Великая Северная война - Алексей Геннадьевич Шкваров

20 сентября Апраксин двинул войска на Тавастгус. В поход отправились все драгунские полки, казаки и 12 полков пехоты. В Гельсингфорсе было оставлено 3000 человек.

Пока русские в течение недели продвигались к Тавастгусу, в шведском лагере произошли изменения. Нерешительный генерал Любекер наконец был заменен более энергичным Армфельдом. Однако и новый шведский командующий вынужден был начать с отступления. Тавастгус был оставлен шведами опять-таки без боя, причем часть артиллерии забрали с собой, а те пушки, что вывезти не смогли, — утопили.

Замысел Армфельда состоял в том, чтобы, отойдя от Тавастгуса на четыре мили, занять удобную позицию и вынудить русских атаковать ее. Такая позиция действительно образовывалась между озерами Палкяне-веси и Маллас-веси, соединенными рекой Пелкина. Ширина перешейка между двумя озерами едва достигала полутора верст. Самой природой позиция была создана как идеальное оборонительное дефиле; узкий фронт шведы усилили вдобавок разнообразными фортификационными укреплениями.

Войска Апраксина (14000 человек), приблизившись на расстояние артиллерийского огня, тут же смогли оценить всю серьезность их оборонительных порядков. Русские произвели рекогносцировку и приняли решение обойти шведов с правого фланга через озеро Маллас-веси на плотах и зайти им в тыл, одновременно начав фронтальную атаку. Три дня копали окопы, устраивали артиллерийские позиции прямо напротив фронта шведской армии и скрытно изготавливали плоты для десанта. Потрудиться изрядно топорами пришлось всем, в том числе и кавалерии{300}.

Наконец все было готово. Холодной промозглой ночью 5 октября 1713 года пехота во главе с самим князем Голицыным села на плоты и в полной тишине, нарушаемой лишь всплесками весел, двинулась сквозь молочную пелену тумана по озеру. К рассвету она стала выходить на исходные позиции. Шведское охранение обнаружило ее слишком поздно. Завязалась перестрелка. Но силы шведов были малочисленны, и Голицын легко опрокинул их. К этому времени шведы поняли, что их обходят, и, сняв значительную часть пехоты с основной позиции, попытались сбросить русских обратно в воду. Однако им во фланг ударила вторая очередь русского десанта, высадившаяся несколько левее первого эшелона.

Одновременно русские войска пошли на главную линию шведской обороны. Пехота, тоже на плотах, начала переправляться через реку Пелкина прямо напротив центра позиций противника. Кавалерия князя Волконского, обнаружив глубокий, но все-таки доступный для коней брод, прошла на другой берег реки почти вплавь и нанесла удар по правому флангу шведов.

Но если в месте высадки десанта дела складывались для русских удачно и шведы беспорядочно отступали по направлению к Таммерфорсу (Тампере), то по фронту противник отчаянно сопротивлялся и дважды отбрасывал наседавших русских солдат. Но наконец шведы отступили и здесь. В общей сложности они потеряли 577 человек убитыми и 233 пленными, из них 14 офицеров. Потери русской армии составили: 6 офицеров и 112 нижних чинов убитыми, 21 офицер и 534 нижних чина ранеными. Русские захватили восемь знамен, восемь пушек, много амуниции, боеприпасов и оружия{301}. Из донесения Апраксина следовало, что бой продолжался около трех часов, неприятель был выбит из всех укреплений, «и полную викторию получили»{302}. Кавалерия преследовала шведов до самого Таммерфорса, где Армфельд вновь занял оборонительную позицию.

Так завершилось первое серьезное сражение русских и шведов в Финляндии. Оно выходило за пределы принятой тогда всеми армиями линейной тактики с ее фронтальным столкновением. Русские решительно и с высокой маневренностью действовали одновременно на двух направлениях.

На этом боевые действия не закончились. К 10 октября русская пехота подтянулась к кавалерии и приступила к возведению укреплений и установке батарей напротив новых шведских позиций. Но тут Армфельд снова снялся с места и пошел в глубь финской территории. Драгунские полки устремились за ним, но их рейд никакого результата не принес, поскольку лошади были вконец обессилены. Не хватало фуража, некоторых требовалось перековать, что в полевых условиях было невозможно, многие были травмированы из-за сложностей финляндского рельефа — трясина здесь соседствовала с выходившими на поверхность земли гранитными грядами, часто приходилось пересекать бурные реки, дно которых было усеяно камнями. Только Вятский драгунский полк во время кампании потерял 232 строевые лошади, из них убито в бою было лишь пятнадцать и еще три утонули во время переправ, а все остальные пали от изнурения и недоедания. Потери личного состава полка за весь 1713 год составили всего 26 человек, но из-за отсутствия лошадей численность полка как кавалерийской части уменьшилась на четверть. И такое положение было во всех полках.

Казачьим разъездам удалось захватить несколько пленных, от которых узнали, что Армфельд отступает на север к городку Васа (Вааса). Движение Армфельда сопровождалось полным опустошением края. Финнов выгоняли из деревень, годных к строю мужчин насильно мобилизовывали, а остальных заставляли уходить как можно дальше, угоняя скот, зарывая или уничтожая припасы. Добравшись до Васы, Армфельд встал наконец на зимние квартиры.

Первоначально Голицын пытался все-таки настичь шведов, но, поняв, что измученным солдатам необходим отдых, остановился, дал возможность им перевести дух и набрать по окрестным деревням провиант. 13 ноября он вышел к Биернборгу{303} и, разделив армию на отряды, тоже решил встать на зимние квартиры. Сюда же прибыл оставленный в прошлом году в Лифляндии ввиду «полного расстройства», а ныне приведенный в порядок Олонецкий драгунский полк. Общее руководство расквартированием войск возложили на генерала Брюса.

Несмотря на то что полки встали на отдых, боевая работа продолжалась. 19 ноября Голицын формирует конный отряд из 700 драгун, отобранных из трех полков и казаков. Командовать им было поручено командиру Вятского драгунского полка полковнику Ивану Михайловичу Грекову. Отряду была поставлена задача вести поиск и уничтожать группы противника вплоть до самой Васы.

21 ноября отряд Грекова двинулся по прибрежной дороге в направлении Кристинестада (Кристийнанкаупунки). Не дойдя около трех верст до города, Греков выслал на разведку казачий разъезд. Казаки расстарались и привели пленных, сообщивших, что город занят шведским отрядом, которому приказано при приближении русских войск отступить, а город разорить. Греков отправил донесение князю Голицыну, и в ход пошла вся кавалерия Волконского. 29 ноября город был занят, но шведы все-таки смогли уйти, и попытки догнать их окончились неудачей.

После этого незначительного, в общем, эпизода кавалерия окончательно устроилась на зимовку в деревнях по Эстерботенской дороге. Голицын отправил царю донесение, в котором говорилось о большой убыли людей во всех полках, а в драгунских — еще и о серьезных проблемах с лошадьми. Петр вошел в его положение и разрешил не предпринимать активных действий до приведения