Наталья Фонвизина – любить, прощать и жить ради других - Юрий Николаевич Лубченков

С 1709 года Тюмень входила в состав Сибирской губернии, а в 1782 году стала уездным городом Тобольского наместничества (с 1796 – губернии). В XVIII веке в Тюмени началось каменное строительство. В 1728 году здесь построили новый мост через речку Тюменку длиной 176 метров, на посаде встали таможня, торговые ряды, шесть приходских церквей. К концу века в городе были возведены еще 5 каменных церквей – Успенская, Знаменская, Вознесенская, Воскресенская (Крестовоздвиженская) и Спасская. Тогда же появились первые кирпичные постройки гражданского назначения: казенный винный подвал, административные и частные здания.

В XIX век Тюмень вошла как основной центр обрабатывающей промышленности Западной Сибири, ремесленного производства и земледелия.

Здесь уже ощущался особый сибирский мир, зачастую являвший всем остальным странам и народам свою незаурядную самобытность. Большинство ученых, занимающихся проблемами цивилизаций, полагают, что характер, суть и особенности той или иной цивилизации во многом воплощаются в культуре. Причем стержнем любой культуры является язык, на котором говорят, размышляют, мечтают, пишут её представители. О творческом потенциале тех или иных народов судят не по силе их имперских амбиций, а по языку, который они создали в ходе своего исторического бытия. Русь-Россия (и особенно Сибирь) поражала, прежде всего, тем, что на ее огромных просторах средством межличностного общения был русский язык. Такого языкового единства Европа не знала. Так, в XII веке в крошечном немецком Нюрнберге жители соседних улиц в силу языковых барьеров практически не понимали друг друга. Такова была цена европейской замкнутости и равнодушия друг к другу. На Руси и в Сибири дела обстояли иначе. Русская душевная распахнутость, стремление к добрососедству, товариществу, а главное, к общению сыграли решающую роль в укоренении русского языка на огромных пространствах. Русский язык стал мощной силой, объединяющей разноплеменную Русь, и важнейшим фактором создания единого централизованного Русского государства.

Любой язык хранит следы истории народа, отражает его судьбу, хранит ковавшиеся веками базисные цивилизационные ценности. Язык выражает и характер народа, создавшего его, он – образ-выразитель самого человека, его воспитания, его нравственных начал. Что находило своё выражение в былинах, сказаниях, поучениях, сказках, пословицах, поговорках, в обыденном каждодневном общении. В ХVII и двух последующих столетиях Россия оставалась крестьянской страной. Люди придерживались традиционных основ культуры и быта, жили так же, как жили их предки. Новшества проникали очень медленно. Тем не менее определенные перемены постепенно шли во всех сферах жизни, в том числе и в области культуры.

Церковь играла в развитии культуры в тот период, как и всегда, значительную роль. Ведь именно в монастырях, при церквах испокон века создавались школы, писались летописи, другие сочинения. В церковной среде развивались живопись, хоровое пение и др. И в то же время церковь была резко настроена против проникновения в Россию западной, так называемой «латинской» (католической), культуры. Священники нередко выступали против культурных новшеств, приглашения образованных людей из Западной Европы, западнорусских земель, видя далеко идущие последствия подобных действий (одним из примеров которых можно считать раскол), придерживались старины в архитектуре, искусстве, обычаях, одежде, быту. Очень хорошо эти настроения выразил протопоп Аввакум: «Ох, ох, бедные! Русь, чего-то тебе захотелось немецких поступков и обычаев». И все же процесс обмирщения культуры, выхода ее из-под влияния церкви шел в России на протяжении нескольких столетий. В качестве учебников в России уже в ХVII веке использовали переводные руководства «О строении человеческого тела», «Космография», где излагались взгляды Н. Коперника. Постоянным делом стало составление географических карт. В 1696 году сибирский ученый Семен Ремезов создал в Тобольске «Чертежную книгу Сибири». В 1692 году дворянин А.И. Лызлов закончил работу над трудом «Скифская история». В этом первом в России научном историческом исследовании он описал многовековую борьбу русского и других европейских народов против монгольских и турецких завоевателей. В своей работе автор использовал русские летописи, другие произведения, иностранные исторические сочинения. Популярные обзоры по русской истории неоднократно переиздавались и быстро раскупались.

Неизменными оставались в народной среде лишь нравственные основы, определяющие саму сущность человека. Через полвека после появления в этих местах декабристов А.П. Чехов напишет о сибиряках: «Человек то ведь здесь стоящий, сердце у него мягкое, он и не украдет, и не обидит… Золото, а не человек».

Начиналось все это, естественно, задолго до описываемых времен, и даже до прихода русских в Сибирь, но в схожих условиях преодоления трудностей, коими так щедра природа к большинству народов. Давным-давно, как говорится в сказках, и не в далеком тридевятом царстве-государстве, а здесь, и там, и там, везде, где жили древние люди. И именно то, где они жили, и влияло в значительной мере на то, кем они стали. Влияло множество причин, но среди них были важнейшие, первое место среди которых, естественно, занимают природные условия. История России-Руси, русских, славян выстраивалась в непрерывную цепочку взлетов и падений, побед и поражений, подвигов и преступлений на просторах, отличавшихся холодноватым однообразием. Лето хоть и теплое, но короткое, долгая, холодная зима (снег лежит по несколько месяцев в году); ветры с Ледовитого океана, не встречая преград в виде гор, могут продуть страну холодом насквозь и не только зимой, ветры же с востока также несут зимой обжигающую стужу, летом – испепеляющую сухость зноя. На большей половине территории страны раньше были леса – от непролазных чащоб, вспоминаемых добрым словом лишь при вражеском нашествии, до рощ, бывших основными кормильцами человека. Для того чтобы выжить в этих краях, нужно было умение и желание беззаветно трудиться, месяцами в буквальном смысле не разгибая спины, и выжить здесь могли только упорные люди, не падающие духом при каждой неудаче, умеющие радоваться каждому малому подарку природы, будь это лишний солнечный день или грибной дождик, выпавший вовремя, и издавна привыкшие работать, навалясь авралом, действуя скоро и быстро, но зачастую без надлежащей тщательности и без большого желания работать качественно, а главное – долго (короткое лето и долгие зимы создавали особый ритм и почерк труда). Здесь у человека неминуемо должно было развиться доброе отношение к соседу, с которым они попеременно выручали друг друга, дружелюбие и доброта, ибо человек не переставал быть другом, даже если его дом сгорел или урожай побил град – нет, ему следовало помочь, ибо в совместном противостоянии природе они, неродные по крови люди, уже стали братьями, скрепив свое братство общими заботами, общей работой, общим потом во имя своей семьи и своих детей. А иногда и общей кровью, ибо земля, где жили наши предки, не была раем для ленивых и беспечных. Нет, это была земля, продуваемая всеми ветрами – и