Первый БПЛА Второй Мировой. Том 4 - Максим Арх

— Давайте со второго, — тут же ответил я и пояснил свою мысль: — Мины и гранаты для нас более универсальны. А как натаскаем — тогда и на снаряды переключимся.

И работа закипела.

С одной стороны, она была несложной, но с другой — муторной и тяжёлой. Диверсанты заходили в вагон, брали ящик с боеприпасами — вдвоём, благо иначе не поднять, — и тащили его к одной из пяти посадочных площадок, заранее размеченных на поляне. Там из таких же ящиков они сооружали что-то вроде небольшого помоста, чтобы дронам было куда опуститься. После того как это было сделано они ставили груз, обматывали его верёвкой, вязали узлы, цепляли карабин к подвеске и дрон медленно уходил вверх неся ящик или два. Они же разворачивались и шли обратно — за следующим грузом.

В операции по перевозке были задействованы четыре «шестьдесят пятки» и «бэшка». Поддержку осуществляли «Алый», «Сотка-А» и все гарпуноносцы. «Семицветик» же был в запасе. Таким образом, непосредственно боеприпас возило всего пять беспилотников, и суммарный вес перевозимого варьировался от трёхсот двадцати до трёхсот сорока килограммов. Это было очень неплохо, но всё же не так хорошо, как хотелось бы. И всё из-за того, что таскать нам приходилось сразу на базу — а это пятнадцать километров только в одну сторону. Потом быстрая разгрузка, если нужна — смена батарей, и обратный путь — вновь всё те же пятнадцать километров.

Для того чтобы увеличить массу перевозимого груза, вскоре возникла идея снятия с боевого дежурства «ашки» и пятую, последнею «шестьдесят пятку».

— Толку что они наблюдают — всё равно ведь ночь. А ночью немцы в лес точно не сунутся, — попытался обосновать своё предложение Кудрявцев.

— А если сунутся — что будем делать? — усомнился я в таком подходе.

— Так у нас же «Алый» заряжен. У него пять сбросов. Думаю, отобьёмся.

— А я думаю, что это плохая идея, — не согласился я.

— И я так думаю, — поддержала меня Анна и, чтобы вопросов не возникло, тут же обосновала: — Один дрон не сможет нормально контролировать такое большое расстояние и количество точек.

— Так есть же ещё и другие дроны, — заметил Лазутин, явно принимая сторону Сергея.

— Они все не предназначены для массированных ударов, — парировал я. — Вы же сами знаете, что немцы в нашем районе находятся начеку. Мы не можем вами рисковать, а потому пусть даже мы за время операции перетащим боеприпасов меньше, зато шансы на то, что вы все будете в целости и сохранности, будут значительно больше. А потому идею товарища Сергея мы отметаем и продолжаем работать, как работали. Тем более что всё равно с таким большим количеством дронов мы не справимся, потому что операторов у нас — раз-два и обчёлся.

Троица диверсантов недовольно побурчала, но никто спорить не стал. Оно было и понятно. Бойцы, были настроены побыстрее сделать дело и скорее вернуться домой. Но именно из-за того, что я тоже хотел именно этого, я и отказался уменьшать наше боевое прикрытие.

Однако кое-что для оптимизации процесса доставки нам сделать всё же удалось. Для того чтобы было проще возвращать дроны от убежища к поезду, и существенно уменьшить разрядку батарей у «шестьдесят пяток», решили упростить этот этап.

Рационализаторское предложение пришло в голову Анне.

— Зачем нам самим беспилотниками управлять, когда за боеприпасами летим, если их может «бэшка» спокойно перевезти? Она же сто килограммов поднимает — так все четыре «шестьдесят пятки» весят всяко меньше.

Идея была очень перспективной, и она существенно облегчила труд операторов, то есть нас. Однако она не спасла от того, что наши диверсанты, вытащив чуть ли не все ящики из вагона, стали «простаивать».

Но это было ожидаемо — мы не могли перемещать груз мгновенно, на это требовалось время. Более того, это время требовалось не только на то, чтобы привезти дрон или отвезти его обратно, но и на переустановку аккумуляторов, зарядку тех самых аккумуляторов и банально — на разгрузку привезённых ящиков. Одним словом — мы с Аней зашивались.

Услышав мои пояснения по этому поводу, Кудрявцев предложил:

— Так может, кому-то из нас вернуться? — Он задумчиво посмотрел на мотающего головой Лазутина, который явно давал понять, что ни о каком его возвращении до окончания операции не может идти и речи, и, переведя взгляд на стрелочника, добавил: — Кондрат Петрович, например, может вернуться.

— Э-э, а как же паровоз? — удивился Самсонов.

— А что с ним? Стоит себе и стоит — хлеба не просит, — хохотнул Сергей.

— Так это… а если надо будет его того — вести куды-нибудь?

— Нет! Не будет такой надобности. Он уже приехал туда куда надо и тут останется, — пояснил командир диверсантов и произнёс в рацию: — Так как? Возвращаем дядьку Кондрата?

Я на секунду задумался. С одной стороны, там тоже руки были не лишние. Но с другой — они уже и так почти целый вагон вытащили на землю, а для того чтобы подвязывать ящики к беспилотнику, двоих человек вполне хватит.

А потому я принял решение:

— Возвращаем! — И в следующем рейсе прицепил к «Сотке-Б» люльку для перевозки пассажиров.

С прибытием на базу Самсонова работать стало легче — хотя бы потому, что теперь мне не нужно было заморачиваться со сменой батарей и установкой их на перезарядку. Всё это взял на себя вновь прибывший, который, являясь человеком технически подкованным, очень быстро уяснил, что от него требуется.

Продолжался наш относительно беззаботный созидательный труд до двух часов ночи, когда Галиной Ивановной была замечена дрезина, направляющаяся по главному железнодорожному пути со стороны Согравска.

— Как будем действовать? — задала закономерный вопрос Анна, сразу, как только услышала сигнал от матери.

Я стал размышлять вслух:

— Пока доберутся, пока в темноте осмотрят, пока вернутся в город, пока доложат… думаю, час пройдёт, а то и больше.

— Ты хочешь их отпустить? — удивилась девушка.

— Пока не знаю. Думаю, что будет для нас лучше: ликвидировать их или отправить восвояси с удивительным донесением — обнаружено пять вагонов, один из которых уничтожен, а паровоз и ещё четыре вагона куда-то испарились.

— Если ликвидировать тихо, то это даст нам ещё какое-то количество времени. Ведь что случилось с поисковой группой, в городе