Законная добыча - Саша Кей

— Если ты думаешь, что я не воспользуюсь твоим шикарным предложением, то ошибаешься. Только ты держи подальше от меня Сафарова до его отъезда, а то вдруг ему опять приспичит. Тёлочку подгони, медсестру, ну или другую, об которую можно вытирать ноги, но если я снова увижу на своём горизонте Амира, я пойду в полицию. А ещё лучше и ждать не стану.

В конце концов, уеду к матери. А ещё лучше в санаторий. Мне сейчас самое то.

Внутреннее чувство несправедливости раздирает меня.

За какие-то несколько дней моя жизнь сделала сумасшедший кульбит. Сколько я перенесла, никому не пожелаю. Да, могло быть и хуже. Но и того, что есть, вполне достаточно, чтобы возненавидеть если не всех мужчин, то таких, как Сафаров, точно.

Никому больше не позволю к себе прикасаться.

Трахнули, как вещь, и выставляют.

Что ж, это не те люди, расставание с которыми причинит мне боль.

Единственная причина, почему я прямо сейчас пойду домой, а не в полицию, — не Амир меня похитил, и он меня спасал. И даже нашёл доказательства невиновности моего отца.

На мою тираду Дмитрий ничего не отвечает, делает ещё глоток кофе и смотрит выжидательно. И я его не разочаровываю.

Поднимаюсь и хромаю в кабинет, где остался телефон, который мне нужен, чтобы вызвать такси.

Дмитрий тащится за мной.

— Я тебя отвезу.

— Нет уж. Не желаю видеть вас даже рядом с моим домом, ясно! — почти выкрикиваю я.

Спотыкаюсь об пакеты и со зла пинаю их. Часть барахла высыпается. Ну надо же, какие бренды. Скоты. А это что? Футляр с тиснением «Тиффани»? Свой сволочизм Амир решил прикрыть побрякушками. В его понимании это нормальная цена за мой первый раз? И за все последующие? Оптом, так сказать?

Глаза заволакивает чёрная пелена.

Это даже не унижение. Мне сложно объяснить, что я чувствую. Если бы сейчас Сафаров был здесь, я бы, скорее всего, проломила ему голову вон тем пресс-папье.

— Там похолодало, надень что-нибудь из этого, — открывает рот Дмитрий.

Сама заботушка!

Охренеть!

— Спасибо, обойдусь, — цежу я и иду в спальню, куда принесли мои вещи из квартиры Эммы. — Ты и смотреть, как я переодеваюсь, будешь?

Захлопываю дверь в комнату перед носом Дмитрия, который следует за мной по пятам. По-солдатски быстро одеваюсь в своё и, зажав в руке телефон, топаю в прихожую.

Дмитрий наблюдает, как я, шипя и морщась, шнурую кроссовки.

— Действительно уйдёшь? — вдруг спрашивает он.

— А ты действительно дашь мне это сделать?

— Да, но ты дура.

— Если умные — это такие, как ты, то и слава богу.

Я всё равно не верю Дмитрию. Это ведь был его план — использовать меня, как наживку для Сани. Только если он считает, что и в этот раз ему удастся чего-то добиться, то обломается. Пока я обувалась, у меня созрел план. Они меня не найдут. Я знаю, где спрятаться на эту неделю. Больше Сафарову меня постельной грелкой не сделать.

Глава 45. Свобода

Ехать мне не так уж далеко.

Если бы не пробки, была через пятнадцать минут дома.

Это какой-то сюр. Находиться так близко к своей привычной жизни и только сейчас до нее дотянуться.

Я только надеюсь, что соседка не на работе. У нее должны быть запасные ключи. Мы с ней обменялись на случай форс-мажора. До меня только сейчас доходит, что ведь дверь могла не захлопнуться, когда меня похищали. Впрочем, мама явно у меня была, раз привозила свои вещи. Так что там уже заперто.

Ну хоть в чем-то мне везет. Тетю Тоню я застаю в дверях, она собирается куда-то уходить, и я ловлю ее в последний момент.

— Ты где была-то? Не видно тебя совсем? К матери ездила?

— Да, — мямлю я. — И, наверное, опять поеду.

Я не горю желанием распространяться. Тетя Тоня хорошая, но уж очень любит посплетничать. И ладно бы просто язык почесать, уже ко второму пересказу история в ее устах обрастает такими подробностями, какими ее никто не снабжал. Фантазия у человека о-го-го! Ей бы на телевидении работать.

Заодно пользуюсь случаем скормить ей дезу. Ну вдруг меня все-таки искать будут. Пусть думают, что я у мамы.

Я обхожу квартиру, испытывая странное чувство. Я очень рада вернуться, но такое ощущение, что это место из какой-то другой жизни. Приблизительно то же самое я чувствую, когда приезжаю к маме и захожу в комнату, где жила до поступления в колледж. Словно на всем налет наивности и безмятежности.

Прибрано, видимо, мама устранила бардак. Раздавленный телефон лежит на тумбочке. Наверное, оттуда можно будет забрать симку, хотя бы чтобы пересохранить номера телефонов одногруппников.

Я в каком-то отупении. Так рвалась домой, а теперь растеряна.

Надо маме сказать, что я больше не у Сафарова.

Уже хочу набрать, но резко передумываю. Если услышу ее голос, начну реветь. Может, оно, конечно, и полезно было бы, но мне сейчас нельзя расклеиваться. Достаю из рюкзака, валяющегося под столом, ноутбук, захожу в мессенджер и отправляю сообщение, кратко обрисовав свои планы и пообещав связаться, как только разживусь новым телефоном.

Собираю минимум вещей.

Пока вожусь, понимаю, что свалить — это единственно правильное решение. В доме, где я всегда чувствовала себя в безопасности, мне больше не спокойно. Кажется, что в любой момент ко мне ворвутся, будут издеваться, угрожать и лапать. Не уверена, что вообще смогла бы здесь заснуть.

Проверяю кошелек. Мои скудные наличные на месте, но главное, что банковская карта на месте. Жить можно.

Блин, паспорт.

Лезу в шкаф и, вытаскивая документы, задеваю стопку фотография, вытащенных из альбома, чтобы глаза не мозолили. Кипа рассыпается, и с большинства фотокарточек на меня смотрит отец. Еще из той жизни до того, как все пошло наперекосяк. Раньше мне было больно вспоминать счастливые времена, я не могла понять, как можно было это все пустить под откос.

Даже теперь, когда я знаю, что отец не виноват в смерти Бекхана, ни вольно, ни невольно, мне все равно сложно простить его. Он отравил семейный очаг задолго до трагедии.

От грустных размышлений мня отвлекает звонок телефона. Он не похож на мой, поэтому я не сразу соображаю, что звонят мне. Просто на мобильнике, который прислал мне тогда Сафаров, установлен стандартный рингтон.

Закинув рюкзак на плечо, подхожу к аппарату, оставленному мной в прихожей, как к ядовитой змее. Это Сафаров. Нет, я не собираюсь брать трубку. Хватит вестись на манипуляции.

Пока я выдергиваю все штепсели из розеток,