Человек государев 3 - Александр Горбов

Мы перешли через проезжую часть, и старушка улыбнулась.

— Благодарю вас, молодой человек. Мне, право, неловко вас просить, но если у вас есть пять свободных минут, не могли бы вы помочь мне дойти до дому? Ступеньки на крыльце такие скользкие, а я, боюсь, слишком стара, чтобы с них падать. Это здесь, рядом, вон в том переулке.

«Ага, что я говорил! Она тебя заманивает!»

«Прекрати. Ещё скажи, что она достанет нож и попытается меня ограбить».

Я не стал отказывать бедной женщине. Проводил её в соседний переулок и помог подняться на крыльцо доходного дома. Как мне показалось, льда на ступеньках там не было, и старушка просто перестраховывалась. Открыв дверь, я завёл её в парадную, пустую и гулкую.

— Ах, спасибо, молодой человек! Вы меня крайне выручили, и в благодарность я хочу угостить вас чаем с вареньем.

— Нет, благодарю покорно. Я тороплюсь…

— Я настаиваю.

Голос женщины резко изменился, и в нём лязгнул металл, будто из ножен вытащили саблю. И в тот же момент мне в бок упёрлось что-то твёрдое. Я опустил взгляд и увидел, что это ствол револьвера.

«Ага! — возликовал Захребетник. — Я же говорил! Вот тебе и безобидная старушка. Ну что, кто был прав?»

— Увы, но куда бы вы ни торопились, вас там не дождутся, молодой человек, — старуха усмехнулась. — Раз вы брезгуете моим чаем, вам придётся немного прогуляться с моими «внучками». Кое-кто очень хочет с вами поговорить.

Из-за парадной лестницы появились два мордоворота с оружием в руках. Если эти детины с лицами бывалых каторжников «внучки» старухи, то кто же она сама? Я потянулся к магическому резерву, чтобы зачерпнуть силу. Если быстро поставить щит, ствол отбросит от тела, и старуха не успеет выстрелить в меня.

«Спокойно, не дёргайся, — Захребетник остановил меня. — У меня всё под контролем. Давай посмотрим, кому мы отдавили любимую мозоль и о чём он хочет с тобой побеседовать».

— Вы поедете с нами, Михаил Дмитриевич, — пробасил один из мордоворотов, протягивая мне наручники. — Наденьте это.

От стальных браслетов даже на расстоянии тянуло кислой магической «юшкой», словно их только что зачаровал неумелый маг.

«Самодельные блокаторы, — тут же выдал Захребетник. — Смешной артефакт — блокирует магию только в кистях рук. Не бойся, у меня для такого случая есть отличный фокус, да и снять их не проблема».

Наручники защёлкнулись у меня на запястьях, и мордовороты указали на дверь. Но прежде чем уйти, Захребетник обернулся к старухе.

— Тебе, карга, эти фокусы ещё отольются.

— Нет, милок. — Она прищурилась и посмотрела дурным взглядом. Отчего у меня по спине побежали мурашки. — Мы с тобой уже не увидимся.

Захребетник покачал головой и ласково улыбнулся:

— Как знать, ведьма, как знать. А колдовство своё прибереги для кого другого, а то надорвёшься.

Старуха зло ощерилась.

— Не учи меня, щегол. Кабы на тебя заказа не было, я бы тебя так прокляла, что ты бы кровью харкал и ноги мне лизал, чтобы лёгкую смерть дала.

— Не сори словами, ведьма, — за каждое спросится. — Захребетник окатил её тяжёлым ледяным взглядом, отчего старуха пошатнулась, сделала шаг назад и схватилась за перила лестницы. — Ночью ходи да оглядывайся — из теней смерть твоя смотрит.

Она закашлялась и отступила ещё на шаг. А Захребетник обернулся к застывшим мордоворотам.

— Ну, что встали, двое из ларца? Везите, куда собирались.

На улице уже ждал экипаж с хмурым кучером на облучке. Мордовороты уселись с обеих сторон от меня, будто боялись, что я сбегу по дороге.

— Никаких фокусов, Михаил Дмитриевич, — предупредил меня левый, а правый демонстративно щёлкнул курком револьвера. — Вам не сбежать, так что не создавайте себе и нам проблемы.

Захребетник осклабился.

— Ох, «внучки», вы даже не представляете, какие проблемы я могу вам устроить. Впрочем, если будете молчать во время поездки, то, может, и останетесь живы.

Мордовороты переглянулись, хмыкнули, но всё же не проронили в пути ни единого слова.

* * *

Проехав через всю Москву, экипаж подкатил к знакомому особняку.

«Опаньки! — обрадовался Захребетник. — Ты посмотри, Миша, куда нас привезли. То нас не пускают туда, то, наоборот, сами приглашают внутрь. Что же, так даже лучше — не придётся гоняться за Тетериным по всей Москве».

«Главное, чтобы нас там не прибили. А то очень похоже, что билет нам выписали в один конец».

«Спокойствие, только спокойствие. Хотели бы убить — уже бы это сделали. А раз сюда привезли, значит, бывшему воеводе что-то от нас надо. Да и не сможет он мне хоть что-то сделать».

Захребетник вздохнул и слегка разочарованно добавил:

«Хотя, жаль немного, что это Тетерин. Его бы мы и так достали, а я, честно говоря, надеялся, что нас дёрнули по поводу нефрита. Самим выйти на поставщиков подделок будет сложнее».

Экипаж остановился, и мордовороты выгрузили меня на крыльцо. Взяли под локти и повели внутрь особняка. Там нас уже ждали: четверо хмурых дядек со смутно знакомыми лицами. Кажется, я видел их мельком среди служилых людей моего рода.

«А чего ты ожидал? Тетерин был вашим воеводой, вот и забрал с собой лично преданных людей».

Мордовороты молча передали меня с рук на руки и покинули особняк. А бывшие служилые повели в подвал, также не проронив ни слова. Хотя и бросали на меня взгляды, в которых удивление смешивалось с ненавистью и страхом.

«Узнали. И боятся мести за своё предательство. Правильно делают — я не оставлю нечестивцев без возмездия».

Наручники с меня снимать не стали. Усадили на табуретку перед металлическим столом и зажгли лампу, светящую мне прямо в лицо. А сами встали где-то за спиной, давя своим присутствием.

«Подвинься, Миша. Беседовать с Тетериным, если он сам соизволит прийти, буду я».

Захребетник перехватил управление и с хрустом покрутил головой, разминая шею. Потёр запястья, сдвинув наручники и, не оборачиваясь, спросил:

— Долго ждать-то? У меня встреча назначена, не хотелось бы опаздывать.

Ответа не последовало. Но меньше чем через минуту послышались шаги, и в круг света вступила коренастая фигура.

— Добрый вечер, Михаил Дмитриевич.

— Иван Митрофанович! Какая неожиданная встреча! — Захребетник улыбнулся. — Я всё думал, кто это меня так «вежливо» пригласил в гости? А это вы, старый друг рода Скуратовых.