Eminem. От изгоя до короля хип-хопа - Ник Хэйстед

a lawyer, file you a lawsuit / I’ll smile in the courtroom and buy you a wardrobe» («Во мне нет терпения, если ты обидишь меня, я подниму тебя на десять футов… Иди, позови себе адвоката, пусть он составит тебе судебный иск / Я буду улыбаться в зале суда и куплю тебе гардероб»). Но Маршалл, по крайней мере тот, каким он показал себя здесь, на самом деле не был таким сильным.

Самыми яркими сценами были те, где они с Ким были дома. В первый раз в его творчестве, в разгар скандала из-за его обращения с женой, она была показана злой, провоцирующей конфликты, кричащей и жестикулирующей на фанатов, когда они столпились вокруг ее малыша, а после, в квартире, – на пассивного Эминема. Впервые она была чем-то большим, чем пара ног, торчащих из машины, или названием скандальной песни, или поношенной надувной куклой. Это был проблеск того, почему они вообще когда-то были вместе.

Эминем лишь однажды признался в печати, что понимал проблемы его жены, когда их жизнь изменилась. «Не защищаю Ким, – рассказал он в июне “Detroit Free Press”, – но я понимаю, что то, что случилось со мной, возможно, тяжело и для нее тоже. Это сумасшедшая вещь, и с ней приходится справляться. Для этого в самом деле нужно быть в форме». В тот месяц, когда она на самом деле ушла от него, видео, которое было запланировано раньше, теперь решилось рассказать правду, показать Ким, злящуюся и собирающую вещи по этой причине, и тепло целующую ее мужа, когда она уходила с Хейли, любовь, в итоге смешавшуюся с ненавистью к тому, какой Эминем показал ее миру.

Финальная сцена говорит еще больше. Под звук останавливающегося сердцебиения Слим, который спрыгнул с того карниза и ругался, не раскаиваясь, весь свой путь вниз, внезапно осознает, что он натворил. Образ Хейли мелькает в его сознании, и он кричит и машет руками, полный страха и сожаления, а после обнаруживает, что земля смягчается, встречая его. Его жена, чье собственное суицидальное настроение, кажется, предполагается и, возможно, объясняется в этом видео, творчество и жизнь в эти месяцы, слишком близкие, чтобы их разорвать, были поняты. Скорая была вызвана до того, как ее самоубийство было совершено, и в больнице заявили, что она может идти на следующий день. Казалось, никто из них на самом деле не хотел покидать их малыша таким образом. Самый последний кадр, между тем, выжившего Слима, уставившегося на нас с нечитаемой угрозой, напоминает не принимать ничего как должное.

В сентябре продажи The Marshall Mathers LP пересекли новую отметку в 7 миллионов. Нет сомнений, что видео помогло, возможно, и супружеское кровопускание. Но запись тоже получила свой собственный безжалостный толчок. Скандал вокруг него больше не был актуальным для жадных рук корпораций, которые теперь брались за любую музыку, приносящую деньги и популярность, чтобы привлечь спонсоров и получить награды. Эминем не протестовал, когда его показали с «чистыми» версиями его альбомов. Измученное неудовольствие, с которым белые «альтернативные» рок-звезды, как Эдди Веддер из Pearl Jam, собирали награды от корпораций в девяностые, не были для него актуальны. Деньги, успех и взаимное подхалимство никогда не были преступлениями в хип-хопе, где все три эти вещи добывались с таким трудом.

Так, в августе Эминем получил хип-хоп премию от «Source» в номинациях «автор текстов года» и «музыкальное видео года». В сентябре видео к «The Real Slim Shady» было номинировано на две премии за музыкальные видео от «Billboard» – «Maximum Vision Video» и «Лучший рэп/хип-хоп клип года». Также в сентябре Эминем выиграл видео-премию от «MuchMusic» в номинации «народный избранник – любимый международный артист». Где-то в ратуше на Аляске, или в видеомагазине в Великобритании, или где-то еще в каких-то пустых учреждениях корпораций придумывали еще более смехотворно названные и бессмысленные премии, лишь бы выжать еще хоть немного денег за связь с крайне личными работами Эминема. И еще немного больше долларов подсовывались ему за дозволение делать это.

Премии MTV за музыкальные видео, также прошедшие в сентябре, на самом деле, были не сильно достовернее, разве что их увидели больше людей. Эминем должным образом выиграл три: «Видео года», «Лучшее мужское видео» (за «The Real Slim Shady») и «Лучшее рэп-видео» (за «Forgot About Dre»). Также он был номинирован на еще две. Закрепленный таким количеством упоминаний, он пришел, чтобы исполнить «The Real Slim Shady» и «The Way I Am». Но события вне шоу были частью противоположного процесса, показывающего еще один путь, по которому месяцы после релиза The Marshall Mathers LP вышли из-под его контроля.

На улицах вокруг места, где проходила церемония, протестующие из GLAAD и National Organization of Women собрались, скандируя и демонстрируя баннеры. GLAAD также высказал свои возражения во втором манифесте против Эминема: «Это те слова, которые дети слышат в школьных коридорах перед тем, как их изобьют. То, что этот язык выставляется здесь без какого-либо чувства ответственности со стороны Эминема или со стороны MTV – попросту то, что GLAAD не может игнорировать… Мы крайне разочарованы, что они продолжают настолько сильно поддерживать его».

Тем временем в Вашингтоне 14 сентября, в тот самый день, когда Эминем и Ким помирились, Линн Чейни, бывший председатель «Национального фонда гуманитарных наук» и жена в тот год абсолютно успешного республиканского кандидата в вице-президенты Дика Чейни, давала показания комитету сената по торговле, науке и транспорту об индустрии развлечений. «Они производят жестокий, сексуально откровенный материал и продают его нашим детям», – объявила она. Она выделила Эминема за «пропаганду жестокости по отношению к женщинам», за то, что он «жестокий женоненавистник», и за то, что он представляет «наслаждение» от убийства женщин, которых он встречал. Она вырвала из контекста строки первого трека The Marshall Mathers LP «Kill You», чтобы показать их американскому правительству: «…he’s raping his own mother» («…он насилует собственную мать»), «…painting the forest with blood» («…окрашивая лес кровью»), «…Bitch, I’m a kill you» («…сука, я убью тебя»), «…I got the machete from O.J.» («…взял мачете у О. Джея»). Был упомянут и «Колумбайн», и Мэрилин Мэнсон, родственная душа, которую Эминем поставил прыгать позади себя, словно призрака, товарищ по несчастью в видео к «The Way I Am», которое играло на MTV даже во время речи Чейни.

Октябрь стал свидетелем того, как должностные лица Канады присоединились к растущему протесту, когда тур Anger Management – ставящий Эминема в пару к Limp Bizkit, чтобы подобраться к покупателям рок-записей, которых упустил Up In Smoke – начался в Северной Америке. «Это неприемлемо для нас в Онтарио», – сказал газетам генеральный прокурор штата Джим Флаэрти после жалобы жительницы Торонто Валери Смит, когда дата тура в городе была запланирована на 26-е. Смит хотела, чтобы