Часовой: Владыка Севера - Максим Шторм

данный момент вообще ничего не испытывал. Вот, казалось бы, сладостный миг победы! Коварный враг повержен, я на коне… Но ни особой радости, ни торжества, ни глубокого удовлетворения от свершившейся мести… Ничего. Лишь осознание того, что я выполнил то, что должно. И что души моих предков теперь вздохнут с облегчением.

— Что ты можешь знать, мальчик… — раскат грома прервал слабеющий шёпот Перумова. Натужно закашляв, и корчась в болевых спазмах, он снова сплюнул кровь. — Рокоссовскому ещё долго придётся разгребать за мной, долго… Одно радует, моя смерть доставит этому старому ублюдку лишних хлопот, ха-ха… А ты…

Он, резко дёрнувшись, схватился холодной костлявой рукой за мое правое предплечье. Я даже не моргнул.

— Ты мой самый заклятый враг, Бестужев. По долгу крови, по твоему наследию… Наша вражда началась задолго до твоего рождения. И ты убил меня.

Я, не вырывая руки, слушал. Перумов, лихорадочно глядя на меня, едва слышно торопливо шептал, понимая, что его время вот-вот выйдет:

— Мне не удалось свершить то, что я задумал… Но ты… Ты сможешь сделать это вместо меня!

В эти слова Перумов вложил столько страсти, силы и надежды, что я невольно отпрянул, с изумлением глядя на него.

— Что, не поймаешь, глупец? Империя прогнила, власть нынешней династии всего лишь пшик! Думаешь, ты будешь худшим правителем, чем Коренев? Или я был бы хуже него⁈. Помни о моих словах, мальчик… Теперь, когда тебе вернут все земли и титулы и ты станешь законным Владыкой Севера, помни о том, что ты всегда сможешь взять больше. С твоими-то силами и наследием Владимира! И Коренев это понимает не хуже меня… В этом проклятом городе у тебя никогда не будет настоящих друзей. Император… Ха!.. Никогда не поворочивайся к нему спиной, слышишь? Никогда! И никому не отдавай то, что твое по праву!..

Он замолчал, надсадно и тяжело дыша. Я потрясённо смотрел на графа. Где-то над нами бушевала начинающая слабеть гроза, понемногу прогоняемая поменявшим направление штормовым ветром на запад, в сторону осквернённой границы.

— Опасайся Безлюдных земель, мальчик… Так живут существа, не менее страшные чем Ведьмы и все их адские твари. Я знаю, о чем говорю, я там был и разговаривал с ними… Они признают только силу. И если увидят, что ты слаб, станешь воевать сразу на три фронта. Против Ковена, Коренева и некромантов тундры. Покажи им всем, что ты настоящий владыка!.. Я вижу, что ты уже о многом задумался, ха-ха… Демоны меня задери, Бестужев… Поганое чувство, сдыхать, зная, что весь твой род сгинет вместе с тобой. Император безжалостен. Ты-то меня должен прекрасно понимать… Верно?

Он внезапно вскрикнул, его лицо стало белее молока, сухие тонкие пальцы с неожиданной силы сжали мою руку и, прерывисто кашляя и задыхаясь, граф прохрипел:

— У Вальпургии есть в Старограде верный союзник… Человек… Нет… Он раньше был человеком… Она всячески скрывает его истинное лицо и имя…Я подозреваю, что раньше он был кем-то из самых приближённых к Императору во время Великой войны людей… Хитрая и коварная тварь… Опасайся его. Именно ему Верховная глава Ковена обязана многими знаниями о нас. Хотя теперь у тебя, как мне кажется, будет солидная фора во времени, чтобы встать на ноги… Ведьмы не скоро оправятся от такого удара… А ты, если не дурак, сейчас можешь не только взять свое, но и много большее… Главное, покажи силу… Силу все боятся и уважают… Сделай так, чтобы тебя боялись они все!.. Ковен, некроманты Безлюдных земель, сама Империя!.. Сделай это… И… Ты меня спрашивал… Стоило ли оно того… Эх, мальчик, мальчик… Как ты думаешь, почему я смог прожить столько лет? Это было непросто, но Вальрпургия обещала дать еще больше… Однажды придёт время и ты меня поймешь…

И граф Владислав Перумов, Высший аристократ и командующий Шестой Стражей, глава Совета Ордена, умер. А дождь продолжал поливать его остывающее тело. Ветер затянул плачущую заунывную песнь по покойнику. А я, ошеломлённо глядя на испустившего дух старика, медленно поднялся на ноги. Совсем не таким я представлял наш последний разговор с этим страшным человеком. Совсем не таким.

И Перумов оказался прав, по крайней мере, в одном. Что я о многом задумался. Правда, начал я это делать еще раньше нашей эпохальной схватки.

Глава 25

Глава двадцать пятая.

— Я, Император и Самодержец Великорусской Империи, Великий Князь Константин Коренев, при единогласной поддержке всех ныне действующих членов Большого Государственного Совета и при поручительстве Светлого Князя Романа Рокоссовского, постановляю.

Все, ранее выдвинутые против Алексея Бестужева и Рода Бестужевых обвинения — снять. Все, ранее выдвинутые обвинения против Корпуса Тринадцатой Стражи — снять. Повинность Божей Воли, наложенную на Северные земли — отменить.

Вернуть Алексею Бестужеву права на Родовой Символ, имя и фамилию. Вернуть Алексею Бестужеву право на Родовые земли. Объявить Северные территории Великим Герцогством. И Вернуть всему Роду Бестужевых и его наследникам право на безраздельное владение ими и титулы…

И так далее и в том же духе. Столица гудела. Гудел и императорский дворец. После страшной ураганной грозы и всех произошедших в ту знаменательную ночь судьбоносных событий, все изменилось. Буквально за считанные часы.

Слова Императора, прозвучавшие на заседании срочно собраного Большого Государственного совета, на котором присутствовали все самые важные люди державы, еще долгое время стояли у меня в голове. По первах я отказывался верить в происходящее. Не так-то просто свыкнуться с мыслью, что ты наконец добился того, чего так долго жаждал. И к чему столько шёл, преодолевая всё и всех на своём пути.

Официально, во всеуслышание, с подписанием всех необходимых документов, я в одночасье стал Высшим Аристократом, герцогом и Владыкой Севера. Хотя, по факту, просто вернул то, что мое по праву… И весть об этом разнеслась по всему Новограду в самые кратчайшие сроки.

Но этому событию предшествовали несколько крайне напряженных и насыщенных часов. И сколько их будет ещё после… Тайная Служба, почти в поголовном составе экстренно поднятая в штыки, неустанно рыскала по всему дворцу, городу и окраинам, в поисках последних сподвижников погибшего заговорщика и изменника графа Владислава Перумова, чье имя уже было предано полнейшей анафеме, проклято Церковью и вычеркнуто из списка Высших Домов Империи. Знакомо… Все это был мне знакомо.

Вся семья графа и его домочадцы были взяты под стражу, а его Имение наводнено гвардейцами, чародеями и агентами Тайной Службы. Все, чем владел граф, было конфисковано и передано в