрой финансовой отдаче без учета будущих выгод[473].

Тем не менее многие критики не разделяют оптимизма таких авторов, как Р. Хендерсон. Определенный скепсис может вызывать и анекдотический стиль аргументации, когда рассматриваются лишь отдельные «хорошие» примеры, в то время как концентрация CO2 в атмосфере неуклонно растет. Стало быть, предлагаются и более радикальные инициативы. Выше мы уже писали о «Новом зеленом курсе». Хотя законопроект в США принят не был, это подняло достаточно большую волну дискуссий, а в Европе в 2020 году была одобрена Стратегия Европейской комиссии в области изменения климата, призванная сделать Европу к 2050 году «нулевым» источником выбросов парниковых газов. Кроме того, все больше и больше авторов (вроде Н. Кляйн[474], Н. Хомского[475] или Дж. Рифкина