Восхождение Морна. Том 12 - Сергей Сергеевич Орлов

мгновение я возник на другой стороне улицы, прямо из разрыва воздуха, и жёстко встал сапогами на брусчатку аккурат рядом с мечником, который уже отпился какими-то зельями и успел вернуться в строй.

Едва я выбросил вперёд веер раскалённых огненных перьев, пытаясь достать его на дистанции, как он без единого лишнего движения запитал клинок собственной магией. Густо загудевшая от влитой силы сталь замелькала перед ним цельным блестящим щитом, легко сбивая и рассекая пламенные искры прямо на лету. Он даже глазом не моргнул и просто уверенно попёр вперёд, навязывая ближний бой.

Я привычным движением выхватил из-за пояса кинжал, чуть присел в стойке и коротко качнул подбородком, вызывающе подзывая его к себе:

— Ну давай, подходи.

Мечник с готовностью подался вперёд, перенося вес тела для размашистого смертельного выпада. В эту самую долю секунды я и задействовал магию земли — всего лишь на миг сдвинул камень брусчатки ровно под его опорной ногой.

Сапог наёмника мгновенно поехал по скользкой грязи, отчего тот на какую-то долю секунды потерял равновесие, и вся его собранная боевая стойка тут же рассыпалась.

Этой короткой заминки мне хватило с головой. Я единым слитным движением швырнул кинжал прямо в его открывшуюся шею. Сталь по самую рукоять ушла в плоть, и Рябой, так и не успев завершить шаг, хрипло зашипел, задохнулся собственной кровью и кулем валился на брусчатку.

В то же мгновение из редеющего пара сбоку выскочил кислотник. Мужик действовал на автомате и отчаянно рвался в ближний бой, выставив вперёд тяжелые растопыренные ладони.

Я сработал на опережение и коротким точечным импульсом пламени ударил ему прямо по кистям. Тонкая раскалённая струя прошла вскользь, одновременно обжигая обе руки, и плотная кожа перчаток мгновенно обуглилась, сходя вместе с мясом на ладонях.

Мужик дико заорал, отдёрнув руки, и от его спеси не осталось и следа. С обожжёнными ладонями он мгновенно превратился в обычного мужика ранга C с очень испорченным настроением, поэтому я просто подошёл вплотную и коротким движением уложил его ударом в челюсть, вложив в него всю злость, что накопилась во мне за это утро.

Из всей группы наёмников на ногах оставался только один — тот самый маг звука. Как только пар начал оседать, он вздёрнул Эраста перед собой, прикрывшись хозяином, как щитом, и очень грамотно попятился в сторону переулка.

Эраст висел в его хватке белой тряпкой и уже даже не визжал. Он просто сипел, глядя на меня выпученными глазами, в которых застыл панический ужас.

— Назад! — хрипло гаркнул маг звука, ещё сильнее сжимая пальцы на горле нанимателя. — Назад, иначе я проломлю ему шею!

Я остался на месте и лишь слегка наклонил голову, внимательно разглядывая эту парочку.

С точки зрения банальной логики, единственный способ гарантированно вытащить Эраста из этого захвата — убить наёмника на месте. Вот только труп наёмника мне был без надобности. Мне нужен был хотя бы один живой «язык», который сможет связно ответить на пару вопросов о том, кто их нанял и что тут вообще произошло.

Поэтому я просто пожал плечами и произнёс предельно спокойно:

— Ты правда думаешь, что мне есть хоть какое-то дело до его жизни? Можешь валить прямо сейчас, я тебя пальцем не трону. Мне на него плевать. Но если ты убьёшь этого придурка, живым выбраться из города у тебя уже точно не получится. А так… вы ж толком ничего и не сделали. Кто знает, может, тебя и не будут искать слишком рьяно. Так что беги, пока есть возможность. Гнаться за тобой я не буду.

Маг звука на секунду замер, переваривая услышанное. На его широком лице отразилась судорожная работа мысли: он переводил взгляд с моего пламени на редеющий пар, взвешивая шансы и быстро приходя к выводу, что труп нанимателя тут же сделает его мишенью для всех городских гвардейцев и наёмников. Так что бегство действительно было единственным выходом.

Но перед тем как рвануть в подворотню, он рывком сорвал с шеи Эраста тяжёлый золотой медальон, усыпанный камнями. Толстая цепь с треском лопнула, и, швырнув полузадушенного хозяина в грязь, наёмник яростно рявкнул ему прямо в лицо:

— Ты ещё ответишь за это, ублюдок!

И тут же развернулся, исчезая в тёмном переулке.

Я не стал его преследовать и привычным образом активировал Оценку, намереваясь срисовать статус и мотивы мага звука, пока тот быстро уходил по прямой к подворотне. Мне нужен был хоть какой-то след. Сканирующий импульс магии широким веером пошёл вперёд и вскользь задел растянувшегося на мостовой Эраста, который оказался ровно на линии заклинания.

И заклинание внезапно пробило его защиту.

От мажора буквально фонило липким страхом, дикой паникой и какой-то совсем уж животной тревогой. Но страннее всего выглядел блок его скрытой информации, где отчетливо просматривался панический ужас перед тем, что наёмник уйдёт живым и начнёт говорить.

«Что за чертовщина тут происходит?» — успел подумать я, пытаясь на ходу увязать эти эмоции воедино.

Где-то вдалеке уже отчаянно и надрывно забился свисток городской стражи.

В этот самый миг Эраст, всё ещё лежавший в грязи, резко развернулся на бок и вскинул правую руку. На его пальце густо блеснул массивный перстень, и в следующую долю секунды из драгоценного камня с оглушительным свистом вырвалась плотная водяная стрела. Напитанная колоссальной кинетической силой, она прожгла воздух и насквозь прошила спину уходящего мага звука.

Наёмник даже не успел вскрикнуть: водяной клин сходу вошёл ему точно между лопаток, вылетел из груди и со снопом каменной крошки разнёс кирпичную кладку на углу дома, мгновенно оборвав его жизнь.

Глядя, как единственный живой «язык» валится в грязь, я на секунду застыл от такой наглости, но тут же за спиной с треском вспыхнули огненные крылья, рывком сжимая дистанцию до нуля.

Я возник над Эрастом прямо из разрыва воздуха, не давая ему ни единого шанса опустить руку или сработать ещё каким-то артефактом. Мёртвой хваткой вцепившись пальцами в его дорогой, измазанный соплями воротник, я сходу вздёрнул тяжелую тушу мажора над землёй и с размаху прибил его спиной к каменной стене ближайшего дома.

— Ты чего творишь, сволочь⁈ — вырывалось у меня сквозь зубы. — А ну говори, пока я тебя сам не прикончил!

Интерлюдия

Эраст

Некоторое время спустя…

Карету мотало на мостовой, а Эраст всю дорогу бережно баюкал правую кисть. Левая рука судорожно сжимала пальцы, поддерживая пострадавшую ладонь на весу, пока лицо искажала гримаса колоссального страдания. Ушибленные костяшки ощущались им тяжелейшей травмой, сопоставимой с оторванной по локоть конечностью, отчего каждая кочка выбивала из груди жалобный стон, переходящий в капризное шипение.

На противоположном сиденье, полностью заняв диванчик, плечом к плечу устроились двое отцовских гвардейцев, пока еще пара