Развод с тираном - Александра Салиева

Ответа не жду, сбрасываю. Оборачиваюсь к Дыму.

— Отвезу тебя к Тимофею. Он уже в курсе, ждёт, — сообщает тот.

Киваю и без лишних слов принимаюсь одеваться. Дым ведёт меня обособленным маршрутом, и каждый шаг кажется слишком громким, будто стены вот-вот донесут обо мне Олегу. У поста охраны он говорит спокойно, почти лениво, а я прячу глаза и стараюсь не дышать. Всё внутри сжимается, но нас пропускают без вопросов. Лишь когда за спиной хлопает дверь машины, я позволяю себе дрожащий выдох. Ещё через сорок минут вхожу в холл офиса друга. Честно говоря, состояние такое, будто меня поездом переехало, ничего не хочется, просто лечь и не шевелиться. Низ живота тоже неприятно тянет. Организм отрицательно реагирует на моё настроение. Я очень стараюсь отвлечь себя, смотреть на всё под позитивным углом, но выходит так себе. Олег наверняка уже понял, что меня увезли из части, и наверняка идёт по следу. Хуже ищейки. Может и правда сдаться? Сколько можно Тима напрягать моим спасением? Тем более, оно уже ему боком обернулось — с женой он в самом деле очень крупно поссорился из-за меня. Вплоть до развода. Это тоже добавляет напряжения всему происходящему. Ещё большего, когда я сталкиваюсь с Полиной на этаже её мужа. Она вылетает из-за поворота подобно смертельному возмездию. Врезается в меня на всём ходу. Чтобы удержаться на ногах, приходится схватиться друг за дружку. Так мы и застываем, глядя друг на друга. Она с ненавистью, я с сожалением.

На ней короткое чёрное платье в обтяжку, а сверху белоснежный приталенный пиджак. Длинные тёмные волосы собраны в хвост. На лице самый естественный макияж. Она красивая. Причём даже не столько на лицо, сколько этой своей естественностью. И совершенно не умеет скрывать эмоций. А мне так стыдно перед ней, что я даже не знаю, что сказать. Зато у неё с этим проблем нет.

— Извините, — произносит сухо, вопреки всем бурлящим в ней эмоциям.

Это даёт надежду, что возможно она всё же выслушает меня, позволит доказать невиновность её мужа. Не его вина, что я девушка-беда. Причём приношу беды не только другим, но и себе.

— Да, ты тоже, — улыбаюсь ей как можно дружелюбней. — Полина, да? А я Регина.

Собираюсь добавить, что никакая не любовница Тима, а подруга его лучшего друга и вообще замужем за другим, но Полина вдруг резко шарахается от меня в сторону. От неё исходят такие волны ненависти, пригвождают к месту. Дурацкая ситуация! Которая так и не разрешается, потому что в следующий миг Полина вновь срывается с места и почти бежит в сторону кабинета Тимофея.

Похоже, наша с ним встреча откладывается на неопределённый срок...

Так и выходит. Стоит Полине скрыться за дверью, как из неё тут же выходит Евгений Юрьевич — начальник охраны. Сорокалетний брюнет с карими глазами, из числа военных, списанных из-за ранения в запас, и теперь служащий Шаховым в частном порядке.

— Добрый день, Регина, — здоровается он, подойдя ближе.

— Добрый, Евгений Юрьевич. Всё плохо, да? — киваю на кабинет главы их компании.

В ответ он пожимает плечами. Но и так ясно.

— Жаль, — вздыхаю.

— Ничего, помирятся. А пока мне велено отвезти вас в безопасное место.

Сам же подталкивает в спину. Я не сопротивляюсь. Только уточняю устало:

— Куда на этот раз?

— Вам там понравится, — обещает мужчина.

И даже не врёт. Место, куда он меня отвозит, и впрямь прекрасно, несмотря на холод. Да и прежде чем здесь оказаться, мы заезжаем в торговый центр, покупаем мне одежду, соответствующую текущему климату, так что я и впрямь получаю удовольствие от того, что нахожусь в таком месте. Вокруг лес, дышится свежо, хорошо, самое то, чтобы расслабиться и успокоиться. Рядом протекает река, сейчас покрытая льдом. Никогда раньше не была на турбазе и, похоже, зря. Здесь замечательно. На расстоянии в десятки метров друг от друга стоят небольшие деревянные домики, есть детские площадки, беседки с мангалом. Отличное место для внегородского отдыха. Так и вижу, как моя малютка бегает здесь, то и дело падая в сугробы, звонко и весело хохочет. А сугробы здесь и правда огромные. В городе таких не бывает. Хоть подкопы рой.

— Территория закрытая, так что никто лишний сюда не попадёт. Свободных мест нет, — сообщает Евгений Юрьевич, радуя меня ещё больше.

Потому что вокруг ни души! Ни одного отдыхающего. То, что нужно для того, чтобы восстановить душевное равновесие.

Провожу на улице целый день. Мужчина делает нам шашлык, и мы под горячий чай с удовольствием его уминаем, болтая о том о сём. У него есть семилетняя дочка, и я с удовольствием слушаю рассказы о её проказах, посмеиваясь вместе с ним в особенно забавные моменты. Он мне даже видео включает, чтобы я могла наглядно видеть некоторые случаи из их семейной жизни. Одним словом, вечер выдаётся чудесным.

— Простите, что из-за меня вам приходится быть сейчас не с ней, — вздыхаю виновато.

— Ерунда, — машет он рукой, — она с женой сейчас всё равно у бабушки в деревне, потому я и вызвался присмотреть за вами сам. Всё равно дома одному делать нечего.

Мы ещё некоторое время сидим, кутаясь в плед, после чего расходимся по комнатам. Они тёплые и удобные, хоть и маленькие. Я впервые за последние дни засыпаю спокойно. На душе хорошо, и я отчаянно стараюсь задержаться в этом моменте. Потому и не сразу реагирую на то, что меня кто-то настойчиво будит.

— Ну и засоня же ты, принцесса. Просыпайся…

Глаза я не открываю, распахиваю в немом ужасе, глядя на склонившегося надо мной Олега.

Что? Как?

— Нет!

12.2

Олег склоняется надо мной, тень от его фигуры закрывает всё, и я не могу отвести взгляд. В груди холодеет от ужаса. Его ладонь касается моей щеки — уверенно, так, будто он имеет на это право.

— Ты думала, я позволю тебе убежать? — голос низкий, хриплый, и в этих нотах слышится не угроза, а обещание. — Принцесса, ты меня разве не знаешь? Я никогда тебя не отпущу. Ты моя.

— Уйди… — мой шёпот звучит жалко даже для меня самой. — Я не хочу…

— Не хочешь? — Олег усмехается, большим пальцем скользит по моим губам. — А глаза выдают обратное. Ты вся дрожишь, потому что ждала именно этого. Ждала, когда я приду. Ждала?

Я отворачиваюсь, но он берёт меня за подбородок, разворачивает лицо обратно. Его близость сводит с ума: дыхание горячее почти обжигает.

— Зачем ты продолжаешь