Первый БПЛА Второй Мировой. Том 4 - Максим Арх

— Знаю, — опустил голову Лазутин. — Но и операция важна. Я же не могу одновременно быть и там, и тут.

— И вы выбрали быть там?

— Да. Ведь наша операция с поездом⁈ — он чуть не плакал. — Опять ты один пойдёшь⁈ А я⁈ Как же — я⁈

Ну что тут можно было сказать — только одно — у человека явно душевная травма и очень вероятно поехала крыша на почве диверсионно-разведывательной работы.

И я даже выругался:

— Ёлки-палки-моталки, ишь, диверсант-самоучка тут выискался. Шифрограммы не хочет принимать, видите ли… Дайте ему эшелоны захватывать!

Тот опустил голову и молчал, как молчали и другие члены отряда, явно ожидая решения от меня. А я думал.

«Вот же, блин, переклинило человека. Нет, с одной стороны — это плохо. Навязчивая идея быть в эпицентре событий вряд ли могла привести к чему-то хорошему. Но с другой — человек не боится и готов идти во все тяжкие ради общей цели».

Обдумал всё и через секунду сказал:

— Хорошо, хотите участвовать в операции — будете!

— А как же радиоэфир? — спросила Анна.

— Не волнуйтесь, не пропустим. Эдуард Алексеевич настроит рацию на нужную частоту, я включу компьютер и, на всякий случай, диктофон на запись передачи. Как вернётся с операции, так сразу же приступит к расшифровке.

Лазутин поднял голову, вытер глаза рукавом.

— Спасибо, — сказал он. — Спасибо вам, товарищи. Я не подведу.

— Идите, настраивайте, — сказал я. — И как сделаете, позовёте меня, покажете, как и что включать.

Бывший преподаватель ушёл, а мы вернулись к игре. Но веселья уже не было. Приближался вечер, и все понимали, что скоро начнётся самое серьёзное.

Боевая тревога была объявлена через час после ужина.

В 21:03 был обнаружен именно тот эшелон, который и был нам нужен и подходил по всем пунктам. Во-первых, Анне удалось через приближение рассмотреть, что, как минимум, в четырёх вагонах из десяти есть ящики с боеприпасами. Во-вторых, определить охрану (которая выходила на полустанке и охраняла поезд) — их было двенадцать солдат с офицером и размещались они в вагоне, что был в центре поезда. А в-третьих, состав шёл именно по тем путям, по которым нам и было нужно.

— Берём, — сказал я.

Кудрявцев кивнул и потянулся за автоматом.

— Группа, к выходу! — скомандовал он.

— Николай, — сказала Анна, не отрываясь от монитора. — Они уже близко. Через полчаса будут на месте.

— Успеем, — ответил я и повернулся к десантникам. — Всё, ребята. Время пошло. Ни пуха, ни пера!

Операция началась…

Глава 17

Захват

Как только «Семицветик» сравнялся с кабиной машиниста, я сразу же включил микрофон и зачитал текст:

— Achtung! Sie sind umgeben! Halten Sie den Zug sofort an! — И сразу же продублировал: — Внимание! Вы окружены! Немедленно остановить поезд!

О том, что последнее было необязательно, я понял сразу же, как только увидел, что и машинист, и кочегар одеты в немецкую форму. Однако всё же на русском повторил, исходя из того, что они могли быть из местных, перешедших на сторону противника.

Услышав мою речь, немцы мгновенно опешили и открыли от изумления рты, уставившись на неведомую летающую хрень умеющую говорить.

Так продолжалось пару мгновений, а потом кочегар схватил лопату, и хотел было замахнуться на дрон. Но не успел. Я нажал на спуск, и две стрелы вошли в его тело.

После чего я закричал:

— Тормози, говорю! Останови поезд, иначе последуешь за своим камрадом!

В этот раз обошлось без перевода, который был собственно уже и не нужен. И так было всё понятно. Машинист испуганно посмотрел на свалившееся тело напарника и, закивав начал торможение эшелона.

— Не делайте глупостей, и тогда будешь жить! — подбодрил того я и повернулся к Анне. — Ты держи его на мушке, а я займусь уничтожением охраны, а потом…

Договорить я не успел, потому что девушка выкрикнула:

— Николай, машинист спрыгнул! Атакую!

Я не успел даже обернуться и посмотреть на монитор, а уже катящееся по инерции после прыжка тело немца стало нашпиговываться гарпунами. К тому моменту, когда инерция закончилась, закончилась и жизнь машиниста, навеки оставшегося в канаве на чужой земле.

К этому моменту поезд заметно стал снижать ход, и мы переключились на дроны-бомбардировщики.

Собственно, ввиду того что охранный вагон был всего один, его уничтожение заняло совсем немного времени. Минута — и всё охранное отделение было нами полностью ликвидировано.

— Аня прикрывай, а я тащу десант, — произнёс я и взял управление «бэшкой».

Как только оба десантника были на месте, возник вопрос: на запасную ветку мы тащим весь поезд или часть вагонов оставляем здесь?

— Насколько я понимаю, интересующий нас боеприпас находится в первых трёх и в двух последних? — уточнил по рации Кудрявцев.

— Так и есть, — ответил я и тут же добавил: — Но не нужно обольщаться. Столь большого слона нам всё равно съесть никто не даст.

— То есть ты хочешь сказать — нам весь эшелон не перевезти, — уточнил разведчик.

— Перевезти-то можно, только времени у нас на это не будет. Немцы обязательно появятся на рассвете — не могут не появится и не начать поиски. Пропажа целого поезда — это не шутка. Поэтому предлагаю быть реалистами и надеяться, что хотя бы один вагон к тому времени мы сможем освоить. А если уж получится сделать два — то это вообще будет счастье.

— Согласен, — сказал Сергей и, посмотрев вверх, как бы невзначай обращаясь к висящему там беспилотнику, спросил: — Тогда отцепляем пять последних вагонов?

— Делайте, — согласился я.

Не теряя времени, диверсанты направились к остановленному эшелону. Они шли считая вагоны и вскоре нужный был найден. Самсонов присел у автосцепки, осмотрел механизм и кивнул Кудрявцеву.

— Вот тута…

Сергей поднял рычаг расцепки и потянул. Механизм поддался не сразу — то ли заржавел, то ли просто тугой попался. Лазутин помог и навалился плечом. Скрипнуло железо, что-то лязгнуло, и сцепка наконец-то разошлась.

— Вроде отцепили, — произнёс в рацию Сергей. — Вот у них голова сломается от непонимания, куда делся паровоз и часть состава.

— Да уж! — крякнул Самсонов, стоящий рядом, и тут же задал вполне закономерный вопрос: — Николай, а я вот