Семнадцать мгновений любви. Романтические истории внуков Пушкина - Лариса Андреевна Черкашина

Что в мой жестокий век восславил я свободу

И милосердие воспел.

Знать бы поэту, сколь часто в биографии его внучки звучало слово «милосердие»! Прежде всего в названии общины, ставшей частью судьбы Надежды Александровны. И её великого служения, или «Святого жребия», по Пушкину.

Газета «Новое время» поместила на своих страницах некролог под заглавием «Кончина внучки Пушкина»: «В Москве получено известие о кончине настоятельницы московской Иверской общины сестёр милосердия Красного Креста Н.А. Пушкиной… Во время Русско-японской войны Н.А. Пушкина прошла курс и получила звание сестры милосердия. С этого времени она всецело отдалась делу помощи больным. В 1909 г. Н.А. была назначена настоятельницей Иверской общины. Заняв эту должность, она вся ушла в это дело. Больные, лечившиеся в Иверской общине, всегда слышали её ласковые слова и чувствовали её заботу и внимание к ним. Она старалась внушить такое же отношение к больным и своим подчинённым. Она хотела, чтобы сёстры милосердия были на высоте своего призвания, и по её инициативе были открыты курсы по целому ряду новых предметов. Покойная, отзывчивый и сердечный человек, пользовалась общей любовью в Иверской общине».

Ей самой не довелось стать ни женой, ни матерью. Но всю свою нерастраченную любовь Надежда Пушкина отдала тем, кто более всего в ней нуждался: больным, раненым, сиротам.

Царственные сближения

В дневнике, что вёл наследник престола великий князь Николай Александрович, будущий Государь Николай II, есть одна необычная запись: тётя Элла (великая княгиня Елизавета Фёдоровна) устраивает спектакль «Евгений Онегин», где одна из ролей предназначена ему!

Вот эти строки: «13‐го февраля. Вторник. Начал разучивать свою маленькую роль из «Евгения Онегина», для крошечного спектакля т. Эллы».

В другой, мартовской записи, наследник упоминает о поездке к известному петербургскому фотографу Бергамаско, где «снялся в обоих костюмах с Татьяной». Уж не Онегина ли играл на дворцовых подмостках будущий император? И где те неизвестные ныне бесценные фотографии?

И всё-таки один старинный снимок мне удалось найти. Правда, запечатлена на нём сцена из спектакля, разыгранного на подмостках Царскосельского театра: цесаревич Николай Александрович предстаёт в образе Евгения Онегина, а великая княгиня Елизавета Фёдоровна играет Татьяну Ларину.

  Ты в сновиденьях мне являлся,

  Незримый, ты мне был уж мил,

  Твой чудный взгляд меня томил…

Тот же домашний спектакль, задуманный Елизаветой Фёдоровной, прошёл в её петербургском дворце на Невском проспекте в 1889‐м. Пушкину в том году сравнялось бы девяносто, и год был пушкинским, юбилейным…

Трепетно относилась к славному творению великого деда и его внучка Надя. Будучи с осиротевшими малышами в Каннах и успев за месяцы соскучиться по России, Надежда вдруг получает от сестры Анны в подарок новое издание «Евгения Онегина». По семейным воспоминаниям, Надежда Александровна, как взяла заветную книгу, так и не выпустила её из рук, пока на едином дыхании не перечла затверженные наизусть строфы.

…Великая княгиня Елизавета Фёдоровна любила Иверскую общину сестёр милосердия, называла своей, трепетно относясь ко всем её нуждам и запросам. К слову, августейшим попечителем Иверской был и её супруг великий князь Сергей Александрович.

Он стал первым из царственных Романовых, убитых в минувшем веке: 4 февраля 1905‐го, при подъезде к кремлёвской Никольской башне. Бомба, что метнул в экипаж Сергея Александровича эсер-фанатик Иван Каляев, буквально разорвала на куски несчастного князя!

Великая княгиня Елизавета Фёдоровна остановила часы на скорбной отметке: 14 часов 45 минут. По роковому стечению обстоятельств, в то же самое время, но в ином столетии, замерли стрелки часов в кабинете усопшего поэта, в доме на набережной Мойки… На третий день после трагедии княгиня-вдова нашла в себе силы войти в тюремную камеру убийцы мужа, увещевая того раскаяться и просить у Господа прощения.

…После трагедии Елизавета Фёдоровна распродала все свои драгоценности, употребив вырученные средства на благотворительность. И основала Марфо-Мариинскую обитель. Историки церкви говорят, что Елизавету Фёдоровну подвигло к сему решению дела милосердия Иверской общины. Одно благое дело послужило предтечей другому!

Так уж совпало по времени, что новая обитель распахнула свои врата на Большой Ордынке 10 февраля 1909 года, а двумя днями ранее в подмосковной Лопасне не стало любимицы и самого преданного друга Надежды Пушкиной – сестры Веры.

Мнится, что в названии самой обители, наречённой в честь евангельских сестёр – праведных Марфы и Марии, – заключено некое небесное знамение. Ведь и царственные сёстры – Елизавета и Александра – войдут праведницами в сонм русских святых.

В тот февральский день великая княгиня, сняв траурный наряд, навсегда облачилась в монашеское одеяние: «Я оставлю блестящий мир, где я занимала блестящее положение, но вместе со всеми вами я восхожу в более великий мир – в мир бедных и страдающих».

…Елизавета Фёдоровна не уехала из Москвы после октября 1917‐го: отказалась принять помощь немецкого императора Вильгельма II и покинуть революционную Россию, полагаясь во всём, как истинно верующая, на Господнюю волю. Посланнику кайзера она ответила, что «не может оставить свою Обитель и вверенных ей Богом сестёр и больных».

Великая княгиня осталась на своём посту милосердия. «Я испытываю такую глубокую жалость к России и к её детям, которые в настоящее время не знают, что творят, – в одном из писем признавалась великая княгиня. – …Великой России, увы, больше нет. Но Бог в Библии показывает, как Он прощал свой раскаявшийся народ и снова даровал ему благословенную силу».

И последние раздумья Елизаветы Фёдоровны – откровения праведницы: «Я просто уверена, что Бог, который карает, есть в то же время Бог, который любит. И если мы верим в жертву Отца, отправившего Сына на смерть ради нас и воскресение, наши бедные человеческие сердца и суетный разум переживут моменты, которые кажутся ужасными».

  Ужасный век, ужасные сердца!

В 1918‐м, на Святой Пасхальной неделе Елизавету Фёдоровну арестовали, отправили в Пермь, затем в Екатеринбург и в Алапаевск. Вместе с ней в заточении находились и другие Романовы: великий князь Сергей Михайлович, князья-братья Иоанн, Константин и Игорь Константиновичи, сын великого князя Павла Александровича князь Владимир Палей.

Дом культуры в селе Красносвободное, бывшее Арапово, на месте захоронения Надежды Пушкиной

В ночь с 17‐го на 18‐е июля чекисты привезли узников к заброшенному железному руднику близ Алапаевска, силой столкнули несчастных в шахту и забросали гранатами. Единственный, кто оказал сопротивление, – великий князь Сергей Михайлович, который был застрелен. Из глубины шахты, обратившейся могилой для царственных мучеников, ещё несколько дней доносились стоны,