Фатальный просчет: Взгляд изнутри на Путина и войну России - Оуэн Мэтьюз

Даже когда Патрушев давал интервью газете «Аргументы и факты» в июне 2020 года, группа оперативников ФСБ по приказу руководителя ФСБ Александра Бортникова уже готовилась дать бой человеку, которого силовики считали самым опасным агентом США внутри России — лидеру оппозиции Алексею Навальному. Данные о перелетах показывали, что агенты весь год следовали за Навальным в его поездках по стране, пока он собирал сторонников для поддержки новой инициативы «умного голосования», которая грозила лишить мандатов на местных выборах действующих депутатов от правящей партии «Единая Россия». 19 августа 2020 года группа проникла в его гостиничный номер в сибирском Томске и, судя по их собственным признаниям, нанесла нервно-паралитическое вещество «Новичок» на швы трусов Навального, пока они лежали в ящике. На следующий день во время авиарейса в Москву Навальный впал в кому и неминуемо погиб бы, если бы пилоты не совершили экстренную посадку в Омске, которая спасла ему жизнь.

К неудобству для ФСБ, Навальный выжил после отравления — но, проявив услужливость, добровольно вернулся в Россию в декабре 2020 года, где был немедленно арестован и вскоре осужден по обвинению в мошенничестве. Когда главный российский оппозиционер оказался надежно заперт в тюрьме, Патрушев перешел к формулированию окончательного решения украинской проблемы. В обновленной версии Стратегии национальной безопасности России, опубликованной в мае 2021 года и подготовленной под руководством Патрушева, российскому государству прямо разрешалось использовать «силовые методы» для «пресечения и предотвращения недружественных действий, угрожающих суверенитету и территориальной целостности Российской Федерации». Иными словами, применение военной силы за пределами российских границ было фактически санкционировано заранее. Это была правовая основа для грядущего вторжения.

Бортников

Александр Бортников, родившийся в 1951 году в уральском городе Перми, учился в Ленинградском институте инженеров железнодорожного транспорта, после чего в 1975 году был принят на службу в ленинградское КГБ, где впервые и встретился с Путиным. Как и Патрушев, он остался в КГБ и его последующих реинкарнациях — ФСК и ФСБ, дослужившись к июню 2003 года до начальника Управления ФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Год спустя его перевели в Москву на прежнюю должность Патрушева — начальника Службы экономической безопасности ФСБ, известной как «Управление К», и назначили заместителем директора ведомства. Несмотря на вполне безобидное название, это подразделение на деле было одним из самых влиятельных и наводящих страх ведомств российской тайной полиции. Согласно расследованию независимого московского журнала The New Times, Бортникову тогдашний директор ФСБ Патрушев поручил курировать операцию 2006 года по отравлению Александра Литвиненко в Лондоне.14

Когда в мае 2008 года Николай Патрушев перешел в Совет безопасности, Бортников последовал прямо за ним, заняв кресло своего прежнего покровителя на посту директора ФСБ — должность, которую он занимает до сих пор. По словам одного московского финансового консультанта, работавшего с действующими и бывшими сотрудниками ФСБ над различными международными инвестиционными схемами, при Патрушеве ФСБ превратилась в «крупнейшую бизнес-структуру в России». «Возможность сажать людей в тюрьму приносит огромные деньги, — буднично констатировал консультант, словно объясняя базовые законы физики. — А деньги помогают удерживать власть, если, конечно, делиться с кем надо на самом верху и не жадничать»15. Офицеры всех уровней получили печальную известность тем, что угрожали предпринимателям следствием и тюрьмой, если те не передадут свой бизнес ФСБ или связанным с ней лицам — эта практика стала известна как рейдерство, корпоративный захват по-русски.

Серия скандалов — включая масштабные срежиссированные ФСБ недружественные поглощения сети мебельных гипермаркетов «Три кита» и сети салонов мобильной связи «Евросеть» — попала на первые полосы российских газет и поставила Кремль в неловкое положение. Бортников хотел, чтобы ФСБ «снова стала щитом и мечом российского государства, как и завещал [основатель ВЧК Феликс] Дзержинский», рассказывал консультант. Сам Бортников «терпеть не мог образ [чекистов] как воров и грязных коммерсантов» и принципиально поощрял и продвигал по службе рьяных молодых офицеров, выявлявших подрывные группы и искоренявших «иностранных агентов», журналистов, правозащитников и историков, оспаривавших официальный кремлевский взгляд на историю. «Он не любил людей, которые подрывали устои родины», — делился источник, который в период с 2008 по 2015 год имел несколько личных встреч с Бортниковым.16

Бортников был надежным и безжалостным цепным псом, который превратил ФСБ обратно в агрессивную политическую инквизицию советского образца и стремился реабилитировать репутацию ведомства. В столетнюю годовщину со дня основания первой советской спецслужбы в 2017 году Бортников заявил в интервью «Российской газете», что архивные материалы свидетельствуют о наличии «объективной стороны» в «значительной части» уголовных дел периода сталинских чисток 1930-х годов. Однако он относился со всей серьезностью не только к политической безопасности, но и к практическим аспектам национальной безопасности. В 2018 году он летал в Вашингтон вместе с главой Службы внешней разведки Сергеем Нарышкиным и начальником военной разведки Игорем Коробовым, чтобы обсудить с директором ЦРУ Майком Помпео угрозу возвращения боевиков «Исламского государства» из Сирии в Россию и Центральную Азию. В награду за верную службу в 2019 году Путин присвоил Бортникову звание Героя России и повысил его до генерала армии, высшего воинского звания в стране, тем самым уравняв шефа тайной полиции в военном статусе с министром обороны Сергеем Шойгу.

Шойгу

Как по своему происхождению, так и по темпераменту Сергей Шойгу заметно выделялся в ближайшем окружении Путина. Сам Путин и большинство его старых друзей происходили из скромных семей и были обязаны своей социальной мобильностью и карьерным ростом исключительно службе в КГБ. Шойгу же родился в семье провинциальной партийной элиты Республики Тыва на границе с Монголией. Его отец, тувинец по национальности, был редактором газеты, поднявшимся до секретаря обкома партии, а мать, русская, была депутатом Тувинского областного Совета народных депутатов.

Благодаря партийным связям отца Шойгу — инженер-строитель по образованию — в 1990 году был назначен заместителем председателя Государственного комитета РСФСР по архитектуре и строительству, где занимал равный статус с восходящей партийной звездой Борисом Ельциным. В следующем году, когда институты СССР рушились, новоизбранный президент Российской Федерации Ельцин назначил Шойгу главой Российского корпуса спасателей, который был создан взамен старых Войск гражданской обороны Министерства обороны СССР. Корпус — позже переименованный в Министерство по чрезвычайным ситуациям — представлял собой полувоенную структуру, которая со временем стала отвечать за пожаротушение, ликвидацию последствий стихийных бедствий и гражданскую оборону, став третьим по величине военизированным формированием в России. Шойгу, к тому времени уже генерал-майор, в 1992 году координировал неудавшуюся