Ренард. Цепной пёс инквизиции - Дмитрий Шатров

Ренард выхватил и с коротким замахом метнул кинжал. Воздух прорезала голубая вспышка — конечность чужанина обвисла безвольной плетью — через миг от дальней стены долетел глухой стук. То оружейная сталь вошла в дерево.

Иной взвыл, поджимая повреждённую лапу, метнулся к обидчику и ударил здоровой. Ренард выхватил меч, широко отмахнулся, а на обратном ходу полоснул по чёрной груди. Отскочил, разрывая дистанцию, и тут же пошёл на второй заход.

Но его новый выпад угодил в пустоту — чужанин боя не принял.

Гауэко шатнулся назад, прыгнул в угол и ещё на лету растворился, оставив после себя мутную дымку, лужу чёрной крови и отрубленную по самое плечо лапу.

- Надо же, — Ренард с уважением посмотрел на небесный клинок без единой зарубки и без малейшего пятнышка. — А я и не заметил даже.

Схватка закончилась, и де Креньяна стало потряхивать. Не от страха — от пережитого напряжения. Трактирщик, потеряв дар речи, так и стоял, где стоял. Торговцы не могли оторвать взгляд от убитого старшины. Их товарищ, которого едва не достали когти чужанина, медленно сползал под стол, наконец-то лишившись чувств.

Хлопнула дверь. Ренард услышал движение за спиной, рубанул с разворота и едва успел остановить клинок в пяди от носа помощника хозяина. Тот шарахнулся назад, с размаху шлёпнулся на пятую точку и проблеял с обидой:

- Чего сразу голову-то рубить? Сделал всё, как сказали. Расседлал, почистил, накормил, напоил, даже подстилку поменял. Сходите, проверьте, если не доверяете.

- Не обижайся, малой, не со зла я, — де Креньян помог ему встать, отряхнул и одарил серебряной монетой. — Без обид?

- Угу, — мотнул головой паренёк, пробуя монету на зуб.

- Вот и ладно.

Ренард вряд ли был много старше этого деревенского отрока, но чувствовал себя гораздо сильнее. Да и по отношению к мужикам он испытывал те же чувства. Те словно малые дети, а он умудрённый опытом муж.

- Чего рты открыли, гуляки?! — прикрикнул на торгашей Ренард. — Старшину своего в холодную отнесите, второго тож приберите, он скоро очухается. И чтобы я вас до утра не видел, не слышал. И хозяину заплатить не забудьте, Семеро вас задери.

Де Креньяну показалось, что любимое ругательство Дидье, здесь будет, как нельзя к месту.

Мужики закивали, засуетились, принялись исполнять, что сказано. К Ренарду неслышно подобрался хозяин, заставив того вздрогнуть и заново замахнуться мечом.

- Ты так не подкрадывайся больше, если не хочешь греха, — попенял он трактирщику, вкинул клинок в ножны и пошёл вытаскивать из стенки кинжал. — Чего хотел-то?

- А мне чего делать, ваша милость? — семенил за ним трактирщик. — Ведь насильственный труп… Да ещё и чужанин этот… Да ещё и в нарушение церковных указов…

- Засылай гонца к настоятелю, и к храмовникам, если есть они здесь. Только не тяни. Лучше, чтобы я их застал, а то мало что, — Ренард поморщился, вспомнив казнь трактирщика из Пуату-де-Шарана, и после недолгой паузы добавил: — Ты ещё мне лапу чужанина с собой приготовь. Заберу как трофей.

Хозяин кивнул, отдал нужные распоряжения помощнику, а сам начал собирать на стол де Креньяну.

- Вот, чем бог послал. Вы уж не побрезгуйте, ваша милость, — лебезил трактирщик, ставший неожиданно многословным. — Эти-то проглоты, почитай, всё и подъели, а объедки я вам, как предложу? Здесь печёночный паштет, почти свежий, а это утрешний пирог с требухой.

Напоследок он поставил перед Ренардом новую кружку с яблочным взваром, а когда тот полез за кошельком, остановил его решительным жестом.

- За счёт заведения, — важно провозгласил он и пошёл убирать стол торгашей.

***

Клирики заявились только под утро, когда де Креньян уже позавтракал и собирался уезжать. Три храмовника ввалились в таверну и с ходу взяли хозяина в оборот. Заломали ему руки за спину и увели бы, не вмешайся Ренард.

- Любезный, а у вас здесь всегда так дела делаются? — поинтересовался де Креньян у старшего, определив в нём сержанта. — Отпустите его, он тут ни при чём, я могу засвидетельствовать. Всё случилось у меня на глазах.

- А ты кто такой, чтобы свидетельствовать? — процедил храмовник с неприязнью в глазах. — Молча сиди, пока и тебя не забрали.

- Это вряд ли получится, — широко улыбнулся Ренард.

С этими словами он загородил выход и медленно потянулся к поясу. Но не за клинком — достал из подсумка грамоту и, всё так же мило улыбаясь, протянул её храмовнику для ознакомления. Сержант сделал знак своим обождать и нехотя шагнул к де Креньяну.

- Вот даже как. Пёс Господень, — протянул чернорясый, внимательно изучив документ, и смерил собеседника взглядом. — Дохловат ты для Пса, как по мне…

Дружелюбная улыбка Ренарда превратилась в хищный оскал, взгляд сверкнул сталью, рука опустилась к эфесу полуторника.

- На вас троих хватит. Будешь проверять?

Сержант бы со всем удовольствием, но было что-то такое в выражении лица де Креньяна… и он пошёл на попятную.

- Ладно, не горячись. Рассказывай, что видел.

Ренард поведал вчерашнюю историю в подробностях, и храмовник зачесал в затылке. Развивать конфликт он не хотел, но и поверить словам молодого Пса до конца не мог.

- У меня трофей остался, — заметил его сомнения де Креньян. — Лапа чужанина. К седлу приторочена, могу показать.

Тут уж храмовник совсем сдался и жестом приказал своим отпустить трактирщика.

- Значит, недоразумений не возникнет? — уточнил напоследок Ренард.

- Нет, я всё понял, — помотал головой храмовник, — Но за несоблюдение указа он у меня заплатит в полной мере. Вместе с пьянчугами.

- Здесь нет возражений, — кивнул де Креньян. — Если бы указ соблюли, так бы и не умер никто. Обязательно надо наказать. А что ему там грозит?

- На первый раз штрафом отделается.

- Тогда и пьянчуг вчерашних не забудь. Из-за них всё и случилось.

Дольше Ренард задерживаться не счёл нужным. Довольный, что отстоял справедливость, он вышел за дверь и отправился на конюшню, где его уже заждался осёдланный Чад. По пути его обогнал помощник трактирщика, сунул в седельную сумку узелок и добавил мешочек с чем-то сыпучим.

- Хозяин приказал еды вам в дорогу собрать, — ответил он на вопросительный взгляд де Креньяна. — Вам и