История виноторговли в России - Александр Владимирович Ставцев

В это же время активно развивается виноделие на Южном берегу Крыма. До 1823 года, когда в должность генерал-губернатора Новороссии вступил Михаил Воронцов, на Южном берегу было всего 4–5 русских помещиков, занимавшихся виноделием. Огромная территория от Алушты до мыса Айя находилась в запустении. Почти без дорог, с заброшенными греческими и татарскими деревнями и запущенными виноградниками, заросшая колючими зарослями держидерева. Протяженная береговая линия, которую сложно было постоянно контролировать только силами военных гарнизонов, где в любой момент мог высадиться турецкий десант.

Южный берег Воронцову как военному генерал-губернатору предстояло защищать, а для этого территорию нужно было населить и развивать местную экономику. Земли на Южном берегу было немного, найти ровный участок площадью больше гектара было настоящей удачей, почвы на склонах были бедными и каменистыми. Там, где нельзя было посадить пшеницу, прекрасно рос и давал сладкие плоды виноград. В этом же направлении развития виноградарства мыслил и предшественник Воронцова на посту генерала-губернатора герцог Арман Ришелье, с которым Михаил Семенович встречался и обсуждал крымские дела еще задолго до своего назначения – в Париже.

Воронцов переносит пришедшее в упадок училище виноделия из Судака в центр Южного берега, где в 1828-м закладывается Магарачское казенное учреждение при императорском Никитском саде. В том же 1828 году Николай I подписывает именной Указ Сенату «О мерах к распространению и поощрению садоводства в Новороссийском крае». В нем утверждается порядок использования пустующих казенных земель для высадки виноградников частными лицами. Условием для получения земли в вечное потомственное наследование была высадка виноградных лоз, причем на одну квадратную сажень должно было приходиться не меньше одного куста винограда (около 2 тысяч кустов на гектаре). Если условие выполнялось и виноградник был посажен добросовестно, в течение 10 лет с участка не брали никаких налогов, а после этого брали «умеренные подати».

Никитский ботанический сад и его Магарачское казенное заведение в то же время начинают помогать новым винодельческим хозяйствам саженцами винограда и консультациями. Ежегодно на различные награды и пособия в развитии виноградарства (как бы сейчас сказали, «гранты») из казны в распоряжение генерал-губернатора выделается по 10 тысяч рублей. Воронцов при этом действует и личным примером, закладывая собственные виноградники в Алупке, в Массандровском имении и в Ай-Даниле.

Плакат конца XIX – начала ХХ века «Крымские вина Воронцовскаго имения Алупка». Литография О. Буфе и Г. Каплана

Одной из действенных мер по развитию виноделия стало поощрение его сбыта. В том же императорском Указе от 1828 года было отдельно подчеркнуто, что для развития виноделия из винограда, выращенного в Новороссийской области, а также виноторговли в регионе будут и впредь приниматься самые решительные меры «с пожертвованием даже со стороны казны ее доходами по питейным сборам».

Все эти меры дали такой быстрый и очевидный эффект, что французский путешественник Дюбуа де Монпере, посещавший Крым в 1831–1834 годах, писал об этом как о «каком-то чуде». К середине 1830-х на Южном берегу насчитывалось уже больше 2 миллионов виноградных лоз, а за 15 лет, с 1823 по 1838 год, количество виноградных хозяйств увеличилось с 5 до 105, и среди них было «почившей в бозе императрицы Елизаветы Алексеевны» в Ореанде, принадлежавшее Романовым, но управлявшееся Воронцовым.

На Южный берег было проложено шоссе, соединившее его с Симферополем и Севастополем, население региона быстро росло. Примеру графа Воронцова по закладке винодельческих имений последовали другие представители знатных фамилий Голицыны, Сумароковы, Потемкины, Нарышкины, приобретавшие виноградники в Партените, Артеке, Форосе и Кореизе. Обращают внимание на крымское виноделие и крупные промышленники той эпохи. В конце 1820-х годов приобретает виноградник и строит красивейшей архитектуры винный подвал в Симеизе Иван Мальцов – владелец стекольных и чугунолитейных заводов.

В 1830 году в Алуште виноторговец, богатый откупщик Даниил Петриченко строит впечатляющих размеров глубокий подвал для производства шампанского. Имение «Карабах» (Черный сад) в те же годы приобретает для закладки виноградника ученый и автор нескольких работ по виноградарству, виноделию и виноторговле, не раз цитировавшийся в этой книге Петр Кеппен. В Партените закладывается винодельческое имение семьи Раевских, погостить к которым приезжает молодой Александр Пушкин. Приводить подобные примеры можно долго. За считаные годы Южный берег из заброшенного и полудикого места превращается в одно из самых привлекательных и модных мест для элиты Российской империи.

Винные подвалы в Артеке. Альбом участников Всероссийской промышленной и художественной выставки. 1896 год

В то же время начинают отходить на второй план регионы Судака и западных крымских долин – Качинской, Бельбекской и Альминской. Трудности наступают и у «Крымской винной компании», которая не смогла объединить под своей эгидой все крымское виноделие и, по сути, была сосредоточена на производстве и продаже вин в Судаке. Виктор Амантон за какие-то провинности, обозначенные как «дерзкие речи», под угрозой ареста отправился на свою родину во Францию, и замены ему на должности действительного директора не нашлось. Михаил Воронцов употребил все свое влияние, чтобы вернуть полезного человека в Крым. В письме шефу жандармов графу Александру Бенкендорфу по поводу Виктора Амантона Воронцов писал: «Изгоняя его, мы теряем гораздо больше, чем это кажется на первый взгляд, так как этот человек, который купил за наличные большой прекрасный кусок земли в окрестностях Судака, распахал ее, привез виноградные лозы лучших регионов Бургундии, посадил эти виноградники, сделал постройки и приготовил на широкую ногу все, что нужно, вкладывая сюда все, чем владел, включая капиталы, которые ему доверили друзья, чтобы создавать лучшее вино, какое когда-либо рождалось в Крыму».

Тем не менее Амантон остался во Франции, а дела «Крымской винной компании» продолжал вести Давид Ларгье. Умный и профессиональный винодел, он был старше первого директора компании и не обладал его энергией, требовавшейся для развития дела и поездок по Крыму в поисках лучших вин. Постепенно компания пришла в упадок и в начале 1840-х годов закрылась, несмотря на энергичные действия адмирала Мордвинова по ее спасению. В дневнике он даже написал в сердцах по поводу невнимания южнобережных виноделов к общим, по сути, делам «Крымской компании»: «Южный берег блистательно отсутствовал».

Миллион рублей капиталов

Масштаб государственной поддержки виноделия того времени сложно сравнивать с другими периодами истории российского виноделия. Кроме льгот на землю, на виноградники выделялись и льготные кредиты под 5 % годовых, и к 1831 году виноделам было выдано капиталов на общую сумму почти миллион рублей.

Новые виноградники на Южном берегу Крыма появлялись как из рога изобилия. Только в одном 1834 году в Крыму было заложено более 2,5 миллиона лоз, из них 1,5 миллиона пришлось на территории восточнее Алушты, где до этого виноградники активно не высаживались. Причина проста – земля «классического» Южного берега уже была освоена и свободные участки стоили очень