Учение о предопределении - Уильям Перкинс

То же говорит и Григорий Великий: «Для Бога “не знать” означает “отвергать”»[139]. Опять же, если действенно искуплены все и каждый, то все и каждый примирены с Богом, потому что прощение грехов и удовлетворение за них неразрывно связаны друг с другом. Сам апостол Павел связывает искупление в прощение греха, когда говорит: «…в Котором мы имеем искупление кровию Его, прощение грехов» (Еф. 1:7; Кол. 1:14). Также и Проспер говорил: «Для обновления людей недостаточно только того, что Иисус Христос родился как человек, а требуется, чтобы люди возродились в том самом Духе, от Которого Он был рожден; точно так же для искупления людей недостаточно того, что Господь Христос был распят, но требуется, чтобы люди умерли и погреблись вместе с Ним в крещении»[140]. Из сего я делаю следующее заключение: не все примиряются с Богом, и не все получают прощение грехов; ибо тогда все люди были блаженны (Пс. 31:1). Но также невозможно, чтобы все люди погибли, ибо сказать так обо всех и каждом было бы очень жестоко.

В-третьих, Христос отдал Себя, чтобы освятить Себе «народ особенный» (Тит. 2:14), то есть избранный среди прочих, как драгоценное сокровище, принадлежащее Ему. Потому Христос не имел целью принести Себя в жертву искупления за всех и каждого человека без исключения.

В-четвертых, всем тем, кому предназначено искупление, Богом дано усыновление через Христа. Но усыновление, то есть принятие в качестве чад Божиих, даже Богом подается не всем и каждому (Ин. 1:12). Ибо возможность усыновления, благодаря которой человек из чада гнева превращается в чадо Божие, дана только тем, кто верует во Христа и принимает Его. Как говорит Августин: «Ведь и те суть чада Божии, кто, не принадлежа еще к нам, христианам, уже принадлежат Богу… Им предстояло стать едиными, уверовав благодаря проповеди Евангелия, и однако еще прежде чем это произошло, уже были они чадами Божиими, будучи с непоколебимой твердостью записаны в памятную книгу Отца своего. И напротив, есть некие, кого мы называем чадами Божиими из-за благодати, воспринятой ими как бы на время, но не таковы они для Бога»[141].

В-пятых, с точки зрения Бога, никто не искуплен по-настоящему, кроме тех, кто освобожден как от осуждения за грех, так и от владычества греха. В этом согласны древние отцы. Августин говорит: «Бог через того Посредника… показал, что тех, кого Он искупил Его кровью, Он сделает из злых навеки добрыми»[142]. И еще: «Тот Единородный Сын пришел искупить грехи, которыми мы были опутаны, поскольку из-за преграды их Он не мог усыновить нас; Он искупил нас, кого Он решил сделать братьями для Себя, и сделал сонаследниками»[143]. И еще: «Христос не хочет совладения, но один хочет обладать тем, что Он приобрел. Он так много заплатил за то, чтобы быть единственным владельцем»[144]. Исихий Иерусалимский[145] говорит: «Христос, пострадавший за нас, освободил нас от греха и рабства ему»[146].

Из всего этого я делаю такой вывод: не все люди без исключения искуплены от обеих упомянутых выше сил греха. Ведь даже если допустить, что со стороны Бога они освобождены от осуждения, они все же не в такой мере наделены благодатью, чтобы грех больше не царствовал в них. Поэтому для таких людей Христос является лишь наполовину искупителем, а значит, и вовсе не искупителем. Подумайте сами: какая польза быть юридически свободным от наказания, если вы по-прежнему остаетесь рабом греха? Это подобно тому, как если бы узник был признан невиновным, но остался бы закованным в цепи внутри темницы. Наконец, давайте внимательно рассмотрим суждения древних авторов на этот счет.

Амвросий Медиоланский[147] говорит: «Если ты не веришь, Христос пришел не к тебе, не ради тебя пострадал»[148].

Августин говорит: «Всякий рожденный – осужден; никто освобожден, кроме того, кто возрожден»[149]. И еще: «Хорошо сказано: “Я помилую того, кого помилую, и окажу милосердие тому, кому окажу милосердие” (Рим. 9:15). Ведь если весь мир пребывает в рабстве, весь мир пребывает в грехе, весь мир справедливейшим образом определен к наказанию, но частично люди освобождаются по милосердию, то кто может сказать Богу: “Почему Ты осуждаешь мир?”»[150] И еще: «Тот, Кто искупил нас столь великой ценой, не хочет, чтобы погибли те, кого Он искупил. Он искупил не тех, кого хочет погубить, а тех, кого хочет оживотворить… Он искупил нас великой ценой»[151]. И еще: «Чья это милость, как не Его, пославшего Иисуса Христа в мир спасти грешников, которых Он и предузнал, и предопределил, и призвал, и оправдал, и прославил? (ср.: Рим. 8.29–30)»[152].

Бернард Клервоский говорит: «Ни в чем из этого Христос не нуждался; это все было не для Него самого, но это все было ради избранных. “Устыдятся Сына Моего” (Мф. 24. 22), – говорит Отец милосердия. Истинно так, Господи, устыдятся Его. Но кто? Ясно, что не иудеи, к которым Он был послан, а избранные, ради которых Он был послан»[153].

Гаймон Осерский говорит: «Если из-за преступления одного человека, Адама, не только отверженные и великие грешники, но и избранные умерли временной смертью (телесной, но не душевной), то тем более преизобиловала и возросла благодать Божия, и дар через благодать Иисуса Христа во многих, то есть в избранных. Ведь благодать преизобиловала, или гораздо более изобиловала, именно в том отношении, что прощение грехов в избранных превзошло грех, потому что благодать не только устранила в избранных не только тот первородный грех, по причине которого мы были ввергнуты в смерть души и тела, но и все частные грехи, и сверх того даровала им жизнь, длящуюся без конца»[154].

Фома Аквинский говорит: «Заслуга Христа в смысле достаточности одинаково распространяется на всех, но в смысле действенности это не так – отчасти по причине свободного решения, отчасти по причине Божественного избрания, которым одним людям по милосердию предоставляется действенность заслуг Христа, а для других людей по справедливому суду она остается недоступной»[155].

Возражение первое

Против этого можно возразить следующее: Писание утверждает, что Христос искупил весь мир.

На это отвечу, что слово «мир» в апостольских Писаниях не означает всех людей от Адама, но подразумевает все народы в этом последнем веке мира. «Бог, – говорит Павел, – во Христе