Восхождение Морна. Том 12 - Сергей Сергеевич Орлов

Эраста буквально колотило от этого взгляда в пустоту… Ведь какие-то холуи, полностью жирующие на деньги его семьи, смели демонстрировать прямое пренебрежение! И вместо верноподданнического сочувствия к наследнику они везли его подобно мешку с картошкой, скучно выполняя строгий приказ папаши.

Эраст жаждал излить на них всю свою спесь, топать ногами, визжать и обещать, что лично доложит батюшке об их дерзости, лишая жалованья и выставляя вон. Однако именно фигура отца за спинами этих молчаливых истуканов сковывала язык, превращая мажора в дрожащий ком обиды.

Едва дорожная тряска прекратилась у ворот поместья, старший гвардеец Игнат распахнул дверцу и с откровенным пренебрежением вытолкнул Эраста на каменные плиты двора. Наблюдая за тем, как мажор судорожно прижимает к груди ушибленную руку, он смерил его презрительным взглядом и произнёс:

— Хозяин велел передать, что поговорит с вами сразу после торгов, — на губах наёмника проступила глумливая усмешка. — А пока вам велено сидеть дома и не высовываться… господин…

Ядовитая издевка в последнем слове заставила Эраста сжать зубы от бессильной злости, однако открыто высказать дерзость в ответ казалось смертельно опасной идеей. Игнат регулярно выполнял для отца самые темные и мутные поручения, отчего один только взгляд этого костолома внушал мажору настоящий, животный страх.

Развернувшись, наёмник вальяжно ушёл прочь, а Эраст остался стоять посреди пустого двора. Внутри стремительно закипала злость, быстро перемешивающаяся с трусливым ужасом. Отец применил самую страшную для него тактику — полный игнор. Официально для Обухова-старшего произошедшее являлось наглым нападением на его единственного сына и наследника. Однако ядовитая усмешка Игната ясно давала понять: опытный отцовский костолом уже обо всём догадался.

Именно эта мысль заставляла Эраста сходить с ума от паники, ведь старший Обухов обладал феноменальным чутьём на чужую тупость и враньё. Прошлый скандал до сих пор заставлял Эраста вздрагивать именно из-за того, насколько легко отец тогда вскрыл его ложь.

Тогда, напившись в хлам, мажор силой затащил в глухой переулок дочь влиятельного купца из Торговой Гильдии. Сделав свое дело, Эраст мгновенно протрезвел от страха перед расплатой и принялся заметать следы самым мерзким образом. Он натравил на запуганную девку своих шестёрок с угрозами жестокой расправы, попытался подкупить случайных свидетелей, а главную вину спланировал повесить на каких-то случайных работяг.

Примитивная инсценировка мгновенно обернулась катастрофой. Купцы неожиданно быстро скооперировались, подняли гвалт на весь город и заблокировали все крупные сделки с домом Обуховых. Только угроза огромных убытков заставила отца лично вмешаться в ситуацию, задействовав свои колоссальные ресурсы. Старший Обухов за пару часов раздавил гильдейцев авторитетом, выплатил им унизительные отступные, подключил купленных судей и быстро замял дело.

Сам Эраст тогда отделался лёгким испугом. Лишение карманных денег и временный запрет на посещение элитных клубов казались ему верхом несправедливости. Единственным чувством мажора оставалась глухая злость на отца за отобранные игрушки. Мысль о сломанной девичьей жизни даже не мельком не задевала его совесть, ведь статус хозяина жизни по праву рождения оправдывал любую дикость.

Теперь конвульсии страха сжимали горло с новой силой. Эраст до судорог боялся момента, когда отец закончит с делами и устроит ему жёсткий разбор полётов. Глава семьи моментально распутает эту криво состряпанную авантюру с липовым нападением. Так что пока отец отдавал приоритет предстоящим городским торгам, его избалованному сыну оставалось стоять посреди двора и копить удушающий ужас перед неизбежным разоблачением.

— Воды! — заорал Эраст на весь двор, пытаясь заглушить собственную панику. — Лекаря сюда! Где вы все, вашу мать⁈

Эраст занимал отдельный двухэтажный гостевой дом в глубине территории, со своим собственным выездом и полной автономностью. Обычно это создавало идеальные условия: отец не контролировал ночные гулянки и не видел полуголых девиц, покидающих дом на рассвете. Сегодня же эта изолированность сыграла против него. Эраст приволокся в абсолютно пустой дом, где его никто не встречал, а первым под горячую руку подвернулась горничная Дуняша с тазом.

Вода в тазу была вполне комфортной, умеренно тёплой — как раз чтобы аккуратно смыть кровь из ссадин. Однако накрученный страхом Эраст искал любой повод сорвать злость.

— Ты меня добить решила, шлюха? — прошипел он, резко отдёргивая руку и с размаху расплёскивая половину воды на паркет. — Ледяная же! Ты мне пальцы отморозить хочешь, дура⁈

Дуняша мгновенно побелела и принялась панически кланяться, лепеча извинения. Внезапный приступ ярости полностью накрыл Эраста: он с силой влепил горничной звонкую пощёчину. Девушка от удара отлетела на пол, подол её платья задрался, обнажая бедра, после чего она в ужасе подскочила и мгновенно сбежала из комнаты.

Эраст проводил её взглядом, вспомнив причину, по которой вообще держал её в доме. Эту служанку он нанял исключительно для личного пользования от скуки — при всех недостатках девка обладала действительно роскошной, привлекательной внешностью.

— Живо принеси нормальной воды! — крикнул он вслед убегающей горничной. — А как сделаешь это, жди меня в спальне! В той позе, какую я люблю!

Идти к ней он вовсе не собирался. Эраста пьянила сама картина того, как напуганная девка встанет раком на холодный паркет и будет часами дрожать в ожидании его прихода, боясь пошевелиться. Именно эта трусливая, садистская радость от власти над беспомощным человеком дала мгновенную разрядку, ненадолго перекрыв дикий страх перед отцом. Внутри стало чуточку легче…

«Вокруг одни идиоты…» — со злостью подумал Эраст, разглядывая пустой коридор. — «Абсолютно тупой скот, способный только портить мне настроение…».

Вторым под горячую руку попал слуга Прошка, подбежавший с чистым полотенцем. Полотенце было подано не с той стороны, и Эраст, желая испробовать новый способ унижения, заставил парня встать на колени и вытирать испачканные в крови сапоги. Прошка исполнил приказ абсолютно молча, с привычной покорностью слуги, исполняющего любую прихоть хозяина. Эраст с наслаждением вдавил каблук в его щеку, окончательно утверждаясь в собственной силе перед бессильной дворовой шелупонью.

Брезгливо пнув слугу напоследок, Эраст прогнал его прочь и остался один посреди гостиной. Короткая вспышка жестокости быстро исчерпала свой эффект, и страх снова прокрался в мысли мажора. Эраст нервно метался из угла в угол, то и дело поглядывая на часы и вымещая остатки ярости на попавшейся под ногу мебели.

Лекарь прибыл только через длинные пятнадцать минут, застав Эраста в состоянии предельной, взвинченной нервозности.

Мужик попался толковый, с огромным практическим опытом за плечами. Ему хватило одного беглого взгляда на повреждённую кисть, чтобы составить точную картину. Обычный сильный ушиб, слегка сорванная кожа и небольшая опухоль. Короткий импульс целительской магии в сочетании со специальной мазью гарантировал полное восстановление ткани уже через час.

Работы здесь было ровно