Льюис Хэмилтон. Шестикратный чемпион мира - Фрэнк Уоррэлл

Хэмилтон же просто голоден до побед. И не говорите, что все дело в поддержке McLaren. Выступай он хоть в Honda, Хэмилтон все равно бы показывал более высокие результаты, чем их нынешние пилоты! Льюис определенно имеет огромные шансы стать величайшим спортсменом всех времен. Его личность окажется значимее для спорта, чем личность Тайгера Вудса, – и заметьте, я поклонник гольфа».

Наконец, итог невероятному эффекту, который Льюис произвел в «Формуле-1», подвел Луис Грэм из Сент-Айвс в графстве Корнуолл: «Британскому автоспорту очень повезло с Хэмилтоном – фактически он его спас. Льюис привлек тысячи новообращенных фанатов, освежил «Формулу-1» и поднял уровень зрительского интереса к автогонкам, рейтинги которых значительно уступали футбольным трансляциям.

Кроме того, Хэмилтон – хороший парень, а это редкость среди современных звезд. Он живое доказательство тому, что хорошие парни иногда побеждают. Льюис, мы гордимся тобой и будем поддерживать тебя много лет – а теперь вперед, выиграй больше трофеев, чем Шумахер!»

Полностью присоединяюсь к этим словам, Льюис.

Глава 10. Ограбление в Монте-Карло[22]

«Ограбление на улицах Монте-Карло» – так можно описать случившееся с Льюисом Хэмилтоном в Монако 27 мая 2007 года.

Правда, когда гонщики только приехали в так называемый «рай для плейбоев», ничто не предвещало беды. Как мы уже говорили, в Монако Льюису очень нравится: в конце того сезона он даже признался, что не против там жить. В ту среду светило солнце, напряжения не чувствовалось, к тому же уличные трассы по душе всем пилотам, с которыми мне доводилось общаться. Городские гонки имеют свои особенности, а узкие извилистые улицы словно бросают вызов мастерству гонщиков, который те принимают с радостью. Сам Льюис о трассе говорил следующее: «Этот трек, конечно, не прощает ошибок, и самое главное здесь – чувствовать машину на торможении и знать все неровности полотна…»

А как у него дела с Алонсо? Изменилось ли что-то в их отношениях сейчас, когда они снова встретились на гонке? «По-моему, ничего не изменилось. Думаю, отношения с членами команды становятся все теснее. Я уже очень давно нахожусь в системе McLaren, и мы постоянно прогрессируем – чтобы добиться успеха, работаем слаженно, работаем очень много, и все идет отлично. Вы и сами это видите. Думаю, наши отношения с Фернандо тоже развиваются. Вроде мы начинаем понимать друг друга. И, конечно, взаимное уважение никуда не делось. Все в порядке».

Но оставался ли Алонсо все еще первым номером; был ли Льюис по-прежнему учеником при мастере Фернандо? «Если честно, мне не кажется, что наши отношения должны сводиться к банальному мастер – ученик. Как, наверное, в любой команде, соперничество между нами есть, но оно остается на трассе. Мы профессионалы. Вне гонок мы друзья – можем спокойно поболтать, напряжения нет никакого». Привык ли Льюис к свалившейся на него славе? «Знаете, вся моя карьера – это американские гонки. Сначала попасть в «Формулу-1», а потом выиграть четыре подиума в первых четырех гонках – это намного труднее, чем кажется. Я ведь даже сам до конца поверить не могу. Смотришь запись гонки и думаешь: «Ничего себе, я финишировал вторым, после Фелипе Массы!» Просто последние несколько лет я следил за этими парнями, восхищался их выступлениями. А теперь я среди них. Привыкнуть к этому действительно сложно…

Я почти не читаю, что пишут обо мне в Великобритании. Наверное, это и есть мой способ справляться с давлением. Мне это не очень нужно. Внимания становится все больше, и так я его ограничиваю. Приятно, когда твое лицо в журнале или газете. Чувствовать поддержку – здорово, и я слышал, что пишут обо мне неплохо, так что я всем доволен».

Писали о нем действительно «неплохо». Вчерашний мальчик становился гладковыбритым супергероем, и бренд «Хэмилтон» – как некогда и бренд «Бекхэм» – потихоньку начинал создаваться. В этом спорте, для которого привычны излишества и гедонизм, дружелюбный, простой в общении, уравновешенный Льюис разительно отличался от большинства. К чести Хэмилтона нужно также вспомнить, как он посмеялся над сделанным несколькими днями ранее предположением Эдди Джордона, заявившего, что дебютанту, возможно, не хватает спортивной злости, без которой нельзя стать чемпионом: «Льюису повезло с серьезной командой, где такая отличная организация: он вряд ли получил бы нечто подобное где-нибудь еще. Но если бы ему было нужно сделать то, что сделал Шумахер с Жаком Вильнёвым или Дэймоном Хиллом, пошел бы на это Льюис? А для успеха это необходимо. Главное – психология, и ради победы ты должен быть готов на все.

Любой, кто это отрицает, либо лжет, либо не выжал максимум из своих способностей. В характере должна быть сталь, которой мы пока не видели: иначе Хэмилтон не продержится долго. Для того чтобы побеждать, необходимо высокомерие. Высокомерен ли сэр Алекс Фергюсон? Да. Жозе Моуринью? Да.

Победители редко бывают приятными в общении, несмотря на все свои попытки. Обычно это безмерно эгоистичные, чрезвычайно высокомерные и абсолютно уверенные в себе люди. Во время соревнований для таких важен только результат».

Когда Льюису передали эти слова, он лишь отмахнулся: «Не уверен, что я согласен с девизом «победа любой ценой». Конечно, все мы здесь хотим выигрывать, поэтому тренируемся, работаем на своем пределе, но идея победить любой ценой мне не близка. Хотя, разумеется, у каждого гонщика свое мнение». Так Льюис дал сдачи ирландцу, который долгие годы, казалось, наслаждался шумихой вокруг себя – верил, что он и есть оракул и спаситель «Формулы-1».

В заочную дискуссию вмешался Рон Деннис, заявивший: «Некоторые гонщики готовы на все ради победы. Они выступали в «Формуле-1» и уходили, но Льюис совсем другой. Людям нравится, что хорошие парни тоже могут выигрывать. Хэмилтон для нас не просто прекрасный гонщик, который наступает на пятки двукратному чемпиона мира, но – как и Фернандо Алонсо – прекрасный человек. Здорово работать с двумя такими парнями, а с учетом популярности Льюиса можно сказать, что это – просто мечта».

Хэмилтон, полностью уверенный в себе и в своей команде, перед свободными заездами провел время с отцом – перекусил и немного отдохнул. В первой сессии британец стал вторым после Алонсо, показавшим лучшее время круга (1:16,973). На самом деле поначалу Хэмилтон превосходил напарника, но из-за проблем со стартерным мотором смог завершить только 14 кругов из 32. Проигрыш Алонсо составлял 0,6 секунды.

Во второй сессии все в McLaren переполошились, когда Льюис, отчаянно пытаясь превзойти время Фернандо, допустил серьезную ошибку. Неприятности начались через час после старта квалификации: Хэмилтон затормозил перед правым и первым на круге