Обнуление - Александр Изотов

Что меня радовало, так это тупость этих животных… Гнался, гнался, да обо всём забыл, как только до любимой грязи добрался.

Я покосился на Белиара и махнул головой — мол, давай-ка выбираться. Тот скривился, показывая, что он вообще думает о всей этой затее, но послушно кивнул.

Так мы медленно продвигались вдоль замерших туш, по которым время от времени протекали судороги. Да, движение громадных мышц под кожей существ, которые весили под сотню тонн, внушало страх. Сразу начинаешь думать о том, что эти мышцы могли бы проталкивать в утробу какого-то не особо удачливого нуля, поверившего, что с копьём он всех победит.

Я не оборачивался, и так зная, что Белиар не отстаёт. Когда он уставал, то хватался за древко моего копья, и уже я тащил обоих через вязкую трясину. Ну, я же с даром, я же сильный… Хотя чувствовал, что едва я выроню копьё, как, наверное, сразу свалюсь без сил.

У нас ушло не меньше часа прежде, чем я выполз на сухое потрескавшееся дно. Я сразу встал, взвалил обессилевшего Белиара на плечо, и, пошатываясь, побрёл к берегу. Поднялся ветер, принёсший из обугленного леса целое облако пыли и грязи, но я шёл, чувствуя, как меня облепляют пепел и грязь. С такой маскировкой в этом лесу, наверное, можно было спрятаться от любой меры… Ну, как минимум от зверя точно.

Берег здесь был высокий и обрывистый, и я не сразу нашёл подходящую тропку. Белиар к этому времени смог двигаться на своих двоих, и едва мы с ним взобрались наверх да свалились под чёрными корнями какого-то обгоревшего дуба, впервые с облегчением выдохнули. Просто мы так долго молчали, что мне казалось, у меня уже язык прирос к зубам.

— Поднёбыш, — свистя от возбуждения, прошептал Демон, — Это ж сколько духа валяется там, а⁈

Я лишь усмехнулся.

— Ну так пойди и возьми…

— Шуток не понимаешь, — буркнул он, — Но наверняка этого бы хватило, чтобы выскочить из нулевой меры?

В недоумении я поднял голову и глянул на Белиара, который перевернулся на живот и, облокотившись о корень, таращился на высохшую реку. Точнее, на туши червей, которые отсюда было прекрасно видно.

Лицо Демона было покрыто слоем грязи, но она плохо скрывала его эмоции. Выглядел Белиар так, будто нашёл ауритовую жилу… Точнее, корруптовую — ангельский металл демоны ненавидят.

— Беляш, нет, — я покачал головой, тоже косясь на реку.

— Марк, не дрейфь, я тебе говорю, — Демон оскалился, — Помнишь, как червь зверя захавал? Чем не наживка?

Я ещё раз глянул на червей, особенно на ту громадную тушу, возле которой мы свалились в грязь. Отсюда, кстати, был виден наш путь в трясине, который уже потихоньку заплывал.

— Вот так зверя ловишь, на верёвке спускаешь червю… Чем не рыбалка?

— Тем, что мы — нули.

— Ну да, нули… И что мы, сраные нули, теряем, а? — Демон ткнул меня кулаком, — На нас охотятся, нас чуть не сожрали, и нас всё равно сожрут, если так и останемся нулями!

Я устало потёр лоб. Белиару обнуление явно не на пользу пошло, меня его перепады настроения уже подбешивать начали. То там, в Сильверитовом Городке, он весь такой осторожный был… Сюда не ходи, туда не гляди, при звере не пукни, смотри.

А здесь он вдруг осмелел! Собрался валить червей, меру которых я не рисковал смотреть, чтобы ненароком не разбудить. Ловить разъярённых двушников, сажать их на крючок, и ловить червей.

— Ловить червей на зверей, — шепнул Белиар, кивая сам себе, — Злая ирония, не находишь?

— Демон, ты себя слышишь? — буркнул я, — Уходить надо. Выжили, и ладно. Теперь тащимся до ущелья червей, и…

Я осёкся, потом снова оглянулся на русло. Белиар тоже задумчиво поскрёб подбородок…

Мы отползли от дуба, выбрав ближайшую возвышенность, где над берегом нависала какая-то глыба, и залезли на неё, чтобы наконец осмотреться. Левее нависали две вершины, и русло реки как раз исчезало в их стороне.

— Сдаётся мне, мы достигли того самого ущелья червей, — проворчал Белиар, — Что-то Палёный Лес не такой уж и большой…

— Не сходится, — я покачал головой, — Слишком быстро.

— Так, поднёбыш. Кто мне там, в яме нулячьей, доказывал, что надо в горы бежать, и на чудовищах местных меру поднимать?

С этими словами Демон ткнул пальцем. Мол, вот они, чудовища! Я же поджал губы — как-то не так это я себе представлял, совсем не так.

Эх, размяк Марк за годы человеческой силушки. Помнится, нулём когда был в первый раз, и не в такую задницу забирался, чтобы выжить. Расслабился, да, заметно расслабился.

Понимая, что рискую, я положил копьё рядом и оторвал от него руку. Тут же на меня накатила дикая усталость, глаза едва не стали слипаться, но я выдержал. Прикрыв веки, решил посидеть так, чтобы отдохнуть своей собственной, нулевой мерой, без копейного допинга.

— Сдаётся мне, когда они кого-то жрут, они беззащитны, — задумчиво сказал Демон, — Значит, надо им этого «кого-то» в глотку засунуть, а потом брюхо-то и вспороть.

— И кто же будет ловить этих «кого-то»? — я открыл глаза.

Белиар с улыбкой глянул на меня. И взгляд его был красноречивее слов — мол, а кто у нас здесь такой ловкий, с копьём могучий, зверей валит направо и налево?

— У нас есть преимущество, поднёбыш, — прошептал Белиар, — Эта самая Хайя и её звери думают, что они охотятся на нас. А охотиться будем мы.

Я снова с сомнением глянул на червивое «пастбище», но крепко задумался. Белиар в одном был прав — нельзя было упускать этот подарок судьбы.

Урок, когда-то преподанный мне Проклятыми Горами, научил меня одной важной вещи. За следующим поворотом ты можешь встретить тварь, которую не в силах будешь победить.

Да, эти черви могучи… Наверняка ступеней у них будь здоров! Но где ещё мы, немощные нули, найдём такую неповоротливую добычу?

— Ну что ж…

— О, Марк, вот этот взгляд я узнаю! Взгляд не нуля, но человека!

— Не подлизывайся, демон, — хмыкнул я, — Чтобы поймать червя, нужен зверь. А чтобы поймать зверя, нужен кто?

— Кто? — Белиар неуверенно ткнул пальцем себе в грудь, и я медленно кивнул. Да, ноль, ты угадал.

Демон замотал головой. Мол, нет! Я закивал ещё утвердительнее — мол, да, да, да!

— В Бездну тебя, червь ты поднёбный! — Демон с досады долбанул кулаком по корню и зашипел от боли, — Ладно, наживка так наживка…

— Не бойся, Демон. Если звери тебя убьют, то я отомщу!

— Ненавижу