Танцор Ветра. Том 4 - Константин Александрович Зайцев

Она медленно убрала руку с моей груди. Провела пальцами по моему плечу вверх, к шее — коротко, почти незаметно, но я этот жест помнил с того первого раза, когда она ещё притворялась лекарем в Нижнем городе. Тогда точно так же её пальцы шли по моей шее, проверяя пульс. Я тогда думал — обычный жест знахарки. Позже узнал, что она так проверяет, держит ли человек на неё обиду. По сбоям пульса.

Сегодня она проверяла другое. И получила свой ответ.

— Одевайся, — сказала она уже другим тоном, деловым. — Через четыре часа ты пойдёшь слушать начальника таможни, а пока поспи. Прямо здесь, на этой подушке. Я не отпущу тебя в другую комнату, там слишком много сквозняков и рана может воспалиться.

— Распоряжаешься мной, как своим агентом.

— Ты не забыл бумаги, которые подписал?

— Но теперь я один из дома Яньмун.

— Плевать. Ты правда думаешь, что у нас нет агентов среди драконорождённых?

— Значит, мы в связке навечно? — Я смотрел на неё с улыбкой, уже зная ответ.

— Именно так, партнёр. Навечно. А все остальные аспекты наших взаимоотношений выясним потом. Если оба выживем. Если нет — вот тут все документы, которые ты подписал. Сожжёшь, и для канцелярии тебя нет…

Друзья, следующая глава в среду 22.04 Я понимаю, что вы расстроены задержкой прод, но факт есть факт. Очень долго думал, что делать с проектом и принял решение. Официально серия будет закрыта на этой арке. С вероятностью 70% история Фэн Лао будет продолжена в новой серии, но уже без сложной стартовой позиции и длинной экспозиции, которые дали сложный вход на серию. Очень не хочу бросать Лао и сам мир, в него вложено очень много сил и задумок там просто море.

Глава 17

Я проснулся от запаха свежей еды. Один, и это несмотря на то, что уговорил Мэй Лин поспать вместе со мной. По моим внутренним ощущениям прошло ровно четыре часа, а судя по тёплой постели в том месте, где она лежала, она всё же сумела поспать хоть немного.

На низком столике стояла миска с горячей лапшой, небольшой чайник и две пиалы с холодной водой. Рядом был аккуратно сложенный чистый халат, тёмно-серый, простого кроя и крайне удобный, но, что важнее, он был мне по размеру. Запасов у Мэй Лин хватало, как и подобает хорошо подготовленному чиновнику Канцелярии.

При этом её самой в комнате не было.

Сев за стол, я автоматически отметил, что плечо ещё ноет, но уже терпимо — рабочая боль, фоновая, из тех, что не мешает. Немного эссенции — и к вечеру я буду как новенький и смогу орудовать ножом. А в том, что мне придётся его пустить в ход, сомнений не было.

Лапша была превосходной: густой навар, тонкие волокна свинины, пара крошечных перцев, от которых рот немедленно запросил воды. Я ел и думал, что в империи есть люди, которые за такую лапшу готовы работать без жалованья целый месяц. А у Мэй Лин это ночной перекус для партнёра по оружию.

Доев, я осознал, что голова прояснилась и пора уже заняться делами. Одевшись, я закрепил ножи и, ухмыльнувшись, подумал, что настало время идти слушать человека, который, как я подозревал, сегодня проклинал тот день, когда согласился работать на Советника.

Стоило мне выйти, как тут же появился молодой боец Канцелярии. Щёки едва покрылись щетиной, а взгляд уже опытный и цепкий. Увидев меня, он коротко поклонился со словами:

— Лорд-коготь в погребе. Она просила проводить вас, как только проснётесь.

— Веди.

Мы спустились на первый этаж, потом ещё на уровень ниже, по узкой каменной лестнице. Здесь пахло сыростью, кровью и почему-то лекарственными травами. У погреба меня встретили ещё двое бойцов, выглядящих как те ещё головорезы. Увидев моего сопровождающего, один из них открыл массивную дверь, которая отошла с лёгким скрипом. Явно её петли смазывали, но не полностью, чтобы скрип предупреждал, если кто-то попытается выйти без позволения. Старая школа.

Погреб был крайне неплох — широкий, сухой, с каменным полом, на который годами ложились винные бочки и вбирали в себя запах выдержанного напитка. Стол, табурет, жаровня, закрытая крышкой, чтобы не давала дыма. Две масляные лампы по стенам горели ровно, без копоти, а значит, фитили меняли недавно, и масло было явно недешёвое. Так что на столе я увидел стопку бумаги, чернильницу и три кисти разной толщины. Работали тут не как мясники, а как писцы, и это мне сразу понравилось. Сломанный человек ничего не помнит, а вот тот, кому просто не дают спать и задают вопросы один за другим, через сутки начинает говорить такое, чего в жизни вспомнить не должен. Наставник любил эту методику и крайне одобрял.

Начальник таможни сидел на табурете прямой, как копьё, которое побоялись перегнуть. Один глаз заплыл, на нижней губе запеклась кровь — но это был единственный урон по его лицу. Руки свободны, одежда в порядке, даже пояс затянут по-чиновничьи аккуратно. Его даже не пытали. Его просто не отпускали спать, задавали вопросы и записывали ответы. Для такого человека, как он, привыкшего ходить по мягким коврам и обедать в обеденное время, это было хуже любого ножа. Без кровавого представления, без криков, просто ровная неумолимая работа, которую не остановить ни мольбами, ни деньгами. Он уже это понял — я видел по его глазам, в которых светилось отчаяние.

Мэй Лин стояла у дальней стены, скрестив руки на груди. Лорд-коготь выглядела идеально, словно сейчас она отправится на званый ужин. Волосы собраны гладко, ни одной выбившейся пряди, словно она не три с небольшим часа урывками дремала рядом со мной, а только что вышла из утренней ванной, готовая к приёму у императора. Но её лицо было высечено из камня. Маска лорд-когтя вернулась на место, и тепло, которое я видел на ней пару часов назад, спряталось так глубоко, что я сам уже начал сомневаться — было ли оно вообще. Впрочем, я знал ответ на этот вопрос, и ответ этот грел меня не хуже хорошо выдержанного сливового вина.

Рядом с ней, на низкой скамье, с пиалой чая в левой руке, сидел Кремень.

Повязку на правой кисти он сменил. Новая уже была чистой, без малейших намёков на кровь. Он отхлёбывал маленькими глотками