Свет неугасимый - Людмила Юрьевна Ефремова

узнать, что есть чистота и добро? Уничтожь хаос, насади порядок – все будут ходить как по струнке, где уж тут быть творцом! И самое удивительное материализованное доказательство жизненной необходимости присутствия в Мире двух полярных начал – создание в едином человеческом существе двух сущностей: мужской и женской.

Совершенно очевидно, что Создатель в процессе творения мало пользовался линейной логикой. Поэтому в разделении Человека на мужчину и женщину смыслов множество, из коих первый – продление рода. Это не набившая оскомину идиома – это способ экономии энергии. Создание Адама оказалось процессом крайне энергоёмким, хотя качество такого продукта было отменное. То, что Господь в качестве первой женщины сотворил Лилит, говорит о Его экспериментаторской жилке. Допустив ошибку, Он тут же её исправил, не задумываясь, но сохранил исходный материал, Адама, так же как впоследствии поступил с семейством Ноя и в случае со всемирным потопом – каждой твари по паре. Первая женщина и первое народонаселение Земли не отвечали заданным требованиям: вели себя не так, как им пристало, за что и поплатились. Так Господь учился строить и управлять.

Ничего плохого в этом нет. Вообще «плохо» или «хорошо», эти и другие этические категории, поведенческие характеристики и нормы по сути своей – проявление социума, то есть сообщества людей, в котором так или иначе надо уживаться. Бог же один и един, для Него нет ни добра, ни зла – есть задача развития и прямые или побочные результаты её решения. Сотворив не просто Человека, а Человека-мужчину и Человека-женщину (хоть Ева и произошла из ребра Адама, но всё же стала самостоятельным существом), Всевышний уже сотворил и социум как таковой, и ещё одну дихотомию. Проявление в Мире «добра» и «зла» оказалось неизбежным и не единственным последствием создания человеческой пары и всего лишь вопросом времени. Теперь можно было не только не заботиться о размножении рода человеческого, который в целом должен был решать задачу глобального развития, но и заодно включить механизм стимуляции этого развития, который был осуществлён Всевышним по принципу соединения/разделения, борьбы/сосуществования сознательного и бессознательного во взаимодействии Человека-мужчины и Человека-женщины и впоследствии назван самим человечеством принципом единства и борьбы противоположностей.

Распределение ролей таково: женщина – воплощение бессознательного, хаоса, стихии; мужчина – рациональности и порядка. И то и другое в принципе может жить самостоятельной жизнью, но развиваться (и по отдельности, и в общеобъединяющем качестве Человека Человечества) – только во взаимодействии. Причём взаимодействии равновесном.

То, что современное общество носит в основном мужской характер с присущими ему борьбой за власть политическими интригами, войнами и прочими мужскими играми, – не казус, а очередной этап развития человеческого сообщества. Обвинять в этом мужчин бессмысленно. Осуществляя задачу структуризации Жизни, они делают то, что им присуще от рождения, при этом вольно или невольно зачастую допускают перекосы, иногда страшные и, как нам кажется, бессмысленные. Один из самых ярких примеров – эпоха инквизиции, когда не просто человек уничтожал человека, а мужское сознание в силу ограниченности своего инструмента – логики, не могущее дотянуться до истинного замысла Божественного и при этом прикрываясь его именем, привело к почти полному изничтожению женского бессознательного, охарактеризовав его как проявление хаоса и демонизма. Любопытно в этой связи и средневековое отношение церкви (обратите внимание, представленной исключительно мужским началом) к науке, которая не могла бы развиваться исключительно за счёт сил интеллекта, не используя в своём арсенале возможностей получения «прямого знания», то есть «бессознательных», интуитивных открытий. Неслучайно, я думаю в этой связи, в период бурного развития технократического общества для проведения в Мир новых откровений были выбраны женщины: Елена Блаватская и Елена Рерих, а для демонстрации, как можно построить общественную структуру на иных, отличных от сегодняшних, принципах, – Мать Тереза. Таким образом, равновесное взаимодействие мужского и женского начал со всеми вытекающими отсюда возможностями просматривается как принцип решения Высшей задачи саморазвития и самопознания.

Вот и подошли мы к ответу на вопрос о смысле жизни Человека. Казалось бы, как просто – ощутить, воспитать в себе Творца «по образу и подобию». Научиться, тренировать в себе способность «заныривать» в бессознательное, входить в резонанс с большим целым и включаться в работу по со-творению Мира на уровне Божественного замысла. Что это значит? Да всё, что люди издревле называли Добром, Красотой, Мудростью, то, что древние греки называли Гармонией. То, что можно отдать, но нельзя взять. То, что можно понять, лишь услышав в своём сердце.

Однажды мне довелось побывать в Риме, в соборе Святого Петра. Едва войдя в него, я закинула голову вверх и была поражена огромностью купольного пространства, его красотой и всепронизывающей любовью. Храм всех вер вызвал в душе не просто религиозный, а какой-то космический, мировой восторг. «Господи, – вырвался у меня вопрос, – да как же так можно? Как мог слабый, маленький человек сотворить такое? Как он вообще мог до этого додуматься? Для чего ему это надо?» И тут же внутри прозвучал ответ: «Чтобы понять, на что он способен Силой Божьей!»

Первое откровение

Мы с мамой шли на кладбище. Был чудный летний день. Вокруг всё пело, сверкало, и даже кладбищенская ограда с крестами и могилами выглядела не так печально, как приличествовало ситуации. И вдруг мама произнесла фразу, которая поразила меня своей неожиданностью. Смысл её сводился к вопросу о том, почему человеку не дана возможность, подобно Христу, вознестись после смерти «на небо» без того, чтобы не оставить здесь, на земле, свои бренные останки. Потом неоднократно я сталкивалась с ситуациями, когда люди, хоть и с печалью, соглашались с неизбежностью смерти, но при этом всей душой противились ритуалу похорон, обхаживанию умершей плоти. Поклонение костям вызывало у них скрытый протест, а вот память об ушедших с годами только высветлялась и крепла.

«Так что же ты есть, человек, создание Божье? Почему после жизни ты, разделяясь на дух и плоть, оставляешь на земле свою уже никому не нужную оболочку, унося своё «Я» в бесплотные миры? И вообще зачем в таком случае дано тебе от рождения тело – вместилище болезней, источник желаний, приманка соблазнов?» Вот такие непростые вопросы стали посещать мою голову, пока однажды среди ночи не возник достаточно развёрнутый ответ, который условно можно было назвать откровением о смысле жизни.

Те, кто уже читал «Второе откровение» (оно было записано раньше этого, хотя действительно было вторым и пришло через три-четыре года после первого), знают, что подобные эссе почти не имеют отношения к литературному творчеству. Моей задачей было как можно точнее передать