Запретные техники кино: Частные уроки от главных режиссёров современности - Евгений Ткачёв

а что такое киноискусство, как не темпоритм? Ее полнометражный и наполовину американский дебют «Осколки» длится чуть больше часа. Вторая работа – антидетектив «Белый список» – идет больше двух. Но ни от той ни от другой не оторваться. Фильмы Хазановой вообще отличает углубленная в международный и синефильский контекст интонация. Если «Осколки» были вдохновлены классической сюрреалистической мелодрамой «В прошлом году в Мариенбаде» Алена Рене, то «Белый список» коллеги (и автор этих строк) назвали «корейским Финчером» – уж слишком сильно на нем были видны отпечатки «Воспоминаний об убийстве», «Семи» и «Зодиака».

Любопытно, что обе картины Хазановой были сделаны в коллаборации с Романом Волобуевым – в случае «Белого списка» еще и соавтором сценария фильма (я, кстати, читал третий волобуевский драфт, в котором есть эпилог и другие моменты, отсутствующие в экранизации, – и надо сказать, что написано это кино так же блестяще, как и поставлено). Неудивительно, что Волобуев называет «Белый список» самым важным фильмом, к которому он имел отношение. Ведь в этой экзистенциальной трагедии, принявшей форму жанровой головоломки, Хазановой и Волобуеву под видом детективного триллера о волне подростковых самоубийств удалось сделать остросоциальное высказывание о равнодушии взрослых к детям, о деструктивной человеческой природе и, что особенно ценно, о коллективной ответственности – а точнее, о том, что люди готовы поверить в любую конспирологическую чушь, лишь бы не брать на себя ответственность.

Фильмы:

«Осколки» (2016)

«Белый список» (2022)

Из актрис в режиссеры

– Я люблю актерскую профессию. Она прекрасная. Но я решила попробовать себя в режиссуре, потому что, с одной стороны, мне редко попадался материал, с которым было интересно поработать. С другой – у меня так, видимо, мозги устроены, что мне важно рассказывать истории.

А актерская профессия все-таки очень зависимая: в ней многое зависит не от тебя, и результат может быть непредсказуемым как в хорошую, так и в плохую сторону. Когда же берешь на себя больше ответственности, то получаешь шанс рассказать историю таким образом, какой лично тебе интересен.

Еще вокруг было много людей, которые постоянно твердили, что мне надо обязательно стать режиссером. Я несколько лет отмахивалась: «Да ну вас!» А потом поняла, что, может, в этом действительно что-то есть, – и решилась снять фильм. Было страшно волнительно, однако желание попробовать оказалось сильнее, чем волнение и страхи.

О своем первом фильме

– Когда мы решили сделать «Осколки» (дебютный фильм Алисы Хазановой. – Прим. авт.), у нас собралась команда единомышленников, что на самом деле является ключевым фактором. Для любого предприятия очень важно работать с людьми, которые тебя слышат, даже если ты не всегда можешь внятно сформулировать, что ты хочешь, только на уровне каких-то интонаций, ощущений. А тот факт, что мы собрались небольшой командой и решили снять игровой фильм в Нью-Йорке, говорит о том, что мы не очень хорошо понимали, с чем столкнемся.

Но это, наверное, и позволило нам снять картину. Я много раз говорила в интервью, посвященных «Осколкам», что у нас был небольшой бюджет, ограниченное количество съемочных дней. Но нас это не испугало, а даже спасло, потому что все трудности решались прямо по ходу съемок.

Я бы никогда не смогла снять этот фильм, если бы рядом не было такой команды. Если бы не было Ромы Волобуева (сценарист и режиссер, на «Осколках» выступил одним из продюсеров. – Прим. авт.), оператора Феди Лясса, компании Hype Film, которая тогда тоже только начинала свой путь в мире кино и поэтому с энтузиазмом решала совершенно неразрешимые вещи.

О неофитском энтузиазме

– Когда мы работали над «Осколками», у нас не было бюджета на трейлеры и прочие вещи, которые обычно входят в мир люксового кинематографа. И вот однажды посреди ночной съемочной смены в ресторане (было где-то около четырех часов утра) кто-то из наших, кажется Рома, вышел на улицу и увидел огромный киношный караван с какими-то невероятными трейлерами, актерскими вагончиками, кухнями – просто такой люкс! На нашу улицу высадился настоящий голливудский десант. А когда ты весь в съемочном процессе, то не сразу понимаешь, что происходит. Снимаешь кино, выходишь на улицу и думаешь: «Это же наш, наверное». Но караван был не наш, а съемочной команды сериала «Винил» Мартина Скорсезе.

У нас все было гораздо меньше, но тоже симпатично. Однако эта работа на контрастах, когда ты просто в трех метрах от себя видишь настоящий нью-йоркский кинематограф, который делается на самом высоком уровне, – ну это просто колоссальная разница! Но было смешно, что наш маленький фильм оказался в эпицентре киношного каравана.

– Понятно, что «Винил» – суперкачественное кино, но мне (да и не только мне) оно не слишком понравилось. Не скрою, что «Осколки» мне было интереснее смотреть в том числе потому, что в них был какой-то неофитский энтузиазм, желание людей делать кино, а еще картина была так непохожа на российский кинематограф того времени. Мне вообще кажется, что искренность порой важнее, чем производственные мощности. Вот вы как считаете?

– Неофитство, наверное, в какие-то моменты может быть более заразительно, потому что нет ожидания, что получится некий продукт. В индустрии высокого уровня часто принято называть фильмы или сериалы продуктом. Соответственно, есть определенные нормы и ожидания, некая стабильность. А вот в неофитском кино всегда есть элемент неожиданности: ты не всегда полностью контролируешь конечный результат.

При этом одного энтузиазма, конечно, недостаточно. Все-таки нужно понимать, в каком стиле ты хочешь рассказать историю. Мне кажется, это один из основных моментов. Наличие общего видения, в том числе эстетического, способно спасти авторов. Даже если у вас мало денег, съемочных смен и очень жесткий график, в который нужно встраиваться. Благодаря ему на выходе чувствуется хоть и неофитская, но цельность.

О референсах в кино

– Вы говорили, что при работе над «Осколками» отправной точкой стал сюрреалистический фильм «В прошлом году в Мариенбаде» Алена Рене. А вот вы, когда снимаете кино, задаете ли себе сознательно референсы или это, скорее, интуитивно происходит?

– Нет, не сознательно. Мне кажется, если ты специально какие-то референсы закладываешь, это сильно мешает процессу. Условно говоря, есть источник вдохновения – в случае с «Осколками» этих источников было гораздо больше, чем с «Белым списком». Мы хотели современным языком рассказать то, что было снято еще в 1960-е. Посмотреть на те отношения между