Килейский котел - Андрей Андросов

— Бруд? — донесся неуверенный голос молодого драка.

— Ты где его откопал, Мал? — спросил лысый вольник, жестом предлагая механику присесть. — Да не тереби ты свою железку, птенец. Сходи куда, еще что-нибудь потереби. Только пивка нам принеси.

— Ну и что тебе надо? — поинтересовался Брудник, в один глоток ополовинив кружку. — Считай, что ты меня заинтересовал, но не подумай, что это убережет тебя от канавы. Как тебя зовут?

— Найлас Плотовик, — протянул руку Брак.

Не дождавшись ответного жеста, он пожал плечами и воздал должное пиву. Действительно неплохому, темному и неуловимо отдающему чем-то родным. Свалочным.

— И что тебе нужно от Драков, Найлас Плотовик? Дай угадаю, очередной молодой, самоуверенный кочевник в Поиске, которому прискучила столичная жизнь? Захотелось вспомнить юность и позажигать на скиммере среди ряженых дурачков?

— Все мимо, — хмыкнул Брак. — Вот прямо ни разу не попал. На скиммере я ездить не умею, в город прибыл вчера, а юность вспоминать точно не собираюсь.

— Ну так рожай скорее, юный не-кочевник, за каким шаргом ты ко мне приперся? Учти, времени тебе до конца этой кружки.

— Да мне пары слов хватит, — отхлебнул из посудины механик, зажмурившись от удовольствия. — Я ищу Майрона Черного, которого твои люди вчера похитили из южного портового.

Брудник покосился куда-то в сторону, но промолчал. Из глаз окончательно ушла усталая сонливость, а взгляд стал цепким и острым, как у голодного рапа.

— Он мне кое-что должен, причем сильно, — продолжил Брак. — Настолько сильно, что я готов закрыть его долги перед вами, добавив от себя сверху за… Скажем, беспокойство. Мне глубоко плевать, в каком он состоянии, лишь бы жив и в сознании.

— Тебя его жена прислала? Ей же говорили, чтобы не лезла.

— Она здесь ни при чем, — покачал головой механик. — Я даже не знаю, как ее зовут. Да и видел девку только вчера, впервые в жизни.

— Майрон, Майрон… — пробормотал Брудник, нервно потерев подбородок. Недопитую кружку он отставил в сторону.

— Если он вам нужен настолько сильно, что вы не готовы с ним расстаться — я заплачу за возможность поговорить с ним наедине. Недолго, обещаю.

— Да долго и не получится… — едва слышно сказал вольник. — И зачем он тебе? Знаешь, я чую запах люторожьего дерьма за милю, а от твоего предложения им буквально разит.

— Сочувствую. На юге таким несладко приходится.

— Поязви мне еще. Так зачем он тебе? Долги? Совместное дело? Неразгаданные тайны?

— Пара личных вопросов, не имеющих к вам никакого отношения. Просто надо кое-что прояснить.

— Ага, прояснить… Майрон, Майрон, шаргов хер, всем ты нужен, старый… Тер… Пер…– потеряв надежду поймать рифму, вольник надолго замолчал, а потом внезапно спросил: — И во сколько ты оцениваешь своего друга?

— Две фиолки?

— Три. Прямо здесь. И никаких гарантий кроме тех, что тебя тут не тронут.

Слово «тут» он отчетливо выделил голосом.

— В целом, я согласен, — кивнул механик.

Брудник поднялся из-за стола, накинул на плечи красную куртку и поманил механика за собой.

— Но что значит, никаких гарантий? — уточнил Брак.

— То и значит, — ответил вольник, распахивая неприметную дверь в темный коридор, — Парень, с твоим другом не может быть вообще никаких гарантий. Он заинтересовал патрона. Те, кто интересуют патрона настолько, что он просит не дергать его даже при вторжении доминионов, редко доживают до заката.

Они проследовали по обитому свежеструганными досками коридору, миновали несколько узких поворотов и зловеще выглядящую стальную дверь с двумя хмурыми охранниками, после чего остановились у ведущей вниз лестницы.

— Ты платишь мне не за встречу с Майроном, Найлас, — протянул ладонь Брудник. — Ты платишь мне за то, чтобы я рискнул побеспокоить драка в его логове. За остальное я не отвечаю и никаких гарантий не даю.

Брак помялся, не решаясь светить столь крупной суммой, но затем одернул себя. И так уже у шарга подмышкой, вокруг бандиты, а сам он только что согласился на невнятную авантюру, от которой дерьмом несло не то, что за милю, а за целый перегон.

Но останавливаться на полпути было глупо, хотя сложно было отделаться от ощущения, что его привели сюда на съедение какой-то подземной твари.

Тварь это не страшно. Трость при нем, как и фляга. Справится.

— Вот и славно, — кивнул Брудник, пряча кристаллы в карман. — Спустишься по лестнице, вперед до упора и крайняя дверь налево. Только стучи погромче, там может быть шумно. И если упомянешь мое имя, можешь заранее искать подходящий обрыв, с которого я скину то, что от тебя останется.

— Если бы меня наняли ваши враги, это был бы отличный способ лишить «Драков» головы, — заметил Брак в спину уходящему вольнику. — Меня даже не обыскали.

— Тогда удачи в этом, Найлас Плотовик. Уж тебе-то наверняка повезет, — донеслось из-за угла. — Будешь выходить, стучи трижды. Передавай привет Попут…

Вдалеке гулко хлопнула дверь и Брак остался один.

Подвал под «Гнездовьем» был под стать остальному зданию — основательный, просторный, с выложенными рыжим, ноздреватым кирпичом стенами. Вдоль них змеились латунные трубки, издалека доносилось шипение пара и чей-то кашель, а под потолком висели редкие, тусклые светильники. Брак, следуя указаниям и покрепче сжимая трость, осторожно прошел сквозь хаотичный беспорядок склада, где были кучами свалены пустые канистры и остро пахло пивом.

Искомая дверь нашлась в конце коридора, тяжелая, стальная, с тремя массивными задвижками. Открываться она не пожелала, а изнутри не доносилось ни звука. То ли просто стены толстые, то ли так и было задумано с известными целями. Все ведь прекрасно знают, зачем преступникам глухие подвалы с непробиваемыми дверями.

Хотя, если как следует продышаться, такую можно выломать за полминуты.

Брак улыбнулся таким мыслям и постучал. Сперва осторожно, костяшками, затем сильнее, а под конец замолотил кулаком.

Дверь безмолствовала.

Тогда механик взвесил на руке трость, примерился и с размаху саданул набалдашником, наполнив помещение оглушительным звоном.

Из соседней комнаты выметнулся перепуганный парнишка лет тринадцати, чернявый, тощий и нескладный, истово машущий руками. Он с неприкрытым ужасом посмотрел на трость в руках Брака, затем на него самого, и, наконец, перевел взгляд на дверь.

— Мне назначено, — пояснил механик, опуская трость и отступая в сторону.

За дверью что-то щелкнуло, со