Хорошая? Плохая? Живая! Мама - Лара И. Покровская

#Сашке7

* * *

В школу Егор не хотел никогда. Начиная с подготовки, оглашал дом криками: «Ненавижу школу! Не хочу в школу». В то время ни о каком семейном образовании для меня речи идти не могло. Я знала, что так бывает, что иногда дети учатся дома, но что это такое и как оно устроено – даже думать не собиралась в эту сторону. Потому что я же не педагог, откуда я знаю, чему и как учить? А больше всего меня пугало то, что я не знаю, сколько клеточек где нужно отступать (и здесь я не шучу и не утрирую). Как я, которая не знает вот это всё про клеточки, может обучать ребёнка дома? Разумеется, никак.

В необходимость школьных знаний для жизни я не верила, но верила в то, что иначе никак. Что нет иного пути, только стандартный: школа – подготовка к институту, институт – к работе, работа – наверное, к пенсии, пенсия – … не будем о грустном. Стандартные схемы, стандартные мысли. Моему ребёнку был уготован стандартный путь.

В анамнезе у нас ещё имеются мои родители – школьные учителя математики. Да и моя тётя – учитель английского. Муж мой – «правильный» человек с «правильными» мыслями о том, что «школа даёт нужные знания, без которых нельзя вырасти эрудированным, образованным человеком».

Одним словом, неоткуда было мне пропитаться духом свободы и начать думать об альтернативных путях. Но объективная реальность мало-помалу капала мне на мозги. Например, педагоги, сталкивавшиеся с Егором на кружках, говорили, что у него будут проблемы с учёбой. Потому что он своеволен, на всё имеет своё мнение, не слушается взрослых.

На занятиях Егор объективно плохо сосредотачивался, плохо концентрировал внимание, отвлекался на похохотать и прочее. Он подвижный электровеник, очень общительный, на кружки приходил общаться, а не учиться делать оригами, например. И тут вопрос, скорее, ко мне, чем к его поведению. Зачем я выбирала ему кружки, где нужно было усидчиво заниматься, вместо совместных игр с детьми?

Егор очень любил играть и играл много. Именно такую активность я, по уму, должна была ему в детстве организовать. Но в то время не было ни игр по Бахотскому, ни любых других игр без обучающей компоненты. Многообразие, которое возникло за последние годы, я с удовольствием и огромной благодарностью использую сейчас со своей младшей дочерью. А тогда выбирала из того, что было.

В общем, педагоги рекомендовали мне научить Егора уважать авторитет старших («уважать» приравнивалось к «слушаться беспрекословно») и искать школу с малыми классами («максимум пятнадцать человек, но лучше – шесть»).

Чтобы оттянуть школу на год, я пыталась получить заключение специалиста о неготовности ребёнка к школе. Вызвала домой психолога. После беседы психолог предложил нам два пути: ломать ребёнка – отправить в обычную школу и пусть его там «шлифует социум», или создать тепличные условия – отдать в вальдорфскую школу. Я не люблю ультиматумы или-или, обычно вариантов всё же больше, чем только чёрный и белый, поэтому я пыталась решать проблему дальше.

Я свозила Егора к нейропсихологу на диагностическое обследование. Его долго тестировали, беседовали с ним, со мной и с мужем. Через несколько часов был вынесен вердикт: с точки зрения нейропсихологии никаких проблем нет. Все отделы мозга сформированы согласно возрасту.

соревновательный момент

чтоб понимать что маша круче

а ты обычное дерьмо

а без сравнения с другими

учиться смысла просто нет

и мотивация откуда

и слив учительский куда

Мои стишки-пирожки, 2016 год

Но и тут я не успокоилась. Нашла специалиста по психологической готовности к школе. После кучи тестов и заполненных анкет психолог заключила: к школе ребёнок готов.

Школьное время всё приближалось, специалисты не видели проблем, но мне было понятно, что сын ещё не доиграл, и в школу ему рано.

* * *

Саша, узнав, что на следующую игру к Егору Бахотскому с ней поеду я, очень удивилась (ну да, обычно папа возит, а я работаю; но летом-то я посвободней: Сашку не надо возить по кружкам и секциям). И решила провести со мной беседу про Площадку игры и общения и про то, как она там играет и с какими сталкивается проблемами.

В общем, разговаривать с Сашкой – это всегда что-то глубокое, забавное и реально космическое:

– Знаешь, мам, я когда у дяди Егора играю, я всегда такой персонаж, который в деле замешан как-то.

– В деле замешан?

– Ну в смысле помогает. Или наоборот – вредит всем. Я иногда была, например, злым драконом. Украдывала всякое. А как-то раз меня дрессировали…

А не так давно с подругой Василиной была кошкой. Девочкой. Кошкой-девочкой. У нас были такие повязочки на руках…

Кстати, там камушков уже этих нету. И я не знаю почему. Обидно… Ведь бывает я и первая прихожу, смотрю – их всё равно нету… И когда не первая приходила, а их нету, думала – жалко-то как, – вздыхает, – похоже все камушки расхватали. А теперь я уже поняла – их нету.

Мам, за то, что я куда-то лазию – не бояться! Не бояться!

– Да что ж такое, Саш!

– Ну я так, на всякий случай… Ты же не знаешь, куда я там лажу!

– На подоконники лазишь.

– Это высоко достаточно!

– Ну да, я в курсе.

– И по батарее лажу. Ну, не сильно, конечно, на неё становлюсь… На какой-то ящик – и на батарею. Разрешают, нормально всё.

Кстати, там ведь специально для того, чтоб можно лазить, есть стулья-стремянки, если помнишь.

Ма, а ты мне домик поможешь сделать?

– Ага, помогу.

– Я всегда себе выбираю четырёх персонажей. Четырёх.

– Это у тебя такая традиция?

– Ага. Но бываю я одним, двумя. Четырьмя очень редко – не могу рассчитать время. Увлекаюсь просто одним персонажем каким-то. Остальные роли получаются, можно сказать, запасные.

– Запасаешь ты…

– Угу. Чтоб, если что, можно было выбрать. Потому что я не тот человек, который приходит и не знает, кем быть. И смотрит, кто кем будет, примерно представляет, как это всё будет выглядеть – и придумывает потом.

– Не тот человек, да?

– Не-а. Я заранее пытаюсь придумать, в машине, или в этот же день.

– А почему тебе важно заранее?

– Не знаю… Мам, я серьёзно не знаю, кем мне быть… Прекрасная роль – единорог! Но меня обязательно попытаются оседлать.

Смеюсь.

– А я боюсь этого. Ну ещё ладно Василина на меня сядет. Выдержу как-нибудь. Но вот, например, Ивана я не выдержу. Или