Русская березка. Очерки культурной истории одного национального символа - Игорь Владимирович Нарский

выражены не словами, а зрительными образами. После смертельного ранения Бориса зритель видит окружающую фронтовую действительность как бы его глазами. Словно становясь на место героя фильма, вы видите родной пейзаж, видите близкие каждому русскому сердцу белые березки на фоне светлого неба. Они сняты в нижнем ракурсе не только потому, что Борис лежит на земле, а еще и потому, что они для него романтически возвышенны. И этот волнующий пейзаж с помощью наплывов и сложных двойных экспозиций плавно переходит в видения, которые воскрешают счастливые дни юности героя, его несбывшиеся мечты. И в памяти зрителя невольно встают картины начала фильма, когда счастливые и радостные Вероника и Борис гуляют по предрассветным улицам и набережным Москвы[641].

В первый год кинопроката фильм «Летят журавли» в СССР посмотрело более 28 миллионов зрителей[642]. По кассовым сборам картина заняла лишь девятое место. Более популярными оказались другие картины того года. Свыше 40 миллионов зрителей посмотрели экранизации известных литературных произведений: «Сестры» (по роману А. Н. Толстого «Хождение по мукам»), «Тихий Дон» и «Старик Хоттабыч»[643].

⁂

Лейтенант медицинской службы, подмосковная школьница Маша, до странности напоминающая черненькую девочку из Ивановых снов, так же неуместна на войне, как эти сны, как детство, как белоствольная березовая роща, уже пошедшая частично на накат для блиндажа, но еще уцелевшая чудом, – такой же островок красоты, как русская песня на шаляпинской пластинке, которая так и остается недопетой[644].

Так по горячим следам охарактеризовала советский кинокритик и киновед Майя Туровская одну из линий военной кинодрамы «Иваново детство», премьера которой состоялась 9 мая 1962 года. История создания фильма весьма драматична. Экранизацию повести «Иван» (1957) бывшего фронтового разведчика Владимира Богомолова по сценарию Михаила Папавы первоначально поручили Эдуарду Абалову (Аболяну). Отснятый материал был раскритикован художественным советом, работа над фильмом остановлена. Однако летом 1961 года съемки возобновили. Режиссером фильма был утвержден 29-летний Андрей Тарковский, оператором – Вадим Юсов, художником-постановщиком – фронтовик Евгений Черняев. Сценарий фильма был основан на переписанной Богомоловым повести, ставшей более драматичной, жесткой и беспощадной.

Съемки фильма были завершены за полгода, с большой экономией отпущенных на его производство средств, несмотря на то что значительная часть бюджета была до этого потрачена на снятый с производства фильм и списана в убыток. Картина была первым полноформатным кинопроизведением Тарковского и принесла ему международную славу. Фильм «Иваново детство» – первая советская кинокартина, которая получила главный приз на XXIII международном кинофестивале в Венеции (1962), а в последующие годы – почти два десятка других наград[645].

Сюжет фильма строится на контрасте между безоблачными, солнечными, мирными, жизнерадостными снами мальчика Ивана (Николай Бурляев), потерявшего на войне всех родных, и фронтовой явью малолетнего разведчика, душа которого выжжена войной и жива только жаждой мщения. Но и сам он не доживает до победы.

Березы играют важную роль во второй линии фильма, упомянутой выше Майей Туровской. Старший лейтенант Грязнов (Евгений Жариков) в новеньком блиндаже из необтесанных березовых бревен с белоснежной берестой распекает молоденькую, неопытную девушку – лейтенанта медицинской службы Машу (Валентина Малявина). Капитан Холин (фронтовик Валентин Зубков) настойчиво ухаживает за ней в густой березовой роще, среди очень красивых, стройных 30-летних берез. Когда Маша, как завороженная, сдается под натиском энергичного капитана, он прогоняет ее, понимая неуместность интрижки[646]. В той же роще в Подмосковье, близ Николиной Горы, снималась случайная встреча Маши с нелепым молодым солдатом в очках, который вместе с нею поступал в вуз, а потом тщетно искал ее[647]. За этой сценой следует вальс счастливо улыбающейся, влюбленной Маши среди кружащихся берез, снятых снизу и наплывом, как в сцене смерти Бориса в фильме «Летят журавли», которую Тарковский очевидно цитирует. Вальс резко обрывается, как и в фильме Калатозова, показом двух повешенных советских разведчиков, на груди одного из которых висит табличка с неграмотно написанной фразой «добро пожаловат!»[648].

На таких контрастах построен весь фильм. Туровская так охарактеризовала этот принцип картины:

Идеальное так же неизбежно возрождается в каждом следующем эпизоде фильма, как убивается в предыдущем.

Прекрасны беспечальные, светлые и странные образы детства в Ивановых снах. Неправдоподобно, сказочно хороша сплошная, округлая белизна стволов березовой рощи. Великолепен и до боли раздолен разлив русской песни[649].

В советской прессе фильм вызвал множество откликов. Помимо заметок и репортажей о победе «Иванова детства» в Венеции[650], высказался ряд специалистов. Среди них были крупные деятели литературы. Так, Константин Симонов похвалил талантливого режиссера, но отметил его чрезмерное увлечение символическими «архитектурными излишествами». При этом березы как символический элемент фильма в статье одного из «отцов-основателей» малой родины, «припавшей к трем березам», не упоминаются[651]. Не обратил внимания на эпизоды в березовой роще и известный советский писатель и сценарист Лев Кассиль[652]. Зато дипломированный киновед, старший научный сотрудник АН СССР, защитник метода соцреализма в позднем СССР, фронтовик Владимир Разумный в статье о современном состоянии советского кинематографа похвалил сцены в лесу и указал на их генеалогическую связь с операторской работой в фильме «Летят журавли». «Вспомним, – писал он, – хотя бы „живую“ камеру Урусевского, которая помогла А. Тарковскому и В. Юсову создать поэтичнейший эпизод в березовом лесу, преисполненный глубокого лиризма, свежести, непосредственности!»[653]

Судя по статистике просмотров, «Иваново детство» вызвало у советских кинозрителей определенный интерес – правда, менее резонансный, чем фильм «Летят журавли». Предоставим слово специалисту:

В советский прокат «Иваново детство» вышло солидным тиражом 780 копий (который со временем превысил 2600 копий) и привлекло в кинозалы 16,8 миллионов зрителей. Неплохо для дебютанта без громкого имени, но в масштабе Советского Союза «Иваново детство» не попало даже в тридцатку самых успешных картин 1962 года. Лидером проката тогда стали, что и понятно, жанровые картины: американский вестерн «Великолепная семерка» (67 миллионов зрителей), а второе и третье места заняли «Человек-амфибия» (65,4 миллионов) и «Гусарская баллада» (48,6 миллионов)[654].

Тяжелому антивоенному фильму посетители советских кинотеатров в годы оттепели предпочли жанровые развлекательные картины.

⁂

Андрюша, родной мой, а вдруг ты придешь? Чувствую, что где-то рядом. И боюсь, очень боюсь за тебя. А за нас ты не волнуйся. Наверное, мы никуда не уйдем. Береза наша во дворе так зеленеет. Обнимаем тебя, целуем тебя, любимый! Мы не прощаемся с тобой. До свидания, Андрюша![655]

Эти фразы с наигранной нежностью произносит молодой женский голос за кадром на последних сорока секундах двухсерийного художественного фильма «Черная береза», в то время как на экране кружатся снятые снизу березы, очень напоминая сцены из кинокартин «Летят журавли» и «Иваново детство». Фильм был произведен на студии «Беларусьфильм» через два десятилетия после картины «Летят журавли» режиссером Виталием Четвериковым по сценарию, в создании которого участвовал фронтовик Михаил Берёзко, и тоже посвящен военной теме. Главный герой фильма, танкист Андрей Хмара (Евгений Карельский), за годы войны проходит через череду испытаний и потерь, которые, как и у юного разведчика в фильме «Иваново детство», не оставляют в его выгоревшей от страданий душе иных чувств, кроме желания мстить. В первые дни войны в результате бомбежки гибнут его жена и маленькая дочь. Врач Антонина Ивановна (Джемма Фирсова), оперировавшая Андрея в партизанском отряде, за помощь ему вместе с дочерью расстреляна гитлеровцами. С влюбленными в него связной партизан Надей (Наталья Бражникова) и радисткой Таней (Ирина Алферова) он расстается во время войны и встречает обеих после ее окончания. На протяжении фильма он мучается от неотмщенных смертей и ищет сына погибшей из-за него врача. Сироту он в конце концов находит и вместе с другими тремя детьми усыновляет, создав семью с Надей.

Фильм начинается в 1970-е годы с находки во время первомайской демонстрации почтового ящика с сохранившимися письмами, среди которых – прощальное письмо жены Андрея мужу. Его передает постаревшему главному герою фронтовой друг Макар Журавель (Владимир Кулешов). Андрей Хмара с волнением читает письмо, остановившись как вкопанный посреди движущейся демонстрации,