Первый БПЛА Второй Мировой. Том 4 - Максим Арх

С ней я был полностью согласен, но у меня родилась другая идея.

— А зачем нам вообще на базу летать? Будем перезаряжаться прямо у вагонов, благо там и заряжающие в виде Кудрявцева и Лазутина есть. Это ж тогда существенно сэкономит время подлёта — вместо тридцати километров туда-обратно, всего шесть.

— Отличная идея, Коленька, — согласно закивала Анна.

Решение было принято единогласно, я взял рацию и сообщил о нём нашей диверсионно-разведывательной группе, правда работающей пока исключительно грузчиками.

Кудрявцев всё внимательно выслушал и сухо ответил:

— Вас понял.

— Но ведь, перевозки мин и снарядов тогда прекратятся, — донёсся из рации голос Лазутина, который очевидно находился рядом.

— Они так и так прекратятся, — ответил я. — Некогда нам будет возить «товар» в нашу берлогу. Мы с Аней немчуру долбить будем. А так как мы не осьминоги и рук у нас ограниченное количество, то нужно выбирать что-то одно — либо бой, либо грузоперевозки. В нашей ситуации, хотим мы этого или нет, а должны выбирать именно бой. А то если солдаты противника разбредутся по округе, то и на вас выйти смогут.

— Ты полностью прав, — произнёс Кудрявцев и добавил: — Сейчас начнём готовить боезапас. Ждём беспилотники.

И вскоре я уже подвёл одну «шестьдесят пятку» для пополнения.

Диверсанты — подвешивали заряды быстро, молча и без лишних слов, ибо делали они это уже не раз и каждый знал своё дело. Лазутин подавал гранаты или мины, Кудрявцев крепил их на подвесы и проверял — держит ли. Когда первый дрон был заряжен, я повёл его к условленному месту, а на перезарядку подлетел беспилотник управляемый Анной.

Мой расчёт был прост: выйти к повороту раньше колонны, зависнуть над дорогой, ударить в голову — по первой машине, и сразу же по последней. Остальные встанут. Начнётся толчея в узком месте. И вот тут уже наносить удары по центру колонны. Тактика нехитрая тактика, но рабочая и нами уже не один раз проверенная.

Как только первый дрон вышел на позицию, через его камеру сразу же стала видна колонна — девять машин ехали по просёлочной дороге, поднимая за собой пыль столбом.

Стал подводить второй дрон — и в этот момент краем глаза заметил движение на соседнем мониторе, где висел дрон-наблюдатель.

Колонна остановилась. Причём прямо посреди дороги, не доезжая до поворота. Машины встали одна за другой, и из кузовов начали выпрыгивать солдаты. Офицеры стояли у обочины, что-то кричали и указывали руками в разные стороны. Один из них — судя по фуражке, постарше чином — периодически переставал орать и смотрел в небо, прикрывая глаза ладонью.

Солдаты в это время организованно выстраивались в цепи по разные стороны дороги, очевидно, ожидая команды на движение.

Грузовики стояли вплотную друг к другу. Водители заглушили моторы. Несколько человек с автоматами залегли прямо у колёс машин, задрав стволы вверх.

— Они пешком решили идти! Аня, давай жми прямо туда и присоединяйся! — закричал я и тут же довернул свой дрон к цепям противника, надеясь добраться до них прежде, чем солдаты успеют разойтись на безопасное расстояние друг от друга.

— Уже иду, — коротко ответила девушка.

Первую мину сбросил на головную машину, у которой толпился личный состав, ещё не успевший рассредоточится. Я немного промазал, и взрыв лёг чуть в сторону. Но, тем не менее, осколки хлестнули по борту, и с десяток фигур, не успевших отойти, упали.

В следующую секунду над колонной поднялся крик. Немцы бросились врассыпную, на ходу беспорядочно стреляя вверх. Кто-то споткнулся и упал, кто-то залёг прямо на дороге, кто-то метнулся в придорожные кусты.

Второй сброс лёг точнее — между второй и третьей машиной. Грузовик вспыхнул. Пламя перекинулось на тент соседнего. Несколько человек побежали к кювету, падая и снова поднимаясь. Тот самый офицер в фуражке не убежал. Он стоял у горящей машины и орал на своих подчиненных, пытаясь удержать людей от паники и вероятно выстроить хоть какую-то линию обороны.

Ни о какой обороне тут речи идти не могло, ибо было совершенно не в наших интересах, а потому третья мина легла точно ему под ноги.

Три следующих сброса ушли по залёгшим цепям. Массовой гибели солдат противника они не смогли обеспечить, но всё же очередной десяток-полтора ликвидировать мне всё же удалось.

Посмотрел на свою напарницу и отметил, что на столе перед ней лежит два пульта, которыми она одновременно управляет.

— Один оставляю в резерве, — донёсся её голос. — Атакую с первого.

Как оказалось, она уже была над полем боя и тут же включилась в работу.

«Отличная идея. Тоже так сделаю», — сказал себе я.

Направил опустевший дрон на перезарядку к Кудрявцеву, а перед собой положил те же два пульта.

Чтобы не рисковать поднял в воздух дроны по одиночке. Вывел на заданную высоту и когда всё было готово одновременно нажал на стики на обеих пультах «вперёд». Конечно, управлять двумя одновременно была та ещё задача, но за последние недели навострился — руки уже сами знали что делать, а глаза — на какой экран смотреть и в какой момент.

Когда подлетел к горящей колонне, картина открылась довольно неожиданная.

Анна успела поработать основательно. Три грузовика из девяти были уничтожены — один почти сгорел дотла, а два других ещё дымили столбами чёрного дыма, которые было видно, наверное, километров за десять. Вдоль дороги лежали тела — у машин, в кювете, а кто-то прямо посреди дороги. Многие раненые и контуженные солдаты противника пытались уползти в кусты, волоча за собой кто ногу, кто руку.

Часть немцев разбежалась по полю. Они рассыпались в стороны и некоторые уже были далеко. Несколько человек залегли в ямах и под упавшими деревьями на опушке — лежала тихо, не двигались и надеясь слиться с землёй. Однако были и те, кто пытался сопротивляться неизбежному и стрелял вверх. Их было немного и палили они в небо довольно редко — то ли патроны кончались, то ли руки от страха перед местью с небес, уже не держали оружие.

— За лесополосой ещё человек двадцать, — сообщила Анна. — Уходят полем.

— Вижу. Добивай своим, а я займусь теми, кто под грузовики залез…

Сорок минут мы их там колошматили. Работали методично, без спешки, без лишних эмоций — просто монотонная, неприятная работа. Несколько раз