Фронтир в американской истории - Фредерик Джексон Тёрнер

смелыми и агрессивными лидерами. Данная южная секция уже начала попытки установления все более активных торговых сношений с Долиной р. Огайо. Регион, производящий коммерческую сельскохозяйственную продукцию, был основным покупателем домашнего скота и потребителем продуктов питания. Лидеры Южной Каролины, например Дж. Кэлхун, стремились приковать р. Огайо к колеснице Юга, использовав для этого железную дорогу «Цинциннати — Чарлстон», назначением которой был вывоз продукции Долины на юго-восток. В свою очередь, Джорджия соперничала с Южной Каролиной, разрабатывая планы направить этот поток через свою территорию. Во всех этих проектах налаживания торговых связей Долины р. Огайо с Югом политические цели были столь же очевидны, сколь и коммерческие.

Короче говоря, различные районы соревновались между собой за то, чтобы воспользоваться поддержкой заселенной зоны вдоль р. Огайо. Долина этой реки признавала свои старые отношения с Югом, но ее жители никоим образом не были сторонниками рабства. В южной группе штатов, расположенных севернее р. Огайо, где существовавшая долгие годы система законтрактованных сервентов открывала путь к полурабству, мнения разделились. Голос Кентукки также не звучал решительно. Результатом было то, что в этих регионах сложился оплот движения за компромисс в борьбе по вопросам рабства. Кентукки дал Иллинойсу Авраама Линкольна. Он же дал штату Миссисипи Джефферсона Дэвиса. Фактически Кентукки являлся центром «региона приспособления» друг к другу этих соперничавших интересов. Сенатор Дж.Б. Томас из южной части Иллинойса внес предложение о Миссурийском компромиссе, Генри Клей был самым активным защитником этого Компромисса так же, как он стал архитектором Компромисса 1850 г. Предложение о компромиссе Дж.Дж. Криттендена[49] в канун Гражданской войны, также выдвинутое в Кентукки, — еще одно свидетельство стойкости духа Генри Клея.

Одним словом, как я указывал в начале своего выступления, Долина р. Огайо была Срединным регионом, где сильны были верность единству страны и стремление обеими руками разводить секционные воюющие стороны, участвовавшие в этой борьбе. В развитии политики освобождения рабов, осторожно проводившейся Линкольном — этим величайшим сыном Кентукки, мы можем видеть глубокое влияние, оказанное на него Долиной р. Огайо. Никто не будет в состоянии понять его президентство, не оценив должным образом всю глубину влияния Долины, ее идеалов и предубеждений на этого человека, ставшего вкладом Америки в сонм самых выдающихся людей мира.

Я уверен, что сказанного достаточно, чтобы стало ясно, что у Долины р. Огайо есть не только достойная изучения местная история — богатое наследие для ее населения, но и то, что эта Долина являлась независимой и мощной силой, формировавшей развитие страны. Мне нет необходимости говорить о ее недавней истории, подъеме здесь огромной индустриальной мощи и далеко идущем коммерческом влиянии. Вы знаете о ее государственных деятелях и их воздействии на наше время; вы знаете об отношении Огайо к посту президента Соединенных Штатов! Для меня также нет необходимости пытаться пророчествовать относительно будущего Долины.

В новом веке внутриконтинентального водного транспорта, который наверняка дополнит век железных дорог, не может быть более важного региона, чем эта Долина. Будем надеяться, что старая любовь ее жителей к демократии сможет выстоять и что в этой секции, где когда-то рубили леса первые зааллеганские пионеры, может быть доведена до полного расцвета зрелая цивилизация народа, который знает, что, какова бы ни была слава материального процветания, еще большая слава заключается в духе человека, которому ведомо, что в окончательном суждении истории место Долины р. Огайо будет зависеть от того вклада, который ее население и лидеры внесут в дело просвещенной, культурной, богобоязненной, свободной и вполне достаточной демократии.

Глава VI. Значение Долины реки Миссисипи в американской истории{257}

Появление содружества благожелательных и критически настроенных исследователей истории на Юге и на Западе должно будет революционизировать перспективы американской исторической науки. Наши коллеги на Востоке уже сейчас имеют общее, хотя и не детальное, представление о деятельности нашей нации в освоении огромных внутренних районов и о влиянии Запада на страну. И действительно, я мог бы, как свои собственные слова, включить следующий текст одного из историков с Востока, профессора Альберта Бушнелла Харта, который писал десять лет назад:

Долина р. Миссисипи не уступит ни одному региону мира по вызываемому ею интересу, романтике и перспектив будущего. Если где-то и есть настоящая Америка, то она находится именно здесь — это поле действия, театр и основа цивилизации западного мира. История Долины — это и есть история Соединенных Штатов; ее будущее — это будущее одной из наиболее мощных современных стран{258}.

Если тех из нас, кто настаивает на важности нашего собственного региона, временами обуревает энтузиазм пионеров, осваивающих многообещающее поле исторических исследований, которое открывается перед нами, и поэтому мы переоцениваем значение предмета исследования, тогда можно, по крайней мере, сказать в свою защиту, что мы не зашли на этом пути дальше наших братьев с Востока; и можем найти поддержку в следующем заявлении Теодора Рузвельта:

Штатам, возникшим вокруг Великих озер и в Долине верховьев р. Миссисипи, судьбой предназначено стать величайшими, богатейшими, наиболее процветающими из всех великих, богатых и процветающих сообществ, которые образуют самую могучую Республику, какую когда-либо видел мир. Эти штаты… образуют географическое сердце страны, а вскоре они станут сердцем ее населения, политики и социальной жизни. <…> Я очень бы сожалел, если бы мог подумать, что эти штаты в будущем ждет лишь материальное процветание. Я считаю эту секцию страны сердцем истинного американского чувства{259}.

Таким образом, изучая историю Долины р. Миссисипи в целом, члены этой Ассоциации[50] исследуют происхождение такой части нации, которую компетентные авторитеты Востока признают секцией, имеющей потенциал оказания наибольшего влияния на будущее Америки. Они также изучают регион, где разворачивалась наиболее жизненно важная деятельность страны, ибо передвижения населения, дипломатия, политические события, экономическое развитие или социальное устройство — все это стало основополагающими проблемами в создании нации. Миссию этой Ассоциации определяют не узкие или даже локальные интересы. Ее миссия — не что иное, как изучение американского народа, оказавшегося перед лицом и под влиянием огромных пространств, являющихся имперским ресурсом великих внутренних районов. Социальные судьбы этой Долины станут социальными судьбами Соединенных Штатов и отметят их место в истории.

В широком смысле в том, который обычно придают ей географы и историки, Долина р. Миссисипи включает весь внутриконтинентальный бассейн, т. е. провинцию, воды которой питают почти 2 тыс. миль судоходного течения самой Миссисипи, 2 тыс. миль коричневожелтых вод р. Миссури и 1 тыс. миль р. Огайо. Это 5 тыс. миль главных водных транспортных магистралей, открытых для пароходного