Джонни Уокер. Супершпион КГБ - Борис Юрьевич Сырков

не понимают шуток. Больше всего он расстроился из-за провала своей маскировки под орнитолога с помощью бинокля и справочника-определителя птиц. Уокер считал, что этих аксессуаров было вполне достаточно, чтобы избежать разоблачения.

В феврале 1978 года Уокер снова пересек на самолете всю страну, чтобы встретиться с Уитуортом у него дома в Сан-Диего. Они разложили на полу технические руководства по шифратору «KWR-37» и попытались выяснить, почему в КГБ не смогли с ним справиться. Уокер прекрасно помнил, что ему было запрещено рассказывать Уитуорту о проблеме с «KWR-37». Однако он считал, что нарушенный им запрет останется без последствий, если ему удастся сделать то, что оказалось не под силу КГБ. 11 марта 1978 года в очередном послании «дорогому другу» Уокер описал, как решить проблему с «KWR-37», и с этого момента перестал уделять ей внимание.

На следующей встрече в Сан-Диего, состоявшейся в июле 1978 года, Уокер получил от Уитуорта информацию, которая, как он полагал, должна была заинтересовать КГБ. Уокеру не терпелось поделиться этой информацией со своим русским связным. 15 июля 1978 года он прилетел в Вену. Уокер прогуливался вдоль празднично освещенного дворца Шенбрунн, когда услышал знакомый голос:

– Приветствую, дорогой друг.

Это был тот же связной, с которым Уокер встречался полгода назад в Вене. Он отдал ему рулоны фотопленки и дождался, пока тот вернется, чтобы неспешно пройтись с ним по вечерним венским улицам. Погода была великолепной. Прохладный речной бриз своими нежными прикосновениями доставлял обоим ни с чем не сравнимое удовольствие. Они вели непринужденную дружескую беседу. В самом конце встречи Уокер сообщил, что Уитуорт получил новое назначение – на «Ниагарские водопады». Там он должен был исполнять все те же обязанности ответственного за хранение криптографических материалов, что и на «Созвездии». Связной обрадовался и сказал, что это хорошая новость.

Через 2 недели после возвращения Уокера из Вены в Норфолк его навестила Лаура. Она получила аттестат о среднем образовании и направлялась в лагерь для новобранцев в Форт-Джексоне в Южной Каролине. Уокер познакомил Лауру со своими собутыльниками в «Одинокой сосне», угостил обедом, подарил радиочасы по случаю окончания школы и при этом все время твердил, как гордится ее достижениями. Потом Уокер довез ее на своем фургоне до автовокзала. Там он обнял Лауру и вручил ей чек на 50 долларов.

– Я прекрасно знаю, как трудно состоять на военной службе и при этом не иметь в кармане ни гроша, – сказал Уокер. – Ты единственная из моих дочерей, которая сумела добиться чего-то существенного в своей жизни. Я возлагаю на тебя большие надежды.

Джонни-расист

Как-то вечером вскоре после отъезда Лауры в кабинете Уокера зазвонил телефон. Он поднял трубку и услышал в ней незнакомый мужской голос:

– Это Джонни Уокер? Частный детектив?

– Да, это я.

– Вы служили вместе с Уильямом Уилкинсоном на «Симоне Боливаре»?

– Какого черта вам от меня надо?

Уокер испугался не на шутку. Может, Уилкинсон случайно узнал о нем что-то подозрительное и сообщил об этом куда следует? Мужчина на другом конце телефонного провода объяснил цель своего звонка:

– Мистер Уокер, речь идет о «Ку-клукс-клане» и о возможности поработать в роли частного детектива. Надо навести кое-какие справки о вашем старом приятеле Уилкинсоне. Желаете этим заняться? Я вам хорошо заплачу.

Уокер пригласил незнакомца приехать к себе домой на следующий вечер к семи часам. Повесив трубку, он глубоко задумался. Скорее всего, с его помощью сотрудники ФБР или военно-морского следственного управления хотят вывести на чистую воду Уилкинсона, руководителя регионального подразделения «Ку-клукс-клана» в Вирджинии – так называемого «великого дракона». Кто, помимо них, обладал доступом к личным делам военных моряков, служивших вместе с Уилкинсоном на «Симоне Боливаре»? Кого еще могло волновать, чем занимается «Ку-клукс-клан»? Предстоявшая Уокеру встреча обещала быть интересной. Но этим вечером у него было более важное занятие, чем предаваться размышлениям по поводу возможности поработать под прикрытием на американское правительство. И Уокер продолжил заниматься учетом своих недавних дорожных расходов. Их необходимо было тщательно задокументировать, чтобы получить по ним денежное возмещение от КГБ.

Последние несколько месяцев Уокер активно интересовался публикациями в американской прессе о событиях на военно-морском флоте, связанных с «Ку-клукс-кланом». Почти в каждой из этих публикаций цитировались высказывания «великого дракона» Уилкинсона. Он пространно рассуждал о необходимости свободного предпринимательства и соблюдения прав белого населения Америки, которые повсеместно ущемлялись.

Мужчина, с которым Уокер встретился у себя дома на следующий вечер после разговора с ним по телефону, выглядел на 30 с небольшим лет, был чисто выбрит, при галстуке и в новом костюме. Он представился, но Уокер пропустил мимо ушей его имя и фамилию, мысленно прозвав мистером Чистюлей.

Мистер Чистюля вел себя уверенно, как это обычно делают полицейские, и сразу же перешел к делу. Уокер должен был вступить в контакт с Уилкинсоном и заявить ему о горячем желании вступить в «Ку-клукс-клан». Тот несомненно удовлетворит просьбу старого корабельного товарища и сделает его большой шишкой в своем региональном подразделении. Мистер Чистюля отводил Уокеру роль осведомителя под прикрытием. Нужно было узнать фамилии и домашние адреса всех куклуксклановцев, проживавших в Вирджинии. Если Уокеру станет известен размер их обуви, то мистер Чистюля хотел знать и про это. Если Уокер согласится, то получит 500 долларов в качестве аванса и еще столько же сразу после того, как формально станет членом «Ку-клукс-клана». Мистер Чистюля разговаривал ровным голосом, как будто интересовался у случайного знакомого прогнозом погоды. Уокер согласился.

Церемония посвящения в куклуксклановцы прошла в доме Уилкинсона в Луизиане. На Уокере был белый балахон, а его голова была скрыта под конусообразным мешком с прорезями для глаз. Он поднял правую руку и произнес клятву верности. В конце церемонии Уилкинсон торжественно вручил Уокеру членскую карточку куклуксклановца и присвоил ему звание «клигла» – вербовщика новых членов.

После возвращения в Норфолк Уокер первым делом позвонил на местную радиостанцию, сказал, что является секретарем регионального подразделения «Ку-клукс-клана» в Вирджинии и готов дать интервью о своей деятельности в прямом эфире. В назначенное время Уокер пришел на радиостанцию в небесно-голубом костюме из полиэстера и в сопровождении двух телохранителей, вооруженных винтовками. Он отдал им приказ патрулировать окрестности, пока будет давать интервью.

Оказавшись в эфире, Уокер заявил, что обладает неопровержимыми доказательствами интеллектуального превосходства белых над неграми и что массовое уничтожение евреев во время Второй мировой войны является выдумкой от начала до конца. Аргументировать свои заявления он не стал и просто сделал их с видом человека, который знает, что говорит, а если кто-то в этом сомневается, то ему же хуже. По окончании интервью Уокер сел с охранниками в фургон и уехал. Через 2 месяца он позвонил по номеру рабочего телефона, оставленному ему мистером Чистюлей. Когда включился автоответчик, Уокер продиктовал список из двенадцати куклуксклановцев, являвшихся членами регионального подразделения «Ку-клукс-клана» в Вирджинии.

Впоследствии выяснилось, что Уилкинсон был завербован ФБР. Таким образом, Уокера, работавшего на КГБ под прикрытием частного детектива, наняли изображать из себя куклуксклановца, чтобы шпионить за «великим драконом» Уилкинсоном, являвшимся по совместительству стукачом ФБР. В этой забавной ситуации в наибольшем выигрыше оказался Уокер: ведь он был единственным, кому платил КГБ.

С матерью в Вене и с Уитуортом в Норфолке

На 67-й по счету день рождения своей матери Уокер подарил ей путешествие в Западную Европу. Это была ее первая поездка за границу, ставшая самым запоминающимся событием в жизни. 21 июня 1978 года Уокер и его мать прилетели в Рим. Потом они побывали в Неаполе, откуда переехали в Вену, где поселились в отеле «Хилтон». Уокер использовал посещение Вены с матерью, чтобы встретиться там со своим русским связным. Они совершили ставшую традиционной прогулку по венским улицам. Связной сказал Уокеру, что очень доволен качеством секретной информации, полученной от Уитуорта с тех пор, как его перевели на «Ниагарские водопады».

В декабре 1977 года Уитуорт передал Уокеру очередную порцию криптографических материалов на встрече в гостинице «Филиппинская площадь» в Маниле. Через трое суток Уокер вылетел в Чикаго, имея при себе фотопленки, на которых были запечатлены схемы шифраторов «KW-7», «KY-8», «KG-14», «KWR-37» и «KL-47», а также списки