Утопающий во лжи 17 - Лев Жуковский

тварей. Не показывать лишнего. Двигаться как обычный торговец с чрезмерно хорошо подготовленной охраной, но не более того. Собирать ядра, очки Системы, сведения, редкие находки и заодно накапливать эссенцию истинного света в ядрах подчинённых. Разве много я желал? Разве не был осторожен⁈

Хороший план. Разумный. Почти скучный. Именно такие планы иногда и рассыпаются на самые мелкие осколки. И ведь Тарак всё же сумел меня обмануть.

Каким-то неведомым мне образом он исказил в своей памяти карты местности мира Тесэр. Последний подарок, если столь искусную ложь можно было назвать подарком. Я не знал, сделал ли он это осознанно, подготовил ли заранее, встроил ли в собственную память ложные слои информации на случай поглощения или же воспользовался какой-то редкой защитой. Но факт оставался фактом: мой маршрут оказался не тем, чем должен был быть. И эта ошибка привела нас сюда.

Все эти мысли шли фоном, раздражённо мешая сосредоточиться на главной угрозе. На чудовище, появившемся слишком стремительно даже для моего нового понимания силы. Оно возникло не из разлома, не из привычного локального перехода, не через заранее возмущённую точку пространства, которую можно было бы почувствовать хотя бы за крошечную долю мгновения заранее.

Нет. Оно преодолело расстояние рывком. За один миг. Не меньше полусотни вёрст.

Сам этот факт говорил об очень многом, учитывая размеры чудовища. И ни один из выводов не был приятным. Существо, способное на подобное перемещение в заблокированном пространстве, не могло быть обычным владыкой пустошей. Это был кто-то древний. Кто-то слишком сильный. Тот, кто пережил падение мира и не утратил ни ненависти, ни памяти, ни желания карать.

Иллюстрация. Богомерзкое отродье нежити. Король скелетов.

Чудовище что миг назад выглядывало только лишь ликом из облака песчаной бури, видоизменялось, словно обрастая плотью, и уже через миг, когда чудовище появилось полностью, не только из облака песка, но и сбрасывая уже не нужный покров невидимости, видимо посчитав что он будет неэффективен. При этом принимая свою истинную форму, скрывая древние регалии и обретая наибольшую мощь, в своей боевой форме. Видимо оценив и мое могущество, и посчитав его достаточным, чтобы не играть, а действовать максимально эффективно.

— Вечных сумерек, странник…

Голос прогремел не столько в пространстве, сколько внутри разума.

Единая ментальная волна ударила по сознаниям, как погребальный колокол в день единения в мире Асшор, когда даже в пригороде был слышан его звон. В этой волне не было обычной речи. Только воля, яростная и тяжёлая. Угрозу я ощутил за миг до уведомления о блокировке пространства.

Этого хватило. Почти. Я мгновенно перешел в тело демонического Бога, и время замедлило свой бег. Не остановилось, конечно. До такого уровня мне было ещё очень далеко, и эта мысль раздражала особенно сильно именно сейчас. Скорости восприятия всё ещё не хватало. Мир продолжал двигаться слишком быстро, слишком быстро для этой ситуации реально опасной для меня ситуации.

Но десятки потоков сознания уже работали на пределе. Одни просчитывали уровень угрозы. Другие перебирали варианты отступления. Третьи фиксировали положение каждого бойца в колонне. Четвёртые уже хватали их через привязки и перемещали в шкатулку Тризиастра, тех кто находился достаточно близко для работы артефакта.

Одновременно я принял форму изверга небесных молний, увеличивая скорость передвижения и нивелируя недостатки материального тела, как и по факту ограничения блокировки пространства, ведь на способность изверга перемещаться в форме молнии оно не могло повлиять. Кровавая чешуя покрылась дрожью энергии. Внутренние контуры вспыхнули. Сухой воздух мира Тесэр на миг наполнился запахом гари и чуждого света. Моя форма снова изменилась и стала ближе к удару молнии, чем к плоти.

И всё было бы даже неплохо. Колонна двигалась плотной группой. Ротация, дисциплина, привычка к опасности, всё это давало мне шанс вырвать их из-под удара почти полностью. Если бы не одно раздражающее обстоятельство.

Тхагаси.

Он снова пренебрегал нормами безопасности, пусть в малости, но этого оказалось достаточно. Слишком часто двигался в голове колонны, беседуя со своей Леей. Не скажу, что я сомневался в его преданности, силе или умении реагировать на угрозу. Нет. Тхагаси был полезен, могуч и куда разумнее, чем казался, тем, кто видел только ледяного демона, его крылья и демоническую тушу. Но именно поэтому его беспечность раздражала сильнее.

Волна праха ударила почти сразу. Если точнее, энергия, буквально всецело насыщенная эссенцией праха и тьмы. Не просто магия тьмы. Не обычное заклинание. Это была буря распада, выдох древнего склепа, голодная полоса аннигиляции, в которой жизнь, магия, плоть, металл и песок одинаково превращались в ничто. Она шла шириной в пару вёрст, сметая всё на своём пути, словно сам мир Тесэр решил стереть ошибку со своей поверхности.

Для отражения этой волны мне потребовалось приложить серьёзные усилия. И что главное изрядно потратиться. Но больше всего раздражало другое: я вынужден был показать пик своих текущих возможностей перед этой тварью. Не в выгодный момент. Не в подготовленной ловушке. Не с заранее выбранной дистанции и пространством для манёвра. А сейчас, на открытой пустоши, в условиях блокировки, спасая подчинённых от чужой площадной атаки.

На пути волны праха я создал сферу яростного тумана истинного света. Одновременно продолжал вырывать воинов из реальности, забрасывая их в спасительную шкатулку. Одновременно фиксировал Лею. Одновременно следил за Тхагаси. Одновременно оценивал чудовище. Одновременно проклинал Тарака, песок, мир Тесэр, собственную жадность и привычку надеяться, что осторожность способна заменить полное знание.

Сфера света раскрылась, как небольшая звезда, рождённая не для атаки, а для защиты.

Истинный свет сцепился с прахом. На кратчайшее мгновение мир передо мной стал бело-чёрным. Две природы столкнулись и попытались взаимно разрушить суть друг друга. Свет выжигал распад тлена. Прах буквально отрицал свет, заражая его, отвоевывая словно каждый шаг. Между ними само пространство начало искривляться, воздух свернулся в рваные складки, а мёртвая земля под ногами исчезла на несколько сотен локтей вглубь.

Тхагаси оказался слишком близко. Всего в сотне шагов от края моей сферы истинного света. Его тело сожгло почти мгновенно. Не полностью, нет, он был слишком крепким демоном, слишком важен для того, чтобы умереть от близости к моему удару так просто, от того и удар мой был невероятно точен. Но он оказался недостаточно близок чтобы погибнуть от моего удара, и недостаточно близок, чтобы я без промедления переместил его в шкатулку Тризиастра, и этот рывок стоил мне очень дорого из-за потраченного времени. Обугленное, изуродованное, всё ещё живое тело мериота исчезло из реальности за долю мгновения до того,